Последнее лето

Армия - как человек - без головы не живёт.

Для работы полезно, когда привыкаешь к чему-то одному.

А вообще-то, естественно, каждый своё поражение стремится чем-то оправдать. Нападающий обязан знать, на кого меч поднял. И какие будут расстояния, и какие дороги, и какой климат, и с какими людьми иметь дело придётся.

Сила воспоминаний обостряется, когда на них мало времени.

Человек, не знающий или считающий, что он не знает страха смерти, не может разумно управлять войсками. Не испытывая страха смерти сам, он не будет знать, чего можно и чего нельзя потребовать от подчинённого. А когда приказываешь, необходимо знать, какое место занимает страх при исполнении твоего приказа.

Когда слишком много сил тратят на обещания - слишком мало оставляют на исполнение.

Один раз струсить или растеряться может даже самый храбрый человек. Кто думает иначе, тот войны не знает.

Конечно, когда человек погибает, тем более подчинённый, хочется задним числом, чтобы ты его перед смертью хвалил, а не ругал. А если в последний раз ругал - пускай правильно, - потом, после смерти, всё равно кажется, что надо было сказать ему что-то другое.

Хуже, когда война человеку время оставляет подумать, что он умирает, а дело недоделанное.

Вот вроде меняется человек на твоих глазах к лучшему, а потом вдруг наткнешься и видишь: в одном изменился, а в другом какой был, такой и есть.

Что такое штаб без связи? - Отрубленная голова. Глазами ещё моргает, но не видит. Руки-ноги ещё дрыгаются, но уже не живут.

Да - так и бывает: сперва считаешь - век не забуду, а потом оказывается по-другому.

Мали ли мы людей за войну сперва схоронили, а потом обратно оживили. Хуже, когда наоборот: считаем, ещё живой, а он уже мёртвый.

Сама смертельная опасность заставляет всякого воюющего человека всегда хотеть, чтобы он был как можно лучше вооружён и защищен.

Вот до чего война людей доводит. Совсем в каменный век отбросила - рыбу гранатами глушим, как какие-нибудь пещерные люди - камнями.

Если сразу не отучишь, пропадёшь.

Как много может сделать дурная женщина за долгую жизнь с человеком.

На воре шапка горит.

А того, кто помер, уже не воротишь; значит, и перед ним - без вины.

Неправильно, когда человек с малых лет растёт без отца, без матери. А сколько их теперь после войны будет, таких.