1913. Лето целого века

Макс Бекман пишет в дневнике: "И всё же человек был и остаётся свиньёй первого сорта".

Состояние "разлучившихся" ему больше по вкусу.  Тогда нет нужды прилагать усилия - можно просто сочинять письма. Состояние в промежутке, которое именуют настоящим, любовью, неопределённостью, - как раз с ним он не может справиться.

Мудрое послание Келлермана: давайте оградим утопии от их испытания на практике

Но до какой бы степени интимности он (Шиле) ни доходил в изображении своей наготы и наготы своих близких, словно работает не кистью,  но скальпелем- очевидно,  что, в отличие от Густава Климта, он далеко не со  всеми  моделями ложился в постель: заглянуть в бездны телесности ему удавалось именно из пропасти безучастного созерцания.

Чета Марк застает ее(Эльзу Ласкер Шюлер)  за завтраком: перед собой она расставила целую армию оловянных солдатиков и на скатерти в сине-белую клетку "вела ожесточенные сражения - вместо тех, что неустанно преподносила ей собственная жизнь".

Пойду выйду, возможно, вернусь не скоро. Лоуренс Оутс.

И все же человек был и остаётся свиньёй первого сорта. Макс Бекман

Лежи в траве, в тени, в прохладе
под старой липой вековой,
среди залитой солнцем глади
качают травы головой.
Б. Брехт

"Ничего  ещё не решилось. Франц." Ф. Кафка

Я при этом ничего не теряю, ибо меня с Вами, по счастью, давным-давно связывает лишь тонкая нить испытанных разочарований. З. Фрейд Юнгу