Но ведь ты волочился за ней, не так ли? Значит, ЧТО-ТО разглядел!
В действительности же все обстояло совсем не так. Да, Сэм пытался приударить за Наоми, но лишь потому, что она была миленькая, аккуратная, одинокая и примерно одного с ним возраста. И потом, холостякам из разросшихся провинциальных городков было положено ухаживать за женщинами... если, конечно, холостяки эти хотели занять подобающее положение в местном деловом мире. Тех же, кто с женщинами не встречался, некоторые люди... могли счесть...
(полит-сейским)
...немного странным.
Я и был немного странным, подумал Сэм. Даже не немного. Впрочем, с тех пор я изменился. Теперь по крайней мере. И я разглядел ее. Да, да, я понял, что она для меня значит.
Наоми не могла оторвать взгляда от его мертвенно-бледного лица, от невиданной прежде решимости во взоре и жесткой линии губ. Сэм изменился, но... напуганным больше не казался. Наоми даже подумала: Он похож на человека, которому разрешили проникнуть в собственный кошмарный сон с мощным оружием в руках. И еще Наоми показалось, что в такого человека можно влюбиться. От этой мысли ей даже стало не по себе.
Пять минут спустя Сэм притормозил у стоянки автомобилей перед детским универмагом "Три поросенка". И не мешкая выскочил под дождь. За несколько ярдов от дверей он остановился. На углу между бензозаправкой и стоянкой автомобилей стоял телефон-автомат – несомненно, тот самый, из которого Дейв много лет назад позвонил в контору шерифа Джакшен-Сити. Звонок из этого автомата не уничтожил Арделию, но, конечно же, способствовал тому, что она не появлялась здесь столь длительное время.