Дорога уходит в даль...

Вообще-то наивная левачка-общественница Бруштейн должна была с энтузиазмом обличать кровавый царистский режим, вальсы Шуберта и хруст французской булки. Но делает она это вяло, неохотно, без того конъюнктурного рвения, которое отличает многих советских авторов, родившихся до революции (а, значит, во грехе). Наоборот, через все эти эсдековские реверансы, классовую борьбу униженных с оскорбленными и космополитическую мещанскую местечковость, как солнце через кроны деревьев, закрывавших тот вагончик, проглядывает Великая Российская Империя.

А сам трилогический мемуар, несмотря на его почти нарочитую детскость и несколько восторженный гуманизм, служит редким в наше смутное время образцом подлинной человечности.

Просто великолепная книга про девочку Сашу, которая готовится к поступлению в первый класс института. Про ее друзей, семью и учителей, одним из которых становится революционер.
Книга про очень сложное время. Первые намеки на революцию, репрессии несогласных с властью и все это не в центре страны, а на территории современной Литвы, где происходит стык двух культур.
Видно и определенное расслоение по различным признакам (разные экзамены для "разных" девочек).
Книга на самом деле совсем не детская, она мало того, что автобиографична, она отражает взгляд ребенка на очень важные события и явления, в которых ребенок живет.
Про влияние окружения, а в частности отца, принципы которого достаточно правильные. Он лечит бедняков бесплатно, учит девочку простым житейским вещам, никогда не врет, но при этом на очень сложные вопросы, он ответит "когда коса вырастет" При этом у него непростой характер, что делает его живым. В противовес ему представлены богатые, которые практически не платят своим рабочим и в грош их не ставят.
Как по мне, имеется некоторое преувеличение, что логично, потому что в детстве и трава зеленее, да и написана книга в те года, когда было принято превозносить революцию, но этого совсем немного.

Здесь все великолепно - дореволюционный Вильно (тут я рискую попасть пальцем в небо), первые стачки, в воздухе только сгущаются тучи, а люди живут своей жизнь, обыденной или героической, и среди них Сашенька - любознательная, активная, иногда неловкая, иногда нелепая, но с чистой и ясной душой. Порывы ее возвышены, она жаждет подвига, а кто его не хочет в раннем детстве?
Прекрасны и главные, и второстепенные герои, и даже прохожие. И даже их идеологическая выверенность - бедняки максимально благородны и несчастны, владельцы заводов омерзительно эгоистичны, и даже детям их незнакомо чувство сострадания - не портит удовольствия.
Сашенька так рассказывает об отце, учителях, друзьях и знакомых, что они буквально оживают на страницах книги, с ними хочется дружить, разговаривать, им сочувствуешь, им веришь. Впереди еще два тома их жизни и мне уже не терпится встретиться с ними вновь.

Это вторая часть автобиографичной трилогии Александры Бруштейн. В жизни Сашеньки перемены, она выросла и идет учиться в институт. Там у нее появляются замечательные верные подруги: Маня, Лида, Варя, Катя, Меля, вместе они - сила! Борются за справедливость, помогают друг другу и отстающим, собирают деньги для Кати, которая осталась сиротой. А ведь все это запрещено в институте, нельзя разговаривать о постороннем, нельзя собираться группками, нельзя смеяться без причины, повсюду следят синявки, норовит поймать за руку классная дама по кличке Дрыгалка. В семье у Саши тоже пополнение - рождается братик Сенечка, и на фоне его она теперь самая настоящая почти взрослая, часто участвующая во взрослых разговорах и семейных советах. Также мы больше узнаем о семье Саши, о семье ее отца, у которого 6 братьев, и все они собираются у бабушки на пасху, олицетворяя собой настоящую дружную семью, мои семь бриллинатов - как называет их бабушка. Саша вызывает только позитивные эмоции, она действительно очень мудрая, тонко чувствующая, добрая девочка.

Чудесная, добрая книжка. Прочесть ее должны все.
Повествование ведется от лица 9-летней девочки Сашеньки. Спустя 60 лет она вспоминает о своем детстве и делится с читателями.

Конец 20в г. Вильнюс. С одной стороны - запугивающие простой народ и не имеющие ничего общего с Богом священники, правдами и неправдами нажившие богатсво чинуши и "бизнесмены", принимающие остальных за расходный материал, с другой - бедняки, неграмотные, невежественные и доверчивые люди, а где-то посередине - семья Янковских. Отец, одаренный хирург, почти не ведающий сна и отдыха, успевает при этом воспитать дочку Сашеньку ЧЕЛОВЕКОМ (превосходное пособие для родителей). Девочка обладает необыкновенно пытливым и живым умом, и как верно спустя 60 лет она стилистически передает мир глазами ребенка - веришь каждому слову.

Дальше...

Простые истины - плохое и хорошее, переданы простым языком, который так необходим детям и порой позабыт взрослыми. Хотелось бы, чтобы каждый читатель задумался, не похож ли он на Шабанова, на тетю Женю, на Ритку с Зоей, на Любочку или мать и отца Любочки, не стоит ли поменять что-то в своей жизни, ведь для этого никогда не поздно. А еще хочется, чтобы эту книгу прочитали ВСЕ.

Сначала начала выписывать цитаты, но это, скажу я, - бесполезное занятие. Эту книгу надо впитать целиком, не оставляя ни капельки. Как много в современном мире развелось Шабановых - бесчувственных дельцов, ориентированных только на прибыль и детей воспитывают они такими же безнравственными узколобыми и жестокими уродами. Как много заурядных людей, плотной толпой отгораживающихся от всего им непонятного, на корню убивающих любое проявление индивидуальности. Как сложно оставаться Человеком цельным и самодостаточным, когда вокруг каждый норовит ткнуть тебе в лицо твое отличие...

На глаза мои то и дело наворачивались слезы, они у меня как у Юзефы

а к концу книги вообще не просыхали. Судьбы революционеров, больной рахитом девочки, денщиков, воздухоплавателя, военного врача, да и вообще всех героев берут за душу. Обязательно продолжу знакомство с историей Сашеньки. А уж какая она была красавица! На википедии ее портрет, сколько смелости и энергии в ее глазах, невозможно оторваться.

Читая эту книгу жалела, что я уже человек взрослый. Ведь было же время, когда я с увлечением проглотила огромный роман про детство и юность Надежды Крупской, откопанный где-то у бабушки на чердаке, удивляясь мелочам дореволюционного быта... Какой невероятной экзотикой для меня казались все чтения героями взахлеб "Капитала", забастовки рабочих, повальный атеизм положительных персонажей.

А вот Бруштейн сейчас пошла значительно хуже. Только отвлечешься, вчитаешься, а тут какой-нибудь идеологически правильный момент вылезет и портит все удовольствие. Сцены и диалоги начинают казаться слишком выстроенными и подобранными с одной лишь целью - показать, что богатые эксплуататоры - все гады и во всем, революционеры - прекрасны, чисты душой и светлы, а религия - опиум для народа...

Обидно даже, ведь книга-то не только об этом. Тут и общечеловеческого много, не только марксизм во все поля. И главная героиня интересная девочка, непосредственная и умненькая. Но ничего не могу поделать со своими причудами восприятия.

Да еще и методы воспитания обожаемого отца Сашеньки меня смущали. Надо ли у собственного ребенка отбирать куклу и отдавать малоимущим девочкам? Тем полезнее было бы еды получить в подарок, думается... Резковат папа что-то.

Итог: книга неплохая, но идеологически мне совсем не близка, к сожалению. Тем не менее, читать продолжение буду.

Вторая часть чудесной автобиографической трилогии понравилась мне даже больше, чем первая. Я снова погрузилась в жизнь дружной семьи в конце 19 века. И какая это чудесная семья! В такой дружной, открытой, всегда готовой помочь другим, интеллигентной семье детство и должно было быть таким счастливым и интересным, какое оно было у юной Александры. С какой любовью автор описывает своих родных, друзей семьи, своих школьных подруг! За тот вечер, что я провела с книгой, все эти люди стали и для меня родными и близкими. И по-настоящему великими людьми.

Единственный момент, который меня сильно удивлял всю книгу. Возможно потому, что последнее время я больше читала авторов, не принявших советскую власть. Но все равно. Книга написана в 1950е годы, уже после разоблачения культа личности Сталина. Александра Бруштейн родом из еврейской интеллигентной семьи. Неужели за время репрессий в нашей стране она не разочаровалась в революции, неужели никого из её близких не затронули аресты и лагеря? А "дело врачей"? Её отец был врачом-евреем. Конечно, её отец умер до начала "борьбы с космополитизмом", но если писательнице была не безразлична судьба осужденных по "Мултинскому делу", и она обвиняла царское правительство в разжигании межнациональной розни, то не могла она остаться равнодушной к преступлениям советского режима.

Но в то же время книга наполнена восхищением революционерами, ожиданием и жаждой смены режима, восхлавлением грядущей революции. Я понимаю, что во времена детства Александра Яковлевна действительно восхищалась смелостью борцов за революцию, немного помогала отцу и полностью разделяла его взгляды. Но в некоторых фрагментах, когда повествование вырывается вперед и автор рассказывает про будущее, восторженность перед революцией и наступившим советским строем не исчезает. И я не верю, что это восхищение она смогла сохранить в себе спустя 60 лет.

В любом случае, книга отправляется в любимые. Она прекрасна. И я готова её перечитывать в минуты грусти и разочарования в людях, чтобы поверить, что в мире добрых людей больше, чем злых.

Год Сашиной учёбы, где ей не везёт с "куратором/классной руководительницей" Дрыгалкой и начинаются первые серьёзные болезненные шишки. Благодаря близким людям и характеру (наблюдательности, терпимости, эмпатии, правдивости и прочему) удаётся не озлобится, даже порой сопереживать неприятным людям, той же Тамаре.

Любопытным показалось, что в этом романе родители заступаются за детей, в крапивинских историях почти не встречается (тут хорошее о близких, а у В. П. Крапивина рассказ взрослым о беззащитности детства?)

Много трогательных героев в окружении, жаль не смогли с Лёней нормально из-за гендера сдружиться, или это нечто схожее с дурачеством было.

Понравилось, как героиня преодолела шелуху "мой дуся", хоть это и болезненно было.

Красиво, что отсутствует идеализация, про того же отца говорится с уважением, но подмечаются недостатки: когда дело доходит до его страсти, он может ненароком обидеть дочь, сказав ей, что она ещё слишком маленькая вникать во всё это; отсутствие эмпатии по отношению к участию сына друга в революционных кружках; порой взаимоотношения с братом – Михаилом – что-то, возможно, не замечено.

Когда говорилось об искусстве, особенно театре, чувствовалась душевно-живительная мощь, как от встреч с будущими знаменитостями, так и от собственных стремлений прикоснуться к искусству.

Не менее правдивы и душевны социально-политические строки. Но тут, увы, для меня повествование теряет интерес.

А поскольку на этой ноте заканчивается повествование, то скучно( Остановлюсь на понимании, что героиня готова окунуться в будущий период жизни.

За продолжение точно возьмусь не сразу.

Чудесная, тонкая, живая, трогательная история. Первая книга автобиографической трилогии о периоде светлого, наполненного событиями и уроками детства.
Сашенька Яновская, главная героиня повести, постигает тонкое искусство быть настоящим человеком через общение с родителями, сверстницами, людьми иных социальных слоев и нравственных уровней. Отрадно наблюдать за процессом становления характера и взросления души.
В книге интересно сплетаются быт провинциального дореволюционного города, межэтнические взаимоотношения и детское восприятие законов жизни, иногда несправедливых, иногда сложных, иногда трагичных, но всегда важных.
Автору удаётся осветить и социально-политические процессы, протекавшие в России на рубеже веков. И снова это выходит тонко и ненавязчиво, больше трогает за душу, проходит через нравственное восприятие.
Профессиональная тема связана с деятельностью доктора Яновского, революционера Розанова и воздухоплавателя Древницкого, а также целой галереи промышленников, генералов, тюремных врачей, иностранных светил. Здесь, пожалуй, сосредоточены и самые противоречивые идеи, вызывающие наибольшее число споров среди читателей. Вопрос классовой и профессиональной принадлежности сильно идеологизирован: бедные и трудолюбивые, революционно настроенные и им сочувствующие - хорошие, а богатые и знаменитые - плохие. Но опять же, это довольно тонко подано. Через поступки и нравственный выбор. И знаете что, это хорошо. В последнее время модно антисоветчину пропагандировать, её можно, ага... А здесь все одухотворено и объяснено, поэтому хорошо. И ещё раз - это вторичные темы и проблемы. На первом месте взросление человека и развитие личности.

Моя мама так об этом рассказывает:

• Меня это даже просто бесило. Она (то есть я) заканчивает читать эту книгу, открывает с первой страницы и начинает заново!

  "Дорога уходит в даль" - первая часть трилогии Александры Бруштейн. Первая и, я бы сказала, лучшая. В ней еще мало политики и революционной борьбы - в остальных двух гораздо больше. Это просто история, рассказанная девочкой о своей жизни. Роман-автобиография. Саша Яновская растет в семье врача. Детство ее можно назвать безмятежным - особенно пока девочка еще мало понимает в том, что видит. В том, что творится вокруг. А вокруг - конец 19-го века. Сашенькин папа - необыкновенный врач. Из тех, что готов лечить кого угодно сутками и бесплатно. Один из тех интеллигентов, которые не просто кричали на каждом углу о кошмарном положении "рабочего люда", а сами всеми силами пытались это положение облегчить. Да так, чтобы и за решетку не угодить. (Интересно, что я потом, годы спустя, узнала, что вовсе не был папа реальной Сашеньки воинствующим атеистом, скорее уж наоборот).

  Потом Сашенька поступает в институт (аналог гимназии или нашей средней школы) - и там впервые сталкивается с настоящей жестокостью, необходимостью лгать, необходимостью выбирать между правдой и "добродетелью". Но зато там же у нее появляются настоящие подруги. Книга написана прекрасным, легким языком и оставляет очаровательное послевкусие. Я, кстати, удивилась, узнав, у скольких моих друзей, оказывается, "Дорога уходит в даль" тоже была настольной книгой в детстве! Кстати, судьба самой Бруштейн была очень нелегкой. Она ослепла и практически оглохла, будучи еще не старой женщиной. Но все равно продолжала бороться за революцию и писать книги. Можно много спорить о революции как таковой, но художественная ценность трилогии Бруштейн - бесспорна.