История одного города. Сказки

Хороша клевета, а человеконенавистничество еще того лучше, но они так сильно в нос бьют, что не всякий простец вместить их может.

Все кажется, что одна половина тут наподлена, а другая — налгана. А главное, конца краю не видать.
Слушаешь или читаешь и все думаешь: «Ловко-то ловко, да что же дальше?» — а дальше опять клевета, опять яд… Вот это-то и смущает. То ли дело скромная воблушкина резонность? «Ты никого не тронь — и тебя никто не тронет!» — ведь это целая поэма! Тускленька, правда, эта пресловутая резонность, но посмотрите, как цепко она человека нащупывает, как аккуратно его обшлифовывает! Сначала клевета поизмучает, потом хлевный яд одурманит, и когда процесс мучительства завершит свой цикл, когда человек почувствует, что нет во всем его организме места, которое бы не ныло, а в душе нет иного ощущения, кроме безграничной тоски, — вот тогда и выступает воблушка с своими скромными афоризмами. Она бесшумно подкрадывается к искалеченному и безболезненно додурманивает его. И, приведя его к стене, говорит: «Вон сколько каракуль там написано; всю жизнь разбирай — всего не разберешь!»

ощущение, что Салтыков-Щедрин о фрустрации писал.
читая этот рассказ, ощущала "процесс" отравления Воблушкой своими речами. кажется "это" проникает внутрь и хочется от этого отмахнуться, может это причина, что сказки Щедрина не все могут читать. там между строк что-то ядовитое, опасное.

Во всем этом видится "чума" человеческого века невежества

Страшный рассказ

Люблю сказки М. Салтыкова -Щедрина. Нравится искать скрытый смысл в действиях животных, которые являются олицетворениями не только самих людей, но и их пороков, и каких-либо положительных качеств, что редко. В литературных произведениях редко описывается именно что-то хорошее: проявление исключительно доброты, сочувствия, сострадания..Эти добродетели считаются очевидными, и их существование подразумевается как само собой разумеющееся.
В небольшом произведении "Коняга", прочитанном мной по школьной программе, поднята тема простого человека, рабочего люда. Коняга представлен как существо, в котором от рождения заложены способности трудиться, он не знает, как можно жить по-другому. Да, трудно, тяжелая у него жизнь, но как иначе? Написанная в 1855 году( после отмены крепостного права), сказка проводит параллель между животным и теми крестьянами, которые больше не зависят от помещика, по крайней мере, могут не зависеть. Некоторые, почувствовав первую эйфорию от свободы, которая им предоставлена, начинают разочаровываться в установленных порядках и понимают, что старые устои,хоть и были ущемляющие, но все же они были, к какой-то степени, удобными.
Как-то я ушла в осмысление истории того времени от книги .В общем, каким бы "молодцом " ни выглядел Коняга в повествовании, речь не об том, а про то, какие люди устраиваю какие порядки, об их ограниченности...И, если и рассматривать Конягу как главное проявление идеи и проблематики, то лишь в том ключе, что он заслуживает порицания и осуждения за свои привычки быть "рабочей лошадью".
Сложное произведение. Просто сложное, если копаться в сути, а не просто читать, ухватывая первые картинки.
Михаил Евграфович писал бесспорно великие произведения( несмотря на восклицания моих одноклассников, что в книге не хватает "экшена").
Если появиться время и будет желание разобраться как в истории того времени, так и в нравах и мировоззрении людей того периода, то эта небольшая сказка для вас.

Мне казалось, эту книгу я читала в школе, она абсолютно точно из школьной программы, но, видимо, нам просто зачитывали из нее адаптированные (и не самые крамольные) отрывки. Язык сложный и тяжелый, некоторые слова надо выискивать в словаре устаревшего русского языка. Не каждый продерётся через громоздкие словесные конструкции. Но уж если кто осилит, то не получить удивленного и восторженного удовольствия от чтения просто не может ;)
Хотя удовольствие это сродни мазохизму... Собственно, "над кем смеётесь?". С.-Щ., конечно, гротескно и тонко описывает историческую реальность своего времени, но разве хоть в одном прототипе возможно не узнать многих из нашего настоящего? Риторический вопрос. Книга абсолютно актуальна. Горько актуальна. Чего стоит один только проект по присоединению Византии к Российскому государству.
История этого города бесконечна. К сожалению.

Давным давно мне где-то попалась мысль, что русская интеллигенция делится на любителей Толстого и любителей Достоевского, а любители М.Е. Салтыкова-Щедрина - редкие птицы, которых и в группу-то выделить не получается.

"История одного города" - произведение без жанра. Что это - роман, поэма, эпос? Какая традиция стоит за этим произведением? На самом деле, это еще один пример неудачного выбора для школьной программы. Подросток не обладает тем жизненным опытом знакомства с бюрократией и политикой, чтобы оценить весь масштаб этой книги - первой (и насколько я знаю, единственной) типологии русской власти.

"История..." (и здесь я соглашусь с Д. Быковым) - вершина творчества М.Е., достижение мирового значения. Перечитывая "Историю..." после знакомства, скажем, с Ф. Кафкой, находишь в ней совершенно кафкианские мотивы. Несомненная связь есть и со столь любимым многими романом Г. Маркеса "Сто лет одиночества". Мишель Фуко, полагаю, был бы в восторге от такой типологии и написал бы что-нибудь о дискурсе власти в Российской империи - для этого одного романа М.Е. вполне достаточно.

Только вот радости никакой не испытываешь, закрывая книжку. Накатывает тоска и страх, понимаешь, что, как водится, история никого ничему не учит, и Россия как шла, так и катится всё по тому же кругу.

История города Глупова рассказывается с самого начала и до последовательного финала в “летописных свидетельствах” о главах города. Минус подобных произведений в том, что читатель сразу знает, о чем речь. В конкретном случае рассказ о нерадивых самодурах- чиновниках и народной глупости, с сатирическо- ироничной гиперболизированной подачей. От этого читать становится скучно- понятно что следующий э̶ф̶ф̶е̶к̶т̶и̶в̶н̶ы̶й̶ ̶м̶е̶н̶е̶д̶ж̶е̶р̶ чиновник привнесёт новые ̶к̶р̶и̶в̶ы̶е̶ спорные решения. Понятно что Глуповцы примут это, даже если не сразу. Грустный и такой понятный получился рассказ - классика, ребята.
P S.: Порадовали “Большой блошиный завод” и “Малый тараканий завод” - возьму фразы на заметку.

Не ожидала даже, что эта сказочная повесть так меня увлечет) На удивление бесхитростное произведение, с очевидной моралью и надо же какое актуальное. Очаровательная вещь!

Кратенько, для тех, кто по неведомой причине в школе пропустил (как я. Даже сочинение по Салтыкову не писала почему-то, иначе бы и прочитала, и запомнила).

Два мордатых генерала волею судеб (автора, конечно) попадают на необитаемый остров. Руками работать оба не привыкли, а есть-то хочется. И хотя на острове есть и реки, полные рыбы, и фрукты-ягоды, и дичь в лесу колосится, но это же надо побегать, а генералы к такому не привыкли. А тут опа!– и находится на острове мужик. Его, конечно, запрягают, и он начинает он этих дармоедов кормить да обихаживать. Наступает для них райская жизнь, вот только в Петербург обоих тянет со страшной силой. Наседают они на него, чтобы он лодку построил из подручных материалов, да отвез их домой. Мужик и с этим справляется, а в итоге получает рюмку водки да пятачок серебряный. Генералы же по-прежнему в шоколаде – за время их отсутствия пенсия скопилась немалая, и все у них схвачено да прихвачено. Везде профит.

Исчерпывающе понятно, что автор хотел сказать своим произведением. Удивительно другое – как цензура пропустила его в печать. За сатирой и сказочными элементами истинный смысл не спрятать, он же на поверхности. А тут и критика существующего строя, и власти, и низов за их безынициативность...

В начале чтения действительно смешно, но по мере углубления становится жутко. Жутко не от съеденной головы градоначальника, а от понимания, что такие гротескные образы перестают казаться такими гротескными.
Потрясающий язык: автор прекрасно стилизует повествование под различные эпохи.
К критическому аспекту можно добавить следующее: сконцентрировавшись на сатире, автор делает своих плоскими. С другой стороны, как мне кажется, целью этого произведения было не создание художественного образа города Глупова, а как раз сатирическое представление отечественной действительности.