Надо ли быть рабой любви?

Существуют три основных способа, посредством которых дети пытаются "спасти" свою семью: быть незаметными, плохими или быть хорошими.
Быть незаметным означает никогда не доставлять хлопот, не выдвигать никаких требований. Ребенок, принимающий эту роль, тщательно избегает риска увеличить напряжение в семье, кторая и без того живет в условиях стресса. Он остается в своей комнате или сливается с обстановкой; он говорит очень мало, и его слова не располагают к общению. В школе он учится ни хорошо, ни плохо, о нем там вообще редко вспоминают. Он старается сделать так, чтобы его существование оставалось незамеченным. Что касается его собственных переживаний, то он как бы оцепенел. Он ничего не чувствует.
Быть плохим означает быть бунтарем, малолетним правонарушителем — словом, тем, кто размахивает красным флагом. Такой ребенок приносит себя в жертву, соглашаясь служить пугалом, источником семейных проблем. Он становится мишенью для приложения гнева, рвности, страха и других эмоций, испытываемых членами его семьи. Взаимоотношения его родителей могут находиться в плачевном состоянии, но он предоставляет им безопасную тему для дискуссий. Они могут спрашивать друг друга: "Что мы собираемся делать с Джоанной?" — вместо того чтобы спросить: "Что мы собираемся делать с нашим браком?" Так ребенок пытается "спасти" семью. При этом он испытывает лишь одно чувство: гнев. Гнев маскирует его страх и его страдания.
Быть хорошим означает достигать успехов в учебе и общественной дятельности, направляя свои достижения на укрепление семьи и заполнение внутренней пустоты. Под беззаботным видом, оживленностью и энтузиазмом скрываются страх, гнев и напряженность. Хорошо выглядеть становится более важно, чем хорошо себя чувствовать и чем вообще что-либо чувствовать.

Я выросла с уверенностью, что во мне есть что-то очень неправильное. Я не знала, что это такое, но, по-видимому, оно делало меня недостойной любви и внимания окружающих. В нашем доме отсутствовала любовь — все держалось только на долге. Но хуже всего было то, что мы никогда не говорили об окружавшей нас лжи. На людях мы всегда старались выглядеть лучше, чем на самом деле: счастливее, богаче, удачливее. Это правило было непреложным, но о нем никогда не упоминалось вслух, и мне казалось, что я не смогукак следует его выполнить. Я боялась, что людям вдруг станет ясно, что я совсем не такая хорошая, как остальные. Хотя я умела хорошо одеваться и преуспевала в школе, я всегда чувствовала себя обманщицей. Я считала себя испорченной до мозга костей. Если я нравилась людям, то лишь потому, что дурачила их. Если бы они узнали меня поближе, то отвернулись бы от меня.