Серебряный меридиан

Роман молодого прозаика и переводчика Флоры Олломоуц "Серебряный меридиан" своеобразен по композиции, историческому охвату и, главное, вызовет несомненный интерес своей причастностью к одной из центральных проблем мирового шекспироведения. Структура "романа в романе" обусловливает перекличку эпох - творческой атмосферы современного Лондона и "золотого века Англии", елизаветинско-шекспировских времен. Что касается обсуждаемой активно проблемы авторства шекспировских произведений, то в романе пред...

Жанры

Купить эту книгу

Бумажная

2949 ₽2499 ₽

Купить-16%

Бумажная

2949 ₽2499 ₽

Купить-16%

Рейтинг LiveLib

3,8

15 оценок

5
33%
4
40%
3
13%
2
13%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 15Хотят прочитать 35

Рецензии

sireniti6 февраля 2025 г.
Но нет угрозы титулам моим пожизненным: любил, люблю, любим
Придётся таки признаться: я хоть и прочитала много Шекспира в своей жизни (может и не всё отмечено), и имею даже в наличии одну Офелию (моё маленькое чудо), но не являюсь его ярой поклонницей. И, конечно же, спокойно отношусь к любой информации об этом феномене, будь то научные очерки, статьи, или художественные произведения, как эта книга. Я это к чему - абсолютно не понимаю, как она оказалась в моём више. Впрочем, это не первая загадка, разгадать которую не сможет никакой Шерлок, и никакая мисс Марпл.
Начну с того, что книга очень добрая. Вот правда. Здесь каждый в кого-то влюблён, и если кому-то кто-то не отвечает взаимностью, то делает это так по-доброму, что не вызывает никакого негатива. Здесь даже изменяют по-доброму, если изменяют, конечно. И это сейчас не сарказм. Нет никакого ощущения слащавости, неправдоподобия, или чего-то в таком роде. Не знаю, как объяснить, просто люди умеют любить… и понимать, и прощать.
Повествование идёт в двух временных пластах (как я люблю), наше время (относительно) и 16 век, времена Шекспира. И, конечно же, история прошлого намного интереснее настоящего. Тем более автор предлагает такую версию, о которой я лично никогда и не слышала. И звучит она очень круто, и очень оригинально. И так хочется верить, что так оно и было… ну вот правда, очень-очень хочется такого романтического поворота.
Согласно этой версии, у Уильяма Шекспира был близнец, сестра, Вильгельмина. Их разлучили при рождении, так как в те времена считалось, что близнецы это к несчастью, естественно отец выбрал сына, а дочь, дьяволово отродье оставил на попечение чужих людей.
Но судьбе было угодно («чума на оба ваши дома»), чтобы с возраста где-то пяти выросли они вместе, и сблизились так, как могут сблизиться единоутробные брат с сестрой, да ещё и похожие друг на друга, как две капли воды.
И талантом бог не обделил никого из них. Но по разным причинам Вильгельмина (Виола, как она просила себя называть) много лет жила в тени брата.
Девушке не пристало писать, и она писала в стол, девушке не пристало играть в труппе, и она была тенью брата. А потом случилась беда, и она дала обет никогда больше ничего не писать. И сдержала его. И даже после смерти Уильяма держалась стойко. Вот только жизнь распорядилась иначе.
И вот мы якобы имеем творчество Шекспира, восстановленное по памяти его сестрой, ведь его рукописи сгорели в пожаре. А Виола единственная, кто знала их наизусть. А что не вспомнила, дописала от себя. Так как ей единственной был присущ такой же талант, как рано ушедшему брату. А его друзья решили, что такое наследие не должно пропасть.
Это если кратко, и немного спойлерно (о чём я предупредила). На самом деле история намного глубже. Она об их жизнях, о судьбах их потомков. Очень неплохо.
В наше время писатель-литературовед пишет книгу о Шекспире:

— История — это театр фантомов. Я всего-навсего придумал образы этих людей. Какими они были на самом деле, кто знает?
— Вы строите свою версию, опираясь в большей степени на сонеты, чем на пьесы Шекспира, почему?
— Именно сонеты позволяют понять главное: английский язык будто специально создан для женщины-поэта, чтобы написанное ею могли читать от своего имени и мужчины, и женщины. Гендерные различия стёрты, глагол работает для обоих полов.
Что-то в этом есть, как думаете?
KillWish
10/13
Читать далее
Содержит спойлеры
52
251
winpoo10 ноября 2019 г.
«Шекспир – самый известный из всех никогда не существовавших людей»
(М. Твен)
Бывают в жизни и литературе темы, к которым ощущаешь странную сопричастность, несмотря на то, что никаких оснований для этого вроде бы нет: и время другое, и профессия не та, и загадки успешно разгадываются без тебя. Но тебя влечет ко всему связанному с ними и, вовлекаясь, ты чувствуешь, что это необъяснимым образом – твое, для тебя. Вот так и получается, что Шекспир и шекспироведение – один из составных пазлов моей личности, поэтому сколько не читай околошекспировских страстей и сомнений, хоть документальных, хоть беллетризировананых, мне все будет мало, и я с жадностью набрасываюсь на каждый новый текст, погружающий в их волнующую тайну. Не знаю, почему, но мне всегда хотелось об этом знать, читать и думать.
Лет в тринадцать, зная многие сонеты Шекспира, я придумала простенькую мелодию на текст 121-го сонета («Уж лучше грешным быть, чем грешным слыть…»), и какое-то время, будучи поглощенной собственным музыкальным дерзанием, напевала его на средневековый манер. Позже я познакомилась с альбомами А. Брандуарди, и использовала его мелодии в качестве бэкграунда, чтобы, опираясь на их ритм и на звучание старинных инструментов, читать вслух шекспировские тексты на английском и даже на староанглийском, вслушиваясь в его звучание. Мне совершенно не нужны были слушатели, это были абсолютно медитативные аутоперфомансы, производившие во мне неожиданный терапевтический эффект – нечто сродни копированию китайских иероглифов тушью и тонкой кистью. Я и сейчас думаю, что шекспиротерапия (!) – отличная ветвь библиотерапии.
Казалось, мне знакомы все варианты ответа на вопрос «Кто вы, мистер Шекспир?», но у Ф. Олломоуц оказалась своя литературная версия жизни великого барда, а строки его сонетов были так изящно инкрустированы в текст, подтверждая ее, что в нее хотелось поверить. Не поверилось, конечно, но как же мне нравятся такие книги! В них есть удивительная полнота, покой и соразмерность, какая-то внутренняя устремленность к «золотому сечению». Это был не просто тщательно проработанный и выверенный текст, но история, наполненная полнокровными живыми эмоциями – как самого автора, рожденными при ее создании, так и персонажей, переживающих все перипетии сюжета в прошлом и в настоящем.
Мне нравятся многослойные тексты, меня увлекают «рассказы в рассказе», я люблю аллюзии и интертекстовые отсылки, и всего этого в книге достаточно. Оба ее плана увлекли меня почти одинаково: шекспировский – потому что «и это все о нем», современный – потому что дух демиургической поэзии Пастернака и Бродского витал над изящной историей о любви Виолы и Джима, о нашедших друг друга близких по духу, по «золотому свечению крови» людях, о профессионализме и творчестве, об исканиях человеческой души. Современная часть показалась мне менее выписанной, детализированной, но более яркой и чувственной. Автор даже вплела саму себя в эту историю, что вопреки всем предубеждениям не показалось неестественным. Взаимопроникновение поэзии в науку, науки в литературу, литературы в чувства, чувств в ментальность затягивает, и хочется оставаться в этом пространстве подольше, «неспешно и подлинно» постигая блаженство единомыслия. Это поднимает ввысь.
P.S. https://www.youtube.com/watch?timecontinue=31&v=oyh1ZzXR1ok&feature=emb_logo
Читать далее
34
397

Все рецензии

Цитаты

sireniti6 февраля 2025 г.
«Считалось, что в семьях, где рождались близнецы, не обошлось без греха — они были плодами блуда. Грешное чрево давало жизнь одновременно двум душам — одной светлой и чистой и другой — темному ее подобию. Долгое время люди боялись близнецов так же, как своих отражений, вменяя им колдовство, как зеркалам. Считалось, что каждый человек, животное или предмет имеет свою тень — нечестивого двойника, ложное подобие, вводящее в заблуждение, а то и приводящее к гибели. Всякая двойственность осуждалась. Если растение приносило два плода там, где должен был появиться один, лишний следовало уничтожить, чтобы через него в пищу не проник злой дух. С двойников взималась дань, их старались избегать, не замечать, дабы они не проявили своей злонамеренности. О семьях, в которых рождались близнецы, шла недобрая слава, за грехи им пророчили страдания и испытания.
Читать далее
3
51
sireniti23 января 2025 г.
Люди — это корабли в океане времени. Они могут не видеть друг друга, погруженные в туман, их курсы могут не совпадать, но все они подают друг другу сигналы. Одни движутся в будущее, другие остаются в прошлом. Слова и образы — то же, что в океане звук и свет. Если понять этот язык, можно научиться распознавать связь времен. Ключ к азбуке этих сигналов — сочувствие.
3
24
aleksandradubl28 февраля 2017 г.
Книги выявляют людей
2
84