Дерево Джошуа

1960, The Wrecking Crew

- Вы меня за дуру принимаете, кузен Матиас?

После пятнадцатилетнего перерыва и одного развода Мэтт Хелм возвращается в разведку. Под видом увальня-фотографа он пребывает в Швецию, где должен тихо убрать некоего Каселиуса, досаждающего американским спецслужбам. Находясь в Стокгольме во власти подозрений, Мэтт не может доверять никому.

Все говорят, что Швеция аморальная страна.

Как всегда, Гамильтон слепил из шелухи напыщенного голема со шпионским таблом, да так патетично и театрально, что он опять свистит мимо, не задевая ни одной извилины. Да и история стандартная для него, позже он еще не раз гонял подобный сюжет. Написать что-то ни о чем – это прям его кредо. Этот роман второй в серии и страдает ненужными длиннотами при заурядной интриге, на последней трети от однообразия аж повеяло унылостью и скукой. Самый большой косяк этого сериала в том, что это все чистый детсад. Это даже не стеб, ГГ без шуток держит себя за профессионала высшего уровня, а всех кто хочет его перехитрить – за детей. Врагов видит насквозь, как рентген, но и лажать для проформы и получать по щам не забывает.

- Мне нельзя верить, Мэтт. - Ты прямо читаешь мои мысли.

Глухой, без проблесков, шпионский роман для убийства ненужного времени. Не знаю, зачем периодически читаю этого мудозвона, он того не стоит. Много ёрничанья и пустозвонства. Впрочем, иногда он неплох для отдохновения. Автор хорошо управляется со словами, но их слишком много, и они банальны, как и его рассуждения, которые заинтересуют, пожалуй, лишь подростков или недалеких взрослых. Но в этой истории хотя бы есть какие-то мысли и позиция героев, чего обычно у него не наблюдается. Что касается антуража, то сами понимаете какой он в Скандинавии. Получилась этакая сумрачная фига, которую Гамильтон может без напряга сложить в сюжет из сколько угодно пальцев. Впрочем, есть и забавные моменты вроде шпионского коллеги, который завидовал Хелму и называл его паскудой. Но по факту все это плинтусная чушь. Развлекательный контент, чего уж.

- Запомните, герр Хелм, что мы, шведы, очень болезненно относимся ко всяким проявлениям насилия.

Фехтование в тундре где-то недалеко от Полярного круга в свете габаритных огней, конечно, визуально эффектно, но только если вы принимаете правила игры, принятых в кино. От разведработы тут, как обычно, лишь межполовые шпионские отношения, что не шибко красит автора, выдавая в нем тематического халявщика, который в каждом последующем романе будет делать все тоже самое. Но дамочкам понравится, тут автор старается, сгущает картину, аж становится темно. Все эти разведчики и разведчицы, как негры в темной комнате, вылезают под полярный свет только чтобы потрясти мудями и помереть. Мрачная романтика, пришедшая с холода. Агентурный холодец, блин, таящий от тепла грешных тел. Лучше бы Хэлм сношал шляпу и узнавал секреты, чем хамил, давил на совесть и раздувал пафос. Я-то разинул рот на группу ликвидации, а вместо нее тут 50 оттенков серого. Но интригу (весьма сносную) к концу он все же вынул из кармана, так что голословно дармоедом его не назовешь. Каселиус злодейски хитроумен, но был неубедителен и до своей смерти практически отсутствовал. Гамильтон пытался толкать какую-то драму, но в контексте подобного жанра она выглядит несуразно. Понравилось, пожалуй, лишь финальное топтание по болоту. Не совру, если скажу, что Мэтт Хелм самый убогий главный герой из всех, что мне попадались на глаза. В общем, гладкая шпионская воображальщина из области фантазий автора о собственной крутизне и самовлюбленной непогрешимости.

С возрастом делаешь одно любопытное открытие, а именно: в какой-то конкретный момент у тебя может быть только одна женщина и одна родина.

Мы бодро вошли в свои новые роли обреченных любовников - этаких Ромео и Джульетты ядерного века, оказавшихся по разные стороны баррикад.

Фотомодель в этих арктических широтах, наверное, днем с огнем не сыщешь, а наступает такая пора, когда человеческая фигура в кадре становится прямо-таки жизненной необходимостью - хотя бы для обозначения масштаба пейзажа.

Если тебе хочется закорешиться с первым встречным – иди в пехоту.

- Кто-нибудь обязательно должен править миром.

- Ты еще не закончил истязать эту женщину, Мэтт.

Я усилил гнев.