Конец света. Первые итоги

Писатель, лишенный амбиций, - либо лицемер, либо обманщик. Нет больших притворщиков, чем писатели.

«Представьте себе, что моя душа - такси, а вы неожиданно („Господи, что происходит?“) оказываетесь внутри»
Буквально на каждой странице - точно то же происходит, когда я читаю Фицджеральда или Блондена, - мне хочется хлопнуть автора по спине и мысленно с ним чокнуться.
Книга издана на двух языках, что позволяет проверить точность перевода. Кроме того, это позволяет заметить, что иногда американцы бывают славными людьми.

Писатель, лишённый амбиций, — либо лицемер, либо обманщик.

Наш мир, мир капитализма, признает: мы — твари дрожащие, озабоченные выплатой кредита.

Конец путешествия наполняет меня такой же грустью, как конец книги.

Лучший способ унести людей с собой - это вспомнить их слова.

"Когда Иисус снова явится на землю, его замучают пресс-конференциями."

Очень удобно иметь дело с великими писателями: просто выпиши из него нужный кусок - и готово определение.

Книг, способных оказать подобное воздействие на читателя, не так уж много: "На дороге", "Над пропастью во ржи", "Женщины", "Тропик Рака". Итого: четыре. И все - американские.

"Потом ты идешь к себе в комнату, усаживаешься перед едва начатой страницей и слышишь в себе звуки катастрофы."

Полагаю, существуют истории, не имеющие конца. В нашем случае были два человека, попытавшиеся любить друг друга; у них ничего не вышло, о чем они будут жалеть всю оставшуюся жизнь.

Литература - не хобби для бездельников. Литература придает жизни смысл, которого та лишена.

Настоящая глобализация – это литература

Если хочешь создать эпопею, не обязательно марать тысячи страниц. Сэлинджер - это Гомер, которому хватило чувства такта выдать себя за школьника.

Права была Коллет, заявившая: "Все, о чем пишешь, в конце концов становится реальностью"

Жить значит есть, пить, любить, наслаждаться, а потом плакать и гладить кошку.

Музыка рождает в нас жажду вечности.

Единственное оправдание искусства в том, что оно стремится насквозь пронзить время.