Как на нее <мать> смотрит отец — глазами преданной собаки, с тупым обожанием.
Ты молод и здоров и довольно красив при нужном свете.
Нельзя выбрасывать лучшие годы своей жизни лишь ради того, чтобы потом было над чем посмеяться.
Тебе даже нравится чувствовать себя постоянно разочарованной и никчемной, потому что ведь так проще, верно? Быть унылой неудачницей проще, потому что всегда можно обратить это в шутку.
Всего за триста фунтов чужих денег ты могла бы изменить всю свою жизнь, и не надо из-за этого переживать, потому что, сама посуди, у меня есть деньги, хоть я никогда и не работал, а ты там вкалываешь и всё равно сидишь без гроша — это ли не социализм в действии?
Она взяла вчерашнюю газету и принялась за начос, неуловимые начос, удивившись в очередной раз, каким успокаивающим эффектом обладает вредная еда.
Теперь же, стоя у ограждения и глядя на уже четко вырисовывающиеся очертания города, она начала понимать, в чем смысл путешествий: никогда она еще не чувствовала себя так далеко от прачечных автоматов, двухэтажного автобуса, везущего ее в направлении дома, и тесной комнатушки в квартире Тилли.Тут даже воздух казался другим, причем не только на запах и на вкус — это словно была другая природная стихия.
Я узнала тебя поближе. Ты вылечил меня от себя.
Он <...> принялся вытирать скатерть салфеткой, украдкой поглядывая на Эмму, которая сняла летний жакет, расправила плечи и подняла грудь, как это делают женщины, не подозревая, сколько страданий при этом причиняют мужчинам.
Все мужчины такие, все вы всё время перед кем-то выступаете. Боже, да я готова отдать что угодно за вечер в компании человека, который бы просто говорил, просто слушал!
Ведь друзья для того и нужны — чтобы вызывать всё лучшее в тебе и помогать удержаться на этом уровне.
Я не утешительный приз, Декс. Не хочу быть тем, что осталось, когда больше ничего не осталось. Мне кажется, я стою большего.