Дневник Адама

Само произведение, как юмористическое переосмысление библейского сюжета, представленное в форме дневниковых записей от лица Адама. В них он описывает встречу с Евой и свои впечатления от её появления.

Сначала Адам замечает некое «волосатое нечто», которое без умолку болтает. Затем это существо начинает общаться со всеми животными, давать им название и проявляет необычную заботу: жалеет тигров, считая, что бедным травоядным необходимо мясо. Вскоре её внимание переключается на рыб — Ева решает, что им холодно в пруду, и намеревается согреть их в собственной постели.

Адам откровенно признаётся, что до появления этой «волосатой» его жизнь была куда спокойнее и лучше.

В одной из записей он отмечает:

«Новое существо называет себя Евой. Пусть будет так, я не возражаю. Говорит, что когда я захочу, чтобы оно пришло, то я должен звать его этим именем. Я ответил, что не предвижу в этом необходимости».

Эта фраза особенно иронична: Твен тонко намекает, что Адаму и в голову не придёт звать ту, которая постоянно следует за ним по пятам.

Особенно забавным кажется эпизод, когда Ева начинает общаться со змеёй. Адам и остальные животные лишь облегчённо вздыхают, радуясь, что её неуёмная болтовня переключилась на другого собеседника. Чем закончилось это общение, всем известно — и это даже не спойлер, но подано всё с лёгкой улыбкой.

Ключевой вывод автор помещает в финал:

«Лучше жить с нею вне рая, чем без неё в раю. Вначале и находил, что она слишком много болтает. Теперь же мне было бы грустно лишиться звука этого голоса. Я благословляю несчастье, которое свело нас и научило меня ценить доброту её сердца и нежность её характера».

Несмотря на небольшой объём, рассказ получился удивительно человечным. Он тонко подмечает парадокс: мужчины нередко ворчат на своих женщин, утомляются от их болтовни, но в то же время не могут представить жизни без них.

Юмористический рассказ «Дневник Адама» - это попытка представить, как мыслил первый человек, чем жил, и о чем думал. Но все же главенствующее место в рассказе занимает стремление Адамом понять очень странное существо – женщину, которая с момента своего появления активно начинает подстраивать весь мир под себя. Эта юмореска не просто дает шутливую характеристику среднестатистической женщины, но и представляет собой мини-рассказики о ней, некоторые из которых позднее использовались как основа для анекдотов, ставших уже "бородатыми".

Честно скажу, несмотря на то, что в некоторых сценках я увидела себя, мне совершенно не обидно, напротив, смешно и дает повод задуматься как о своем поведении, так и о том, какие же терпеливые наши мужчины и как важно в отношениях быть терпимыми и притираться друг к другу.

Автор ни в коем случае не потешается над женщинами, нет, он с любовью подмечает их сильные и слабые стороны и, мягко иронизируя над слабым полом, не забывает подколоть и себя, напомнить что без переворачивающей все вверх дном женщины (упрямой, надоедливой, вредной, болтливой,..) было бы не просто скучно жить, но и очень одиноко, впрочем, как и без детей, которым также уделяется немало внимания в произведении.

Мы совершенно разные, но только вместе мы счастливы – такой итоговый вывод делает Марк Твен в "Дневнике Адама".

Никогда не считал Марка Твена каким-то особенно талантливым писателем. Я классифицирую его как, извиняюсь, пестрожопого щегла, которому вздумалось марать бумагу. Я помню как еще сидя за школьной партой читал унылые «Приключения Тома Сойера» , да и Гека Финна тоже. Может быть это оттого, что мой замечательный учебник по литературе еще в младших классах познакомил меня с Дж. Р. Р. Толкином, на фоне которого Твен смотрелся мягко говоря вяло. Далее шли невразумительные и непонятно для чего написанные «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура». Все эти произведения представляли собой (архи)унылую отсебятину. Далее шел сдвинутый «Таинственный незнакомец» - таже беспросветная отсебятина на антирелигиозную тему и бред человека накачавшегося мескалином или, быть может, «тропиком». К слову, хоть я и не могу ничего утверждать, но последствием пристрастия к тому или иному наркотику/психоделику я могу объяснить появление в книгах Твена так называемого юмора. И раз уж мы коснулись «юмора», то перейдем непосредственно к «Дневнику Адама». Давайте поиграем: сможете ли вы с трех попыток угадать, что же я нашел в данном произведении? Если вы сказали, что беспросветную отсебятину в которой не видно ни зги, то поздравляю, мифический пряник на полке ваш. Собственно «Дневник Адама» - это коротенький рассказ, но и как в вышеперечисленных случаях, я тяготился каждой страницей. Не знаю, что курил Марк, но явно не табак. Такой дряни я не читал давно. Даже глубоко мне ненавистная «Осень в Пекине» Б. В. , не вызывала у меня таких чувств. (Вообще, единственный писатель который может нести безбашенный бред так, чтобы было здорово — это Хантер Томпсон, ибо гениален). Того, что здесь называли юмором, я не нашел. Ни разу, ни единый позыв к лицевым мышцам, не попытался выдавить из меня даже подобие улыбки. Да и откуда ему взяться? Ведь я не увидел ни одного не только смешного, но даже забавного момента. Собственно я не помню такого случая чтобы я чему-то смеялся в книгах М. Т. или же улыбался. Вы и представить не можете как же я рад был окончанию «дневника» (конечно не в том смысле, что в его конце я обнаружил что-то хорошее, но рад был тому, что дочитываю сие). Конец же — это апогей:

...лучше жить за пределами Рая с ней, чем без нее – в Раю.

Правда ведь похоже на слова влюбленного губошлепа, которые не имеют под собой никакого смысла? Ну да ладно... Ведь дальше больше:

Благословенна будь плохая острота, соединившая нас навеки и давшая мне познать чистоту ее сердца и кротость нрава.

Если кто не знает, то под «остротой» он имеет ввиду грехопадение. Вот так оно все и было — Адам благословил грехопадение... Н-да.... Хм... Что за бред?! Чтобы окончательно списать М. Т. со счетов мне осталось только прочитать его «Размышления о науке онанизма», правда к несчастью (а вернее наоборот — к счастью) было выпущено всего 50 экземпляров этой «нетленки». Ну, а для «Дневника Адама» вердикт прост — 1 балл из 10, но в уме пишем, что ушел в минус.