Le Double

Маленький, беззащитный комочек, слепленный, кажется, из одних лишь напряженных до предела нервов, страхов, переживаний, возмущений и обид, судорожно катился по Петербургу в эту неуютную ноябрьскую дождливую пургу. То дождиком его сверху присыплет, то снегом невзначай облепит, мокрым и липким. Катился бесцельно, выдумывая маршрут по ходу - действия и сюжета (а писатель-кукловод хитро следил за передвижениями субъекта). Так, куда придется, где якобы тебе будут рады (вот только будут ли?..) - по Измайловскому мосту, по Литейной, Шестилавочной, Фонтанке или знаменитому Невскому проспекту.

Испуганно-суетливо озирался кругом, ища то ли знакомых, то ли простого человеческого участия и теплой поддержки - всем нам порою они до чертиков необходимы, чтобы почувствовать себя живыми. Однако вместо этого находил лишь полуулыбки-полунасмешки в свой адрес, от дверей и вовсе отказывали. Даже наставник и благодетель, почти что отец родной, Олсуфий Иванович, на порог пускать не велели... Грустно... Что ж, понуро возвращался домой, к вечно пьяному Петрушке...

Ох, Яков Петрович Голядкин! Да сколько ж раз в своей жизни я слышала это имя и фамилию - и не сосчитать, серьезно, а вот начинать свое знакомство с бессмертным творением одного из любимых классиков решила отчего-то с экранизации (видимо, подобно герою книги, была в тот момент времени не в себе). Фильм показался странным, монотонным, скучным - и это еще, поверьте, мягко сказано. Даже мы сами не в состоянии понять загадочную русскую душу, что уж говорить об иностранцах? Нет, актерский состав, конечно, превосходный, сама картинка - тоже, но вот история, рассказанная по мотивам знаменитой книги, не впечатлила меня тогда совершенно, оттого, наверное, так долго оттягивала момент прикосновения к книжному первоисточнику (и даже открывала первую страницу с настороженностью и сомнениями). Глупая... Классику нужно все же читать, а не смотреть.

Приоткрыла лишь первую страницу - и тут же оказалась захваченной. И помещенной, помимо воли, в сознание не совсем психически здорового мужчины (впрочем, чего я удивляюсь, право слово: русская классика - это всегда и есть или чахотка, или безумие. Дураки и дороги будут несравненно позднее).

Видеть мир глазами душевнобольного оказалось непривычно, странно и увлекательно. Порою, правда, происходящее и описываемое мне больше напоминало Гоголя - вот кто признанный мастер мистики и бреда.

Это даже стало для меня неким вызовом: попробуй отличи подлинную реальность от воспаленных фантазий за десять шагов. И каждое слово, каждую фразу приходилось делить надвое, расщепляя достоверные факты от порожденных больной психикой.

Периодически, украдкой, все же выбиралась из заточения безумного сознания Голядкина на волю и наблюдала за происходящим и им самим глазами его приятелей, коллег, начальства, того же слуги Петрушки.

Читаемое все больше напоминало не просто историю еще одного сумасшествия (мало их, что ли, в русской классике?), оно на глазах превращалось в квест: угадай, где правда, а где вымысел, предскажи, чем все это закончится и как скоро выведут героя на чистую воду.

Опорными точками стала работа, светские приемы и собственный голядкинский дом, ну и Петербург, конечно же, один из полноправных участников действия и сюжета, все время здорово зеркаливший нам внутреннее состояние персонажа. На улице творилось черт-те что: зима боролась с осенью, никто не хотел уступать. Точно такие же страсти разворачивались поминутно в душе несчастного Якова Петровича: здоровье и болезнь сошлись в страшной схватке...

Я даже примерно представляла себе, чем все это закончится (ну не новичок же я в русской классике, в самом-то деле). Мне не терпелось узнать финал и добрести вместе с героем - сквозь снег, дождь и косые взгляды окружающих - до развязки. Сразу скажу: кульминация могла бы выйти и получше (Достоевский. как-никак); финал, впрочем, шикарный, равно как и атмосфера книги - мистическая, петербургская, безумная.

Особая прелесть (вот за это точно миллион спасибо Федору Михайловичу) - то, как была написана эта небольшая повесть. Он через слог и стиль передал нам запутанное сознание своего персонажа! Это невообразимая каша из всего: воспоминаний, фантазий, реальности (вот, наверное, почему это трудно экранизировать), бреда, галлюцинаций, но до чего же вкусная и сочная! Ты сразу веришь в героя, у меня ни разу не возникало сомнения в подлинности безумия, я не могла заподозрить его в притворстве.

Я удивлялась, гневалась, а больше - жалела. Страшно терять разум, страшнее и не придумаешь...

Трогательные пассажи типа этого разрывали на клочки сердце:

«Покорись он, — думал господин Голядкин, — скажи, что пошутил, — простил бы ему, даже более простил бы ему, только бы в этом громко признался. Но как ветошку себя затирать я не дам. И не таким людям не давал я себя затирать, тем более не позволю покуситься на это человеку развращенному. Я не ветошка; я, сударь мой, не ветошка!»

Я даже несколько раз вернулась к прочитанному. Подумалось, опечатка, мол, веточка. Нет! ВЕТОШКА!

Ветошь - это ведь старая ненужная тряпка. И вот тут человек сравнивает себя с чем-то истрепавшимся...

До чего же проникновенно сказано. И красиво...

А вообще, Достоевский будто разом достает из своего писательского сундука ворох читательских страхов и жонглирует ими на глазах у изумленного читателя. Вот этот страх лишиться однажды разума или страх стать ненужным, замененным более усовершенствованной личностью - удобным двойником.

...Заметала ноябрьская вьюга, чтобы под утро вновь разразиться надоевшим дождем. Сдержанный Петербург мрачно приветствовал очередного бедолагу, не совладавшего с собственным разумом. Это была странная, но притягательная прогулка по красивейшему городу - страны и мира, - пусть и в теле не совсем здорового мужчины.

Не смотрите фильм. Лучше погрузитесь на несколько вечеров (произведение небольшое по объему) в книгу. И после прочтения с облегчением выдохните, что вас не коснулась подобная беда, столь тщательно описанная в "Двойнике". Я мыслю, следовательно, я существую...

Чтобы понять почему такая оценка, просто прочитайте это: "Вот оно как! Я смирением возьму. Да и где же опасность? ну, какая опасность? Желал бы я, чтоб кто-нибудь указал мне в этом деле опасность? Плевое дело! обыкновенное дело!" Очень необычный стиль написания этой повести и отсутствие такого-либо сюжета, он сосредоточен вокруг главного героя, а второстепенные отсутствовали, помешали мне проникнуться этим произведением. В остальном Достоевский есть Достоевский, то как он описывает улицы Санкт-Петербурга, природу, людей, предметы вокруг и богатство языка очень сильно подкупает. Сюжет: сложно его написать без спойлеров, поэтому давайте не будем. Постоянные повторения одного и того же слова или имени (тем самым автор показал характер и личность главного героя) очень отвлекало, я впервые сталкиваюсь с таким и не смог с головой погрузиться в историю. Главный герой ездит из квартиры на встречи и обратно, да Петрушка чай приносит. Смысл разумеется присутствует, но писать не буду какой, иначе всё сразу станет понятно! Напишу лишь, что каждый из нас ищет своё местов этом Мире, но в основном мы обезличены: одинаковая одежда, гаджеты и мысли, которые впитываем через интернет и телевидение, в этом ничего плохого я лично не вижу, так как не все хотят выделяться, многие хотят прожить тихо и спокойно, радуясь каждому дню. Присутствует и проблема бездуховности в этом произведении, как и почти в любом, где есть чиновники, но мы и их не можем судить, пока сами в их шкуре не побываем. В каждом из нас есть "тёмная сторона" просто кто-то умеет с ней справляться и держать в узде, а кто-то нет. Подытожу классика, которая несёт в себе несметное количество мыслей, над которыми придётся задуматься, но стиль очень мешал. Если вы не знакомы с Достоевским, то это не та книга, с которой стоит начинать с ним своё знакомство. Фёдор Михайлович другой, а это, наверное, был некий эксперимент! У меня всё. Спасибо за внимание и уделённое время!

…И чтоб мне не понравился Достоевский? Мне?.. Как это возможно? Это как же должен был постараться Ф.М., чтобы мне хотелось прибить его? А хотелось именно прибить, настолько меня бесила эта книжка. И ладно бы мне не понравился сюжет… язык… герои… Нет, уважаемые внутренние слушатели! Мне не понравилось все. Абсолютно ВСЕ!

Это главное разочарование 2020 г. Худшая книга одного из моих любимых писателей. Есть лишь один плюс – чтение «Двойника» побудило меня пересмотреть британский фильм 2013 г., и теперь я могу внести его в список самых обожаемых. Впервые я фильм посмотрела этак в 2017 г. Помню, он мне понравился. Теперь же, после чтения Достоевского, я была просто очарована британской адаптацией. «Двойник» Ричарда Айоади – эталонный европейский артхаус с истинно достоевской атмосферой (хотя события развиваются в 21 веке, в английской глубинке). Фильм, он… об одиночестве современного человека, о самом «маленьком человеке» в классическом понимании, что наделен доброй душой и горячим сердцем, но не может проявить себя в сутолоке обычной жизни. Фильм – о подавлении личности, о сложностях в отстаивании своих границ, о бюрократизме и автоматизме, которые заставляют нас чувствовать себя винтиками в большом человеческом механизме. И, черт возьми, фильм – о трогательной любви, о важности этого чувства (и, возможно, все дело в том, что я видела себя в главных героях, понимала их переживания).

И мне бы очень хотелось, чтобы оригинальный «Двойник» был тонким, трагичным, трогательным. Чтобы он был просто человечным. Возможно, Достоевский и собирался сделать свою повесть «человечной». Но идея повести была благополучно затоплена им же аки «Титаник» в водах Атлантики.

Главный герой, некий Яков Петрович Голядкин, чиновник, – человек неприятный. Впервые я столкнулась у Достоевского с настолько отвратительным персонажем. Господин Голядкин (как постоянно его величает Ф.М.) вызывает неприязнь уже на первых страницах – необычно-с. При этом сам Ф.М., как кажется, не считает своего героя отрицательным. Он постоянно покровительственно называет его «наш герой», «герой нашей повести» (что за невыносимая привычка?!) и вообще всячески с ним сюсюкает.

Все неприятности товарища (извините-с) Голядкина – от его ужасного характера. Строит он из себя бог весть что, ведет себя глупейше, вечно несет какие-то нелепости. Он сам ставит себя в омерзительное положение, но зато успешно занят поисками «врагов». Сопереживать ему, естественно, не хочется.

И вот как-то раз, после новой нелепости (сотворенной лишь по глупости главного героя), он встречает на улице своего двойника. Двойник этот сначала вторгается в жилище товарища Голядкина, затем устраивается в его же департамент, а потом и вовсе начинает активно вмешиваться в жизнь главного героя. Проблема в том, что очень быстро ты замечаешь ненормальность главного героя. У повести нет двойного дна. Двойник нужен лишь за тем, чтобы окончательно свести с ума Голядкина. Достоевский рисует портрет больного на всю голову человека, но при этом опускает конфликты, сложности в восприятии. У повести был огромнейший потенциал, и решись Достоевский ее переработать уже после каторги (а он хотел), вышла бы, я уверена, новая шедевральная вещица. У молодого Достоевского же просто не нашлось опыта, он не справился с материалом.

Отдельно хочется сказать о языке «Двойника». Раньше, читая Достоевского, я как-то не замечала его язык. Обычный язык – ничего особенно хорошего или плохого (хотя некоторые считают его неприятным). Но в «Двойнике» на Достоевского нашло что-то страшное. Он сам на себя не похож. Язык повести – перегруженный, насильственный, неуместный, с множеством лишних деталей, которые путают, а после – вызывают головную боль. Много раз я ловила себя на мысли, что просто не вникаю в написанное. Это же как нужно было постараться, чтобы я теряла нить повествования, забывала, что было в прошлом абзаце?.. Рассказывайся история от первого лица, я бы могла списать корявость и неуместность на безумие главного героя. Но повесть написана от третьего лица, т.е. никакого объяснения косноязычию тут быть не может (если писал это не двойник главного героя). Это ошибка Достоевского – и все.

(Ну хватит уже костерить Ф.М.! Он потом написал «Преступление…», «Бесов» и «Идиота», ты же их любишь! Имей совесть, а?)

Как итог: лучше сотый раз посмотреть экранизацию 2013 г., чем читать оригинал. Вот уж не думала, что доживу до такого: у британцев получилось лучше, чем у Достоевского! Фанатам Ф.М., европейского кино и Джесси Айзенберга понравится точно. А книжка отправляется на дальнюю полку.