Un certain sourire

— И всё-таки ты прекрасно знаешь, что это пройдёт, — сказал он. — Через полгода или год ты будешь смеяться над этим.

Сжигать за собой мосты, отрезать себе все пути, не поддаваться - у меня всегда была хорошая ответная реакция молодости.

Любовь — это прекрасная вещь, не такая уж необходимая, как утверждают, но для полного счастья нужно быть любимым и горячо любить самому.

Но мне хотелось сказать ему иногда с раздражением: "Почему бы тебе все-таки не полюбить меня? Мне было бы настолько спокойнее! Почему не установить между нами стеклянную стену страсти, меняющую порой все пропорции, но такую удобную?"

В сущности, я сердилась на себя за это, потому что чувствовала себя достаточно сильной, достаточно свободной и достаточно одаренной, чтобы у меня была счастливая любовь.

• У меня нет надежного друга, - сказала я с грустью. - У меня нет ничего надежного.

Мне хотелось спрашивать у людей: «Вы влюблены?», «Что вы читаете?», но не "Какая у вас профессия?".

Любовь - это то, что происходит между двумя людьми, которые любят друг друга. Роже Вайан

"Нам хорошо, только когда мы устаем", - говорил Люк, и это была правда, потому что я принадлежала к породе людей, которым хорошо, только когда они исчерпают определенный запас жизнеспособности, требовательной, подверженной приступам скуки; ту самую часть, которая спрашивает: "Что ты сделал со своей жизнью? Что ты хочешь с ней сделать?" - вопрос, на который я могла ответить только: "Ничего".

Когда заводишь роман, нужно выбрать мелодию

Жить, в конце концов, значило устраиваться как нибудь так, чтобы быть максимально довольным.

- А Бертран? Действительно всё кончено?

Я пожала плечами:

- Я его больше не вижу. Я хочу сказать: больше на него не смотрю.

Очень любопытно наблюдать, как жизнь ставит свою подпись под параграфами романтических соглашений.

Мы одни, и каждый одинок по-своему.

Она рассказывала - я слушала, она советовала - тут я уже не слушала.

Ласкова ли я? Надо будет спросить у Бертрана. Конечно, я брала его за руку, не кричала на него, перебирала его волосы. Но ведь я вообще терпеть не могла кричать, а моим рукам просто нравилось ласкать его волосы, теплые и густые, как мех какого-то животного.

Люк уничтожил других мужчин. Зато я не уничтожила для него других женщин.

Наверно, любить - это всего лишь думать вот так: "Я люблю его". Всего лишь, но только в этом спасение.

Когда заводишь роман, надо выбрать мелодию, духи, какие-то ориентиры на будущее.