У Сильви, как и у Иззи, был широкий, но бессистемный запас знаний: «верный признак образованности, которая дается чтением романов, а не учебным заведением», говорила Сильви.
Фюрер небрежно салютовал, забавно откинув назад ладонь, словно подносил ее к уху, чтобы лучше слышать обращенные к нему приветствия. При виде его Хильда, стоящая рядом с Урсулой, выдохнула «Ох!», наполнив этот единственный слог религиозным экстазом. Затем с такой же быстротой все кончилось. Ханна скрестила руки на груди — ни дать ни взять святая, страдающая от запора.
Когда она приехала в Берлин, Урсула сводила ее на парад — очередное мероприятие с бесконечным размахиванием флагами и выносом знамен, потому что Сильви изъявила желание «посмотреть на эту суету». (Как это по-британски — низвести Третий рейх до уровня «суеты»).
Улица пестрела красно-черно-белым лесом. "Уж очень резкие у них цвета", - произнесла Сильви, как будто речь шла о том, чтобы пригласить национал-социалистов для отделки гостиной.
По-моему, ребенок Иззи — дебил.
До сих пор он был Роландом, но, заподозренный в умственной отсталости, тут же вновь стал ребенком Иззи.
Ваша оценка
1 понравилось
