Відчуття закінчення

«Так себе идея – начинать книгу со сгустка спермы» - подумала я, открыв первую страницу. Потом поняла – самое оно. Отлично передает суть.

Примерно треть, если не половина текста - унылое околофилосовское нытье. Я вообще-то люблю рассуждения о жизни, но здесь – благо рассказчик у нас в солидном возрасте – это натуральное стариковское брюзжание в самом плохом смысле этого слова.

Фабула: когда-то одному мужику очень долго не давала одна телка. Потом, в конце концов, дала. В этом заключается самая соль всего жизненного пути помянутого мужика. Потом у него была еще какая-то телка, потом он женился, родилась дочь, развелся – но всю жизнь вертится вокруг какой-то странной бабы из его молодости. Вся история его жизни – целая человеческая жизнь, черт возьми! – у него уложилась буквально в пару фраз, зато рассказывая о своей Веронике, он даже припомнил, как у него случился запор, но все кончилось хеппи-эндом, просраться по итогам все же удалось. Господи, какое счастье, я так переживала. Может, это был тонкий намек, что наш герой – унылое говно, не знаю.

И даже на старости лет он тратит недели на то, чтобы разобраться в каких-то тухлых «тайнах прошлого». Твою мать, да нахрена так жить? facepalm Перед тобой весь мир открыт, а ты добрых сорок лет сначала старательно забываешь, а потом, кряхтя, вспоминаешь обратно, послал ты свою Веронику нахер или промолчал.

В конце концов, буквально на последней странице, нам все-таки преподнесли «тайну прошлого». (Остальные тайны унылы до смешного: например, что Энтони все-таки не сжег свое полное истеричных проклятий письмо, а отправил адресату. Боже, какое глубокое потресение). Но этот «шокирующий сюрприз» про Адриана рядом со всем остальным романам уныл и скучен, честно признаться. Сам по себе поворот сюжета неплохой, но как подумаешь, что ради этой тайны Энтони коптил небо все это время – плакать хочется. А по всему выходит, что именно так – всю дорогу он так или иначе крутился вокруг короткого эпизода из прошлого, вместо того, чтобы жить настоящим.

Увлекательная книжка про борьбу героя со своим склерозом. Одна радость – она короткая.

Эту книгу можно возвести в абсолют. Языка, идеи, подачи, размера в конце концов. Барнс умеет вешать в граммах.

Что мы знаем о времени? Ровным счетом ничего, так же как и осамих себе в этом времени и вне его. Уверена ли я, что через энное количество лет, все, что пишу сейчас не покажется мне абсурдным, постыдным и пустым. Могу ли со стопроцентной уверенностью сказать, что этот момент вообще сохранится в моей памяти?
Может быть время это глубина? Ты ныряешь, все дальше и дальше погружаясь в непроглядную толщу, время над тобой, под тобой, вокруг тебя, оно везде. Но с другой стороны оно исключительно субъективно. К вам никогда не приходило ощущение, что на самом деле существует только здесь и сейчас, не в плане легкомысленности сущестования, а в принципе. Есть только то, что мы видим, я пишу эти строчки, а где-то в Австралии в это же время скачут кенгуру, но для меня они не более, чем статисты, второстепенные герои, которые позволяют более менее точно представить картину мира, для себя естественно. Даже собственный муж, который сидит в комнате пока я напеваю в душе становится фигурой размытой и как бы несуществующей. Он скрыт от меня несколькими стенными перегородками, я не слышу, не вижу его, его нет в моем времени.

там, где бьется сердце, добавила бы я. Скачут кенгуру, течет вода, в одном и закрытых научных центров России тикают на стене часы с эталонным временем, а между тем ни один из этих моментов не является достоверно точным. И только свой собственный пульс можно прощупать.

Еще момент, на который натолкнула меня книга, что мы в целом знаем о других людях? О самых близких нам? Мы не лазили им в голову, так почему мы так уверены, что, то что мы принимаем за храбрость, задумчивость или склонность к философствованию на самом деле таковыми и являются? Нельзя быть предельно искренним даже, если очень стараешься, твой оппонент может тебя не так понять, он смотрит своими глазами, меряет своим временем.

Время течет своим чередом, стройный и ровный ряд воспоминаний превращается в лоскутное одеяло, и мы уже не так уверены, в том, а не произошла ли подмена понятий? Может быть все было не так. И, если с нашей точки зрения все верно, что об этом событии думает другой человек? Открывается ли нам со временем правда или просто дается возможность по иному взглянуть на тот или иной момент? Историю пишут победители... тут требуется уточнение: публичную историю пишут победители, а побежденные ее даже не читают, позволяя себе обманываться, сочиняя и корректируя исключительно свою версию событий, щадящую самолюбие. Так значит истории две? Скорее их бесчисленное множество, 7 млрд. историй, ровно по количеству, ныне живущих на Земле...

Ах, да... после столь восторженных пассажей, не могу, не объяснить почему же все-таки 4 балла. Меня всю дорогу бесила Вероника, это просто ужасно. Абсолютно невменяемая особа, "Психичка", как точно выразилась другая героиня романа. Я вообще теряюсь при виде таких неадекватных людей, способных встать и уйти посредине разговора, не потому, что обиделись, а просто так, надоело. Она зовет главного героя на свидание, а сама устраивает какие-то дикие покатушки на машине, не перемолвившись с ним и парой фраз, мол сам догадайся, что я имела ввиду. Сходи туда, не знаю куда, там лежит, то, о чем я сама не знаю... Может быть этот типаж был введен в роман, чтобы подчеркнуть его глубину и трагику, придать интриги, опять же.. Не знаю, на мой взгляд, если бы Вероника так не мудрила, было бы ни чуть, не хуже. И последние заключительные строки романа выстрелили бы стой же силой и попаданием. Но... кто знает, что я подумаю об этом завтра...

Очень четкая книга.
Барнс начинает нравиться мне все больше и больше, и если первая моя барнсовская книга показалась мне простоватой, то здесь я удовлетворена вполне.

История Тони, Адриана и Психички Вероники (несмотря ни на что не согласиться с Маргарет я не могу) цепляет, держит, назовите как угодно.

А еще это книга о Времени, о том как оно может перевернуть, изменить, о том как оно может менять и меняться само.

Тони. Таких как Тони много. Он, по его собственному признанию, середнячок во всех отношениях. Он обыкновенный, нет у него каких-то ярких черт, нет индивидуальности. Такие люди обычно живут в гармонии с собой, с окружающим миром, с реальностью. Такие люди доводят начатое до конца, не хватая звезд с неба одной усидчивостью, методичностью порой достигают большего нежели способные разгильдяи. Такие люди несколько скучноваты, обыденны, но зачастую семейная жизнь с ними комфортна и беспроблемна. Такие Тони учились с нами в институтах, работали в наших офисах, такой Тони смотрит на нас со страниц книги.

Правда мне самой в силу еще какой-то горячности охота было дать ему пинкс, чтоб не ныл, не тупил, а действовал. Что характерно, у меня есть такой знакомый, очень похожий на главного героя, в том же возрасте, что и Тони из второй части. Так вот, мне постоянно охота отвесить ему подзатыльник по тем же причинам.

Вероника Психичка. Ее я понимаю меньше, возможно потому что самой мне характерно диаметрально противоположное поведение, хотя молодая Вероника мне будет поближе постаревшей, может позже я пойму и ее. Но оттого, что я не разделяю ее мысли, она не стала для меня менее интересной, напротив.

Адриана полностью автор нам так и не показывает, он все время появляется и исчезает, а именно Адриану отдана наибольшая моя симпатия, хотя я не могу принять его последнего решения, и соответственно очень сердита на него, так как сердятся учителя на любимого, но внезапно нахулиганившего ученика. Адриану в отличие от Тони, и может быть даже Вероники ( как знать что впереди) не дано осознать, переоценить своих поступков времен молодости. А жаль. Его переоценка была бы очень интересна. Но тогда не было бы книги.

И еще интересный момент. Я не так часто читаю современные книги, и поэтому для меня это первая книга, наполненная такими словами как гаджет, сервер какой-то там для определения ip адреса, ну и т.д. Это просто забавность. Моя личная.

Мне кажется, автор несколько слукавил: память главного героя чертовски избирательна, из неё выпадают важные, эмоционально окрашенные моменты, причины и мотивы, но при этом он весьма подробно помнит, где, когда, сколько и при каких обстоятельствах мастурбировал. А, в целом, у меня сложилось такое впечатление, что всё важное — не в фокусе, проплывает мимо, как нечто в мутной воде, способное оказаться и серебристой рыбкой, и куском мусора. Лоскутное повествование, перемежающееся псевдофилософскими вставками о сущности времени,  восприятия и стилизованное под "структуру памяти", взгляд из далёкого будущего в беспечное прошлое, обнажает рваный сюжет, который легко умещается в два предложения, с банальной главной мыслью и не менее предсказуемой развязкой с претензией на неожиданность. Идея о том, что восприятие/отдельные чувства накладывают отпечаток на воспоминания и людям свойственно интерпретировать события/поступки в свою пользу, совершенно не нова и получала более интересное обрамление в литературе, чем интрига о том, кто с кем спал и какие у этого были последствия. И, возможно, это уже мои убеждения привносят свои искажения, но так ли важны все эти бразильские страсти, когда прошло сорок лет, ничего не изменить, а собственная вина в случившемся настолько косвенная, что на уровне "я навлёк проклятие неосторожными словами"?

В центре повествования Тони — немолодой мужчина, крепкий середнячок по жизни, значительных высот не добился, плыл по большей мере по течению, но и дна не касался, в каких-то драмах не замечен. Разведён, поддерживает дружеские отношения с бывшей женой, хорошие — с дочерью и внуками. И вот движется он размеренно по жизни, пока не получает наследство от матери своей бывшей девушки, с которой встречался ещё сорок лет назад. Это запускает цепочку воспоминаний о школьных друзьях (два из трёх — просто имена, мелькнувшие и пропавшие из повествования, непонятно, зачем они вообще были нужны), о студенческой жизни, о трагедии юности. Но драма не работает. Всё замкнуто на Тони и его крайне абстрактных переживаниях, и, буду честна, временами я не понимала, почему дневник друга так важен, если читателю даже саму дружбу особенно не показали. Где подлинная близость, если из совместных сцен автором предложены только уроки истории с подростковыми потугами в оригинальность? И вот это так повлияло на героя, что он спустя сорок лет вспоминает об этой "дружбе", вся суть которой умещалась в совместные пикировки с учителем истории? Всё это кажется такими неважным в контексте времени, всей прожитой жизни, потому что об этом и рассказано как будто между делом, вскользь. Поэтому меня ничего не трогало на эмоциональном уровне: персонажи, кроме Тони, — функции с именами, события — вялые встречи и упаднические размышления, рассуждения — какие-то до скуки очевидные, развязка, призванная удивить, скорее оставила недоумение (и как к этому пришли) и раздражение (пришли и пришли, неважно, это не стоило того, чтобы двести страниц упорно продвигаться к данной точке).

Я не разглядела даже подобие жизни в героях, они были мне безразличны, поэтому я максимально обесценивала их переживания и трагедии. Абсолютно пустая для меня книга, не без потенциально интересных моментов, мыслей, но с посредственной реализацией. Даже прибавить нечего, чтобы не проспойлерить ту хлипкую интригу, на которой неуклюже балансирует всё это нагромождение сцен, лишённое цельности.

- А теперь последняя загадка: что на свете всего милее?

• Василиса!
• Нет.
• Жизнь! Жизнь всего милее!

  "Василиса Прекрасная", Союздетфильм, СССР 1939 год, режиссёр А.А.Роу

А Тони мне близок. Только не тот, которому едва за двадцать, а тот, что на склоне лет. Виноват ли он в том, что жизнь его прошла слишком гладко, без особых потрясений? Что он не полетел в космос и не открыл лекарство от рака? Да он прожил так, как большинство людей. Он и Веронику-то преследует из-за того, что хочет каких-нибудь сильных эмоций, ибо последние лет двадцать их ему взять просто неоткуда. Дом, дочь, хорошие отношения с бывшей женой, волонтёрская работа... У многих в 60 нет и этого. Но без эмоций нет человека, человеческой души. И он упорно настаивает на встречах с Вероникой, которая каждый раз обдаёт его презрением и выставляет дураком. Ведь Вероника - часть его молодости.

Вообще-то я Тони искренне сочувствую. Не знаю, как вы, а я всегда примеряю на себя ситуацию, в которой оказался герой. Так вот, читая эту книгу, знаете, о чём я думала? О том, что у меня есть ещё лет 10. Примерно 10 лет на то, чтобы изгнать всех Вероник и заполнить освободившееся место кем-то стоящим и настоящим. И я буду очень стараться.

По прочтении этой и той книг автора не могу избавиться от ощущений, во-первых, прозы от ума, но не от сердца, а во-вторых, некоей неизменности сюжетного стержня, когда чуточку меняются только сопутствующие обстоятельства, а основа остается одинаковой.

В центре романа история теперь уже пожилого человека и его друзей, вернее одного из них, с кем жизненные пути-дороги оказались переплетены достаточно сильно.
В самом начале - они молодые люди, заканчивающие школу и мечтающие о дальнейшем прекрасном будущем, делающие в нем первые шаги и открытия, которые связаны не только и не столько с учебой, как с другими, подчас более интересными и манящими сферами жизни. Они еще не догадываются, что многое таит в себе подводные камни, рифы и течения, могущие быть отсроченными во времени и иметь продолжение спустя годы и расстояния, когда неожиданное письмо подталкивает не только к воспоминаниям, но прежде всего, к переосмыслению прошлого и пониманию причин тех или иных событий.

В романе, посвященном быстротечному времени, людской памяти, человеку в нем и демонстрирующем, насколько каждый из нас может быть субъективным в момент, когда затрагиваются его интересы, есть заслуживающие внимания моменты, посвященные периоду 60-хх XX века или философские умствования героев в пылу молодости настолько живые и яркие, что чувствуется еще не угасший пыл юности.

В остальном-же, роман оставляет желать лучшего. Загадка, вокруг которой строится весь сюжет, показалась немного притянутой за уши, равно как и чувства героя, малоубедительными. Постоянные намеки на тайну-тайну подогревают интерес, который в конце не до конца оправдывается. Отсюда некая искусственность всего романа и чувство неудовлетворения в очередной раз от прозы англичанина...

Собственно говоря, до меня тоже не дошло. Увы. Что это такое было?...
Даже если оставить за кадром то, что книга неимоверно, нечеловечески скучная... о чем она? как бездарно растратить свою жизнь?

Было у мальчика Тони трое школьных друзей. Один из них покончил с собой по какой-то ужасно глупой причине. Была у мальчика девочка Вероника - полудетский, полуплатонический, дурацкий и изматывающий роман, в возрасте, когда комплексы и гормоны напрочь вытесняют любую возможность какого-то искреннего чувства. Ведь это даже не любовь была! И бросил-то он ее сам в итоге.

И вот представьте, что об этой девочке написана по сути вся книга, а остальная жизнь (целая жизнь!) героя между 18ю и 60+ годами умещается у него на полутора страницах. Женился, родилась дочь, развелся, выдал дочь замуж. Все. И сказать-то больше нечего. Как, КАК можно жить так, что на склоне лет оказывается, что единственная яркая эмоция - вот эта странная вздорная - и раздражавшая меня всю книгу неимоверно - девочка, половина воспоминаний о которой, как оказалось, игры старческого разума и на самом деле все было не совсем так.
И дело ведь даже не в том, что главный герой, по его собственному признанию, "середнячок". Дело в том, что он удивительно эмоционально скуп и эгоистичен, что он застрял в прошлом, зациклившись на нескольких ярких событиях далекой юности. А ведь жизнь идет по-прежнему - бывшая жена который раз намекает ему, что не против поехать на отдых с ним вместе, с дочерью он почти не общается (и винит в этом дочь, конечно, а не своих призраков).

Можно, конечно, бесконечно перебирать воспоминания, путаясь уже в их достоверности, можно преследовать людей из прошлого, пытаясь вернуть, найти, вспомнить. Во многих рецензиях пишут, что эта книга о времени... но для меня она оказалась о том, как потратить свое время, свою жизнь, зря. Но Тони объяснять это уже бесполезно.

Мне тяжело писать об этой книге, потому что она оказалась для меня очень личной. Сложно подобрать слова, чтобы выразить все обрушившиеся на меня во время чтения эмоции. Как бы мне ни нравилось творчество Джулиана Барнса, этот роман я не смогла прочитать быстро, небольшое по объёму произведение растянулось на неделю. И в эти 240 с небольшим электронных страниц вместилось столько мыслей, переживания, происшествий, что обдумывать прочитанное мне придётся ещё долго.

Начинается история с рассказа главного героя, Тони Уэбстера, о своей жизни в старших классах элитной школы Великобритании. Он повествует об обычных учебных буднях, о друзьях и первой любви. В жизни Тони, Колина и Алекса всё шло размеренно и предсказуемо, пока в класс не пришёл новенький. Казавшийся странным Адриан не привлекал к себе внимания, держался особняком, однако многое в нём притягивало не только одноклассников, но и учителей. Так, он не боялся высказывать своё мнение, даже если оно противоречило мнению большинства, в том числе преподавателей, и, казалось, знал обо всём на свете, словно был не 17-летним парнишкой, а умудрённым опытом стариком. Он запросто цитировал труды именитых философов, разбирался в естественных и гуманитарных науках, много читал и не стремился подражать большинству. Тогда всем казалось, что Адриана ждёт великое будущее, которому поспособствует блестящее образование.

И всё же жизнь подающего надежды ученика сложилась совсем не так, как того ожидали окружающие. С того момента, как Тони узнал о постигшем одноклассника несчастье, прошлое для тройки главных героев начало открываться совершенно с других сторон, а личность Адриана оказалась ещё большей загадкой, чем им виделось в школьные годы.

Невероятно пронзительный роман, показывающий, как важно не делать поспешных выводов о людях, с которыми мы сталкиваемся. К сожалению, подобно Тони, мы нередко совершаем поступки или произносим слова, за которые впоследствии нам становится очень стыдно. Но уже поздно злиться на себя, и можно лишь постараться изо всех сил не совершать подобных ошибок в дальнейшем. Когда смотришь в прошлое, становится очень больно от осознания того, что многое уже не исправишь, и ты начинаешь размышлять о том, как бы сложилась ситуация, поступи ты иначе. Именно об этом и размышляет герой произведения спустя 40 лет. И всё же шанс есть. Не только у Тони, но у каждого из нас.

До этой книги я читала Барсна дважды. Сначала был «Попугай Флобера», и эта книга покорила меня языком, идеей, все такое нестандартное, необычное и притягательное. Затем же следовала книга «Как все было», а вот она оказалась самой обыкновенной в плане построения языка и сюжета.
И вот я натолкнулась на симбиоз этих явлений – «Предчувствие конца». Книга делится ровно на две части:

1) Первая часть - это снова увлекающий язык, переполненный ненужностями, которые мне как читателю нужны. Виляющий сюжет, нестандартные умы.
2) Вторая часть, огладывается на первую и в возрасте 60 лет размышляет как раз о стандартностях, бытовухе и простоте.

Если первой части за истинное наслаждение хочется поставить 9/10, то вторую хочется либо дописать, либо переписать, чтобы лично для меня в ней стало больше ценности. Это опять какое-то «Искупление». Вот он накосячил по дурости (в пору юности), запомнил все в одном свете, потом на старости увидел в другом и раскаялся. Это чисто английское – игнорировать свои чувства и подозрения, и все оставлять напоследок. Даже название похоже на «Остаток дня» Исигуро. В моем понимании происходит попытка писателей заставить свое население оглянуться на настоящее и перестать все откладывать на конец жизни.
А может все вообще не о том.