Второй шанс, или Повторение пройденного
Первый раз я брался за чтение этой книги в 2015 году, и тогда она попала в категорию «Не дочитал», что вообще для меня весьма редкий случай (за 11 с гаком лет жизни на сайте в недочитанное попали всего 4 книги включая эту). Соответственно и оценка книге выставлена не была — раз не прочитана, то и оценки нет, хотя по всем канонам напрашивалась двоечка. Однако вот сейчас при очередном визите в библиотеку книга вновь попалась мне на глаза и попросилась в руки, буквально потребовала дать ей второй шанс. Дочитаться и оцениться. Что же, давай попробуем, решил я.
Перечитывать наново не понравившуюся мне первую (бОльшую) часть сборника я не стал, а просто продолжил с того места, на котором остановился семь лет тому назад. И, несмотря не прошедшее время, восприятие очередной порции тюремно-лагерных баек и былей вовсе не стало привлекательным и приятным — не люблю сидельческие рОманы. Однако всё-таки я не зря старался, ибо последняя, третья часть книги совершенно другая. И тематически (т. е. рассказы ориентированы на другую ЦА), и стилистически (весьма неплохая русская литературная речь), и в смысловом отношении рассказы цепляют и трогают — в общем, очень неплохо.
Сразу скажу, что рассказы, составившие вот эту приличную часть сборника, написаны автором ещё в 80-е, т. е. либо до всех его «посиделок» в разных специальных местах, либо когда ещё не произошло необратимых изменений личности от погружения в эту весьма специфичную тюремно-лагерную субкультуру. Т.е. книга как раз наглядно демонстрирует читателю, как меняется личность человека, его интересы, взгляды, мысли и образы, язык общения и всё прочее, из чего он состоит, при длительном воздействии «культурного бульона». Человек тюрьмы — так называется этот феномен. Причём вот это влияние субкультуры не минует и работающих в этих учреждениях людей…
Ну, а оценка книге состоит из чисто арифметических вычислений: 2 (за первую часть) + 2 (за вторую часть) + 4 (за третью часть) делённое на 3 равно 2,67. Ставим тройку. Гештальт закрыт.
37 понравилось
