Premier amour

Это самая лучшая книга,которую я когда-либо читала.Эта одна из тех немногих книг,эпизоды которых постоянно всплывают у тебя в памяти,одна из тех,о которых очень сложно забыть. Эта книга написана очень просто и непринуждённо,но ,как только ты её открываешь,ты погружаешься в мир чувств. Все ,что происходит с Лизой-происходит и собой. Особенно чувствуется её боль,её переживания ,её трагедия. Эта книга очень легкая,она ни к чему не принуждает читателя.Кажется,в ней нет никакого подтекста,никакой глубокой мысли. В ней все предельно ясно и просто.Но именно вот эта простота и легкость ,свойственная книгам Тургенева,заставляет меня запомнить эту историю на всю жизнь.

Пожалуй, самое приятное в этой книге -- невесомость литературного слога Тургенева. Огорчил же банальный сюжет. В итоге книгу можно было читать наискосок, абсолютно без потери смысла.

Один из моментов, когда убеждаюсь, что в список школьной литературы включают самые лучшие произведения авторов. Я очень далека от русской классической литературы, возможно поэтому не поняла неких оттенков, особого замысла, оригинальности?..

В любом случае, уход в монастырь главной героини всяко лучше воспринимается, чем суицид Катерины из "Грозы" Островского. И не отнять у книги пару интересных диалогов на тему судьбы России (любимая тема русских для застольной беседы), некоторые жизненные истории персонажей.

Как я и ожидала, первую любовь героя не назвать счастливой, хотя те чувства, которые он испытывал изменили всю его жизнь и остались в нем до конца дней.

Юный Володя - он же Вольдемар - обладает, можно сказать, теми же качествами, что и я, думаю, именно поэтому он вызывает такой отклик в моей душе, именно своей наивностью и открытостью он мне и близок. Его чувство сравнивается с чувствами взрослых, способных на самопожертвование и готовых страдать ради любимых.

Наверно, любовь Володи была не столь глубока, но я бы не назвала её детской и не ставила ей в пример любовь Зинаиды и его отца. Их взаимоотношения (показанные довольно скудно) и любовь не совсем удовлетворили меня.

Хочется отдельно сказать про атмосферу этой замечательной повести. Вот, что мне сразу представилось: лето, высокие пышные деревья, яркие солнечные лучи, всеобъемлющая зелень, свежесть, чистота, свет, покой. Наверно, больше всего "Первая любовь" пришлась мне по душе именно благодаря этим ярким краскам и свежему бризу, который пролетел через все моё существо.

всегда знала одно: классика спасет все. нельзя сказать, что я близко знакома с современными русскими писателями, но я с ними все-таки знакома. наверное, мне попадались не те писатели или не те книги, и поэтому я, запуганное неудачным опытом существо, раз за разом возвращаюсь к классике. такие писатели, как Тургенев, должны считаться целителями - их книги лечат нанесенные в настоящем времени раны своим неторопливым, приятным, незатейливым, но имеющим какую-то неповторимую внутреннюю силу языком. и это вовсе не красивый оборот речи; я действительно думаю, что это правда. в моем случае эта правда гораздо правдивее всех остальных правд.

теперь постараюсь тезисно.
хотя кого я, в самом деле, обманываю. о каких тезисах идет речь, если в дело вмешиваются чувства? ;)

"Рудин"
"а ведь Рудин-то ваш - простой пустозвон!" (с) неизвестный
Тургенев умеет описывать своих героев если не красочно, то очень вкусно. он смакует всякую ненужную, лишнюю, но непременно забавную деталь характера, поведения или убеждений своего героя, и несколько несуразных деталей складываются как-то сами по себе в один очень точный портрет, который вскоре может совершенным образом измениться в другую сторону, когда появится другая деталь. при этом Тургенев не чурается и досадными мелочами, которыми так богаты другие (чуть не написала "дурные", но вовремя исправилась) книги других авторов, наших современников. Он описывает рост или разрез глаз, но описывает такими сравнениями, которые не становятся шаблонными. и герои его с самого начала, еще зачастую не успев открыть рта или проявить себя каким иным образом, сразу начинают быть живыми, и судим мы о них, как о живых людях, у которых за спиной своя собственная прожитая жизнь, которую мы, возможно, даже и не узнаем, а не пустой лист бумаги.
живые люди Тургенева живут. говорят по поводу и без, спорят, завидуют, учат и учатся, дышат, влюбляются, боятся и отдаются во власть своих собственных мелких страстей, как в омут головой. не все, конечно.
потому что некоторые из них, "лишние люди", способны только красноречиво, умно, долго говорить, но смиряться перед лицом одной только тени опасности. Тургенев пытается оправдать их через других персонажей, к которым благоволит сам и к которым начинает благоволить читатель (и не потому благоволить, что сказано было еще в начале "что господин Х - хороший человек", а потому что давным-давно этот факт стал очевидным, сложился в четкую картинку из черт характера героя и его поступков). но могут ли пустозвонов оправдать слова - слова, которые сами пустозвоны так легко расходуют для красоты изъяснения?

"Дворянское гнездо"
если отложить в сторону все ненужное - чувствительное и совершенно девчачье... хотя подождите, зачем откладывать-то? я пишу под впечатлением совершенно свежим, "с пылу, с жару" так сказать, и поэтому останусь предельна честна. моя романтичная, но все чаще скатывающаяся в вопиющий цинизм душа, рыдала над эпилогом "Дворянского гнезда". никакие дамские романы, никакие раскаленные от избытка почти нечеловеческих страстей истории, в которых ненависть обладает той же силой, что и любовь, в которых рождение идет рука об руку со смертью, никакие сломанные, искалеченные, проведенные через тернии случайных и неслучайных событий истории не смогут сравниться с этой неторопливой, светлой, очень поэтичной историей, после чтения которой у меня просто разрывалось сердце.
здесь нет интриг светского двора, измен, предательств, здесь нет обещанного "гнезда" разврата и порока, хотя, на самом деле, всего этого хватает, просто лежит оно не на поверхности, а в глубине. о нем думают, о нем говорят, но действие разворачивается в отдалении, в спокойных комнатах, целомудренных, пусть и со сплетнями, но какими-то добрыми, светлыми, совершенно обыденными. и в этих спокойных, пропитанных музыкой и поэзией стенах ломаются людские судьбы. а почему ломаются? потому что удел сильного человека - страдать. потому что можно быть счастливыми безмерно, но в грехе перед самими собой, а можно собою пожертвовать, закопать себя заживо, но во имя цели служения другим. и все эти высшие цели, пожертвования и поступки, достойные, наверное, святых, идут настолько вразрез с моими представлениями о жизни, но настолько в унисон с реалиями жизни, что я просто не нахожу слов, чтобы выразить свое отчаяние.
впрочем, зачем мне искать такие слова? они все равно будут далеки от слов, которые беспощадно использовал давным-давно Тургенев.