Ренессанс. У истоков современности

Вот честное слово, мне по книге сказать особо нечего!

- Понравилась ли книга?
Да не особо. И это лично мое мнение - "ни рыба, ни мясо", что-то находящееся на грани моих книжных предпочтений, на очень тонкой грани. Художественные произведения я люблю, а вот с нон-фикшн у меня проблемы, почему-то надолго подобный жанр меня не затягивает. Да еще и сама книга - некий синтез жанров, то все вышло слишком скомкано, и получила я то ли недоприключения, то ли недоисторию, а моментами сплошные жизнеописания. Крах надежд на интересное дочитывание произошел где-то на 1/3 книги.

- Заинтересовала ли тема? Не дам конкретного ответа. Поначалу было относительно интересно, некая история книгоиздания и книгопоисков, отчасти мистическо-детективные сюжеты - как обманывали монахов, дабы получить необходимые свитки и манускрипты, для прочтения или для переписывания, ну или просто чтобы забрать на долгую память! Но потом начались какие-то бесконечные тексты о том, кто и откуда родом, кто и куда пришел к власти, а потом - исключительно много философствований на тему той самой необыкновенно воскресшей книги Лукреция «О природе вещей». Да и книга вообще о чем, можете спросить вы? Обо всем и ниочем, о том, как рушатся представления людей, как постулаты церкви отходят на второй план и люди и их мировоззрения "переходят" в новую эру Возрождения. А ведь развал верований начался всего лишь с одной поэмы, которую обнаружил Поджо Браччолини - "книжный браконьер" или собиратель древностей, как его величают. Личность вроде как загадочная и действующая во благо общества, но со своими тайнами, которые мне были абсолютно неинтересны. Ну не фанат я исторических произведений в журналистском стиле.

- Окутал ли меня тайнами стиль повествования? Как я и сказала, нет. И не потому, что текст пестрит философскими определениями и понятиями, совершенно нет. Сам язык какой-то то ли скупой, то ли отстраненный, то ли просто переводчик подвел. Но все сухо, совершенно не затягивает читать. А ведь сам найденный источник знаний «О природе вещей» не просто книжонка, она чуть ли не революционный трактат того времени, со смелыми идеями, которая повлияла на многие великие - впоследствии - умы. Но как вот о ней можно было так убого написать, даже обидно!

П.С.
Поплевалась и забыла, никаких знаний не осталось!
И даже рецензия вышла ничтожная, поскольку совершенно никаких эмоций и впечатлений.
Завершение игры далось тяжко, но мы смогли!

Не знаю, за что тут дали Пулитцеровскую премию, но мне как-то вообще не пошло. Хотя тематика очень и очень близка.

В распоряжении Стивена Гринблатта был отличный сюжет. Папский секретарь Поджо Браччолини, в глубине души презирающий церковь и считающий идеалом Древний Рим, отправляется на поиски античных рукописей. Судьба заносит его в библиотеку фульдского монастыря, где он добывает манускрипт с текстом поэмы Лукреция "О природе вещей". До этого текст считался утерянным. Поджо распространяет Лукреция по Европе, его идеи становятся настоящей сенсацией и приводят к окончательной победе Ренессанса.

Сюжет, как видим, совершенно беспроигрышный, но Гринблатт ухитрился изложить его максимально непривлекательно. Во-первых, в тексте наблюдается хронологическая чехарда, причем даже тогда, когда этого совершенно не требуется. Во-вторых, автор постоянно отвлекается на какие-то второстепенные моменты и уходит в какие-то никому не нужные дебри. В-третьих, он регулярно смешивает "высокий и низкий штили" - то шуточки шутит, то пускается в рассуждения о средневековых теологических тонкостях. Чтение в итоге не доставляет вообще никакого удовольствия. Не спасает даже наличие отличной фактуры - с какого-то момента ты просто ждешь, когда же наконец в правой руке не останется страничек.

Совсем недавно читал построенную по такому же принципу книгу о расшифровке крито-микенской письменности. Там, при куда большей сложности темы, все было изложено куда более привлекательно.

3/5

Автор начинает с рассказа о том, как, роясь в книжной лавке, наткнулся на книгу, которую приобрел скорее из-за откровенно эротической обложки, чем поведясь на название. И тем не менее, он прочитал ее всю, книга стала для него не только развлечением (ради чего, она, собственно, и покупалась), но и своеобразным лекарством, помогшем ему справиться со страхом перед смертью матери, «заботливо» культивируемым его матерью и этой книгой стала «О природе вещей» Лукреция.

А потом автор переходит к другому человеку, бывшему апостолическому секретарю папы, которого не существовало, бредущего по германским дорогам, направляясь в монастырь в поисках книг. Очень-очень старых книг. Человеку, вызывающему удивление, настороженность и опаску у местного населения. По нему никак не определить ни его происхождение, ни род занятий. А если бы он рассказал, что ищет книги, то ему было бы сложно объяснить, что он ищет не просто повседневное чтиво, а книги старые, очень старые, то суеверный человек, мог заподозрить ворожбу – библиомантию, более просвещенный человек подумал бы о психологической одержимости – библиомании, а священник задумался бы о том, как можно находиться в здравом уме и при этом интересоваться книгами, существовавшими еще до Христа.

История обнаружения книги Лукреция «О природе вещей» итальянским гуманистом Поджо Браччолини превращается у автора, вероятно, из-за недостатка сведений о самих поисках (Поджо Браччолини, как истинный искатель сокровищ, не делился с окружающими своими планами) в любопытную историю обо всем, что так или иначе касается создания, уничтожения, поиска, переписывания античных книг, историю о людях, имевших прямое или косвенное отношение к созданию и переписыванию книги Лукреция «О природе вещей».

Нам только кажется, что сохранилось много античных книг. За исключением текстов из Геркуланума, которые стало возможно прочитать совсем недавно, остальные античные дошли до нас в гораздо более поздних списках.

Библиотекари в монастырях могли по своему желанию превратить труд переписчика в ад, просто дав ему негодный пергамент или плохое перо. «Пергамент щетинистый…» «Чернила жидкие, пергамент плохой, текст тяжелый…», -- звучат жалобы переписчиков, дошедшие до нас на полях пергаментов.

Гуманисты – это не милые и добродушные люди. Вот драка, произошедшая между 72-леним Поджо и 57-летним Георгием Трапезундским. Они не поделили авторство некоторых переводов древних текстов. После стычки Георгий написал Поджо, что вел себя достаточно сдержанно: «Хотя я и мог откусить пальцы, которые вы запустили в мой рот, но я не сделал этого. Поскольку я сидел, а вы стояли, то я мог обеими руками оторвать вам яйца и свалить с ног, но я не сделал и этого»

Книги у друзей брали и «забывали» отдать, как обещали, даже в XV веке. Отдав переписанную книгу «О природе вещей» своему товарищу Никколо Никколи, Поджо неоднократно писал ему письма с просьбой ее вернуть: «Ты держишь у себя Лукреция двенадцать лет. Мне кажется, что тебе построят гробницу раньше, чем ты скопируешь книги».
***
Вероятно, из-за обилия информации общего плана, из-за перескоков от истории обнаружения свитков в Геркулануме к истории Александрийской библиотеке, смерти Гипатии, уставам монастырей, системе библиотек античного мира, гарантировавшей сохранение и воспроизведение древних текстов, книга не воспринимается как единое целое, а скорее как набор историй.

Стивен Гринблатт представляет миру книгу о истории одного произведения, которое непосредственно повлияло на многих людей, философов, художников и поэтов, и на эпоху ренессанса в целом. О поэме античного поэта и философа Тита Лукреция De rerum natura («О природе вещей».) Которая, будоражила умы не только во времена возрождения, а, кажется, прямиком от её сотворения и до сегодняшних дней. Сам автор сознаётся, что, купив книгу вроде бы из-за её необычной обложки, в последствии был немало увлечён чтением поэмы. Но в своё время даже владение книгой было дело рискованное, и передавалась она из рук в руки лишь тайком.

Но свободное передвижение поэмы Лукреция, кажется, было (не принимая в расчёт наши времена) лишь некоторое время после его создания.

Тогда ещё эпикурейцы свободно могли вести свои философские беседы о строении мира и о том, есть богам дело до людей, или же этих самых богов и нет в помине. Когда же воцарилось христианство, эта философия, а с ней и произведение Лукреция сразу попали в немилость, поскольку шли в разрез с основными положениями религии. И они ушли в тень на многие века.

Книгу Гринблатта в общем можно разделить на две части. Первая повествует непосредвственно о Поджо Браччолини Флорентийском, который и нашёл утраченную поэму в одной из монастырских библиотек. Ирония ли, но произведение, столь неугодное церкви, нашёл ни кто иной, как человек, большую часть жизни служивший апостолическим секретарём папы римского. Последнее, впрочем, не мешало Браччолини придерживаться гуманистических взглядов, а его страсть к возрождению античных трудов содействовала становлению одной из самых интересных эпох человечества — ренессансу, подарившей миру столько выдающихся мыслителей, учёных и деятелей искусства.

Вторая же часть «Ренессанс. У истоков современности» как раз повествует нам о том, какое влиянии De rerum natura оказала на эпоху возрождения. Как это произведение влияло на умы творцов; к каким уловкам приходилось прибегать авторам, издавая труды, в которых они заново осмысляли наш мир. С появлением книгопечатания. распространение поэмы остановить было не просто сложно, а скорее и вовсе невозможно. Ведь помимо самой физики строения мира, «О природе вещей» была и прекрасным примером античной поэзии, красоты литературного языка. Так что даже те деятели, что не могли принять философское содержание поэмы, не могли пройти мимо литературного.

Вообще, в обычной жизни принимаешь окружающий мир как должное. Атомы, звёзды, вселенная. Мы живём в таком информационном поле, что новости об открытии новой экзопланеты на расстоянии пары сотен световых лет уже не переворачивают мировоззрение людей, ведутся эксперименты по столкновению протонов и поиску новых элементарных частиц. А ведь в средние века и ранее мысли об атоме, или гелиоцентричноси, или масштабах вселенной среди простого народа были скорее исключением и поводом к сожжению его, чем обыденностью.

Даже имея физическое образование, мне было интересно читать об атомистах, да и вообще узнать, что эта концепция была высказана ещё до нашей эры (да, вопросам философии и истории у нас уделялось явно недостаточное количество времени). И в целом книга Стивена Гринблатта вышла достаточно познавательной. Моя реакция на книгу мне лично кажется несколько сумбурной — новой информации всё-таки немало, а у автора же повествование более элегантно; много интересных фактов о жизни в средние века, экскурс в историю античности, литературы, философии, гуманизма. Интересно и нескучно, и читается приятно.

И, пожалуй, любимая цитата из книги:

Пристегнись, дорогой читатель, автор приглашает нас совершить вместе с ним путешествие во времени. Не думаю, что это путешествие будет для тебя особенно познавательным, но оно точно будет атмосферным, увлекательным, полным драматизма.
Позволь мне представить тебе главных героев этой истории: Он и Она.
Она родилась в конце прошлой эры в кругу философов-эпикурейцев, была свидетелем их трапез, прогулок и рассуждений, пережила гибель великой культуры и становление другой - не менее великой, но агрессивно уничтожавшей все, что противоречило ее основным догмам. А Она противоречила, уж поверь.
Возможно, именно поэтому почти полтора тысячелетия она провела в забвении и заточении и лишь чудом уцелела.
Он родился во Флоренции в конце 14 столетия, был известным гуманистом, страстным любителем литературы, личным секретарем антипапы Иоанна XXIII и изобретателем романского шрифта.
Она - поэма Лукреция "О природе вещей".
Он - Поджо Браччолини Флорентийский.
Их встреча произошла в библиотеке одного из Германских бенедектинских монастырей при очень драматичных обстоятельствах, и была, пусть довольно краткой, но очень страстной. По убеждению автора, именно она породила многие события окончательно изгнавшие из Европы мрачное Средневековье и предопределившие становление эпохи просвещения.
Стараниями автора, дорогой читатель, мы погрузимся в атмосферу Европы, вступившей в эпоху Ренессанса.
Флоренция с ее знаменитыми сынами - Брунеллески, Уччелло, Мазаччо, Пацци, Медичи. Баден с его купальнями. Римская курия с ее порочностью и фарисейством. Суровый быт бенедектинского монастыря. Гуманистические идеи Солютати, Петрарки, Монтеня, Томаса Мора. Трагическая история Джордано Бруно. Комичность иезуитских молитв об отрицании атомов, напоминающих притчу о белой обезьяне
Во всей этой стройной и прекрасно выверенной истории возникают лишь две фальшивые ноты.
Первая - версия автора о том, что отослав одну из копий поэмы своему соратнику, вторую Поджо просто выбросил. Поверить в нее после того, как Гринблатт представил нам своего героя страстным книголюбом, гуманистом и любителем античных древностей, кажется совершенным кощунством. И все же мне хочется простить автору эту фальшь, потому что она как-то по особенному оттеняет гармонию этой истории.
Да и второй момент, несмотря на то, что диссонирует со всем остальным повествованием, не столько портит его, сколько придает пикантности. Гринблатт занимает позицию ярого атеиста, но в его исследовании то и дело проступает божественная рука провидения.
Усаживайся поудобнее, дорогой читатель. Будет это путешествие для тебя познавательным, или нет, но оно точно позволит тебе взглянуть по новому на давно известные события.
Только будь готов, что закончится оно на самом интересном месте, оставив ощущение, совершенно несвойственное жанру нон-фикшн: "что, и это всё? А даааальше?"...
Поехали!