В окопах Сталинграда

Написать хорошо книгу о войне непросто. А написать книгу о войне так, чтоб читатель не смог от нее оторваться, тяжело вдвойне. В произведениях с подобной тематикой очень важно соблюсти разумный баланс историчности и художественности. Перекос хоть в одну, хоть в другую сторону может вызвать поток читательского недовольства: в одном случае автора обвинят в том, что он сухарь и нашпиговал сюжет, как рождественского гуся, только датами, фактами и терминами, а во втором - что он отъявленный беллетрист и описанные им события имеют весьма малое отношение к исторической действительности. Знаю, что многие читатели именно по этим причинам избегают книг с военными событиями в сюжете. Так вот, Виктор Некрасов на мой взгляд при написании "В окопах Сталинграда" выбрал очень правильную политику - он облек реальные события, факты и места, известные практически всем, в легкий, приятный литературный кокон и сумел при этом сохранить в равных пропорциях достоверность и литературность не в ущерб ни одной из этих характеристик. Секрет успеха видимо еще и в том, что писал Виктор Платонович о том, что знал и видел сам, поскольку эта повесть весьма автобиографична - в 1941—1944 годы Некрасов был на фронте полковым инженером и заместителем командира сапёрного батальона и участвовал в том числе и в Сталинградской битве. Писать о том, чему ты был свидетелем, весьма удачное решение - сюжет для книги тебе преподнесла сама жизнь, за тобой лишь необходимость придать ему форму и облечь в слова...

Несмотря на то, что книга охватывает небольшой отрезок из всей хроники Великой Отечественной Войны, писателю удалось изобразить этот фрагмент ярко, полно и масштабно. Так, желая рассказать читателю историю обороны Сталинграда, автор не бросает нас с ходу в самое пекло военных действий, а очень плавно и издалека подводит к ним. Глазами главного героя лейтенанта Юрия Керженцева мы видим отступление наших войск за Дон после поражения под Харьковом. Мы видим растерянность и ужас, охватывающих бегущих солдат и видим страх, обиду и непонимание в глазах местных жителей. Психологически очень реально изображено моральное состояние и тех, и других. Они разбиты - и это не только в военном контексте. Некрасов показывает нам весь тот хаос, который охватил армию на том этапе. Главный герой вместе с товарищами, чей полк разбит, пытаются найти для себя новое место в этой военной реальности и, как будто жарким днем в холодную прорубь, попадают в еще мирный в те дни Сталинград. А город живет своей жизнь - в нем по улицам ходят красивые девушки, звенят трамваи, ставятся пьесы, идет бойкая торговля на рынке. Ни город, ни его жители не знают, что они обречены и уже запущен обратный отсчет счастливых и мирных для них дней...

Керженцеву, который с фронта попадает в этот оазис прежней жизни, и читателю, который с высоты истории уже знает все наперед о судьбе Сталинграда, наблюдать за его последними мирными днями невыносимо мучительно. Это как иметь дело с неизлечимо больным или с приговоренным к смертной казни. Ты видишь эту агонию и хоть даже знаешь наперед, что Сталинград выстоит, что город, который немцы обратят в руины и груды кирпичей и бетона, не сдастся врагу, что 200 дней и ночей город будет огрызаться и давать отпор - и все равно мороз по коже и комок в горле не оставят Вас во время чтения ни на минуту. Вот он писательский талант - вызвать у читателя переживания даже при заведомо благополучном исходе (если так вообще можно говорить применимо к войне...) Сталинград переломил через колено словно тонкий прутик весь ход Второй Мировой. То, что город не сдали и отстояли, было подобно глотку воздуха при искусственном дыхании задыхающемуся. И как становится видно из рассказа Виктора Некрасова эта победа была одновременно и настоящим подвигом и настоящим чудом...

Эту повесть помимо всего прочего можно еще назвать энциклопедией солдатских типажей. Виктор Платонович показал читателю, насколько разные люди бок о бок добывали эту победу. Несмотря на свои симпатии и антипатии, на разность характеров и видения происходящего. Своего главного героя автор нарисовал таким себе середнячком, он в данной ситуации выполнял скорее роль наших глаз, а вот тех, кто его окружал, изобразил, что называется, в красках. Взять того же Чумака - буйный нрав, крутой характер, желание в любой операции быть впереди всех и увешать всю грудь орденами. Такие как он - опора любой армии - и сам не трусит, и другим не даст. В противовес ему мы видим Калужного, для которой война что мать родная - он всегда найдет местечко похлебнее, потеплее и подальше от пуль. Или того же Абросимова, который храбр только оправляя на смерть других, а сам прячется за их спинами. Но самые мои большие симпатии были отданы Валеге - ершистый, колючий волчонок, может и не самый лучший вояка, но зато какая преданность лейтенанту! Без таких как Валега на войне никуда - он из той породы людей, что сварят кашу даже из топора, а в условиях осажденного города это чуть ли не самая большая сверхспособность! И такие типажи, я думаю, были во всех уголках фронта, во всех дивизиях и частях... Просто таких, как Чумак, Валега, Максимов, Ширяев, Фарбер было больше, чем таких как Калужный и Абросимов и именно они вынесли на своих плечах победу...

Вместе с героями этой повести мы проходим практически каждый шаг на пути обороны Сталинграда. Мы видим первые бомбежки. Мы готовимся к взрыву крупнейших городских предприятий. Мы копаем землянки и траншеи буквально голыми руками. Мы обустраиваем какой-никакой окопный быт. Мы выполняем приказы и боевые задания - несмотря ни на что и вопреки всему (порой даже вопреки голосу разума...) Очень точно этот момент подметил главный герои, сказав, что "... Вот всегда так — организуй, сделай, завтра к утру, сегодня к вечеру… А кем и как — никто не спрашивает..." Возможно отчасти в этом и крылся совершенный защитниками Сталинграда подвиг - они знали, что нужно делать и делали это - любой ценой... Хоть автор и не нагнетал и не пытался выдавить у читателя какие либо эмоции, но все таки пару раз я не смогла удержаться от слез. Первый был тогда, когда Сталинград практически отбили у немцев и Керженцев видит колону понуро бредущих пленных, а молоденький сержантик, сопровождающий их, улыбаясь, говорит нашему герою "... Экскурсантов веду… Волгу посмотреть хотят..." И весело, заразительно смеется. Это такой мощный момент, когда через юмор оголяется бездна коллективной солдатской боли и облегчения от того, что они выдержали... И второй момент из госпитальных заметок, когда в новогоднюю ночь Никодим Петрович провозглашает тост. И сразу вспоминается "Завтра была война" и ее заключительные строки, где героиня говорит о том, что прошлый год был тяжелым, потому что был высокосным, а следующий будет счастливым, вот увидите! А следующим был тысяча девятьсот сорок первый. И тут, читая Некрасова, я подумала, что какое счастье, что у наших героев впереди 1943-й и самое страшное они уже пережили...

На моих полках эта книга от издательства "Азбука Большие книги".  Вероятно,  если бы была возможность убрать из нее все,  что не касается повести "В окопах Сталинграда"  и впечатления были бы иными, более сильными и яркими.

Моя оценка сегодня складывается странным образом.  За "В окопах Сталинграда " и несколько рассказов -  твердая четверка,  а вот очерки (по мне абсолютно лишние) вышли на единицу.  Нехитрым путем суммирования получилась пятерка))))))
Так же пятерка получилась из тех ощущений,  что я пережила на страницах этой книги.

Виктор Некрасов заслуженно считается одним из лучших писателей военной прозы.  Он искренне рассказывает о тех страшных событиях,  что ему довелось пережить. Правдиво,  без прикрас.
Он просто рассказал историю фронтовых будней обычных людей,  которые столкнулись с суровой действительностью военного времени.

Писатели и актеры,  прошедшие войну и побывавшие на фронте творят по особенному. В их работах нет фальши. Они честно и мужественно рассказывают нам свои судьбы. И поэтому то,  как они писали,  играли -  все это трогает до глубины души.

Еще одна книга в галерею стоящих.

Спонсор моей бессонницы. Казалось бы небольшая повесть, но столько в ней смысла, горя и гордости... Здесь не описываются судьбоносные баталии Великой Отечественной войны. Автор показывает совершенно другую войну... Ту войну, где приходится сражаться за каждый метр земли, где можно умереть в паре сантиметров от спасительного окопа...
Я не часто читаю книги о войне. Так как кажется, что все самое самое уже было перечитано в школьные годы. Но эта книга стала для меня открытием. Удивительно, что она была опубликована в 1946 году. Ведь тут нет ура-патриотизма. Солдаты тут воруют спирт, присваивают трофейное имущество, мечтают о женщинах и просто хотят прожить хотя бы один "лишний" день.
Тут собраны не только простые, честные солдаты. Есть тут и моральные уроды, которых портит власть. Из-за одного такого "командира" гибнут друзья главного героя.
Каждая история очень коротенькая, но все они связаны одним местом - окопами у Мамаева кургана в сентябре 1942 года. Мы много знаем о самой битве, о окружении немецких войск. Но тут все реальнее, страшнее.

Трудно не только написать отзыв, трудно вообще оценивать книги такого рода. Тема слишком давит. Тут проще либо поставить пять, либо ничего. О мертвых, вы ведь сами знаете как... А в преддверии праздника становится совсем непросто. Встает вопрос: Ты, вообще, патриот или кто?
И если решить патриотично поставить пять, то надо найти доводы в пользу книги, отметить её достоинства. И вот - читаешь и ищешь. А чем больше ищешь, тем больше находишь, проникаешься постепенно, загипнотизированный величием темы, и вот она, пятерка. А мне, и правда, понравилось! Такое еще с чтением классиков бывает, знаете? и сопротивляться такому давлению трудно. Поди отличи, это ты вымучиваешь из себя пятерку или же растешь над собой и развиваешь вкус, а? Короче, у меня так бывает, но не в этот раз. На этот раз я себя переборола. В итоге, признаюсь, получилось что-то странное.
Книга Некрасова оставила о себе двойственное впечатление. С одной стороны, мне понравился язык, которым она написана. Фразы короткие, суховатые, но легкие и живые, яркие. Сразу же оказываешься внутри событий, вместе с главным героем, как будто видишь все своими глазами. Описание того, "как это было", военная повседневность - то, что мне очень понравилось у Некрасова. Здесь я ему верю.
Проблема в том, что я не верю во всех этих людей. Прямо начиная с Керженцева и заканчивая, ну не знаю, Седых. Как будто смотрю кино и сразу же угадываю: ага, вот герой, а это трус и шкурник, этот - наглая морда, но человек замечательный, этот трогательный и стихи пишет, этот неграмотный, но все равно золото, а не человек... И такая искусственность, шаблонность свойственна всем героям. Даже Керженцеву, в образе которого угадывается сам автор, и который, в результате, получился живее всех...
Вот он вспоминает Киев до войны или просто о чем-то размышляет - а я не верю ему.
Ладно еще диалог о Сталине, чувствуется, что вымученный - говорят, Некрасову его велели вставить. Но гораздо важнее - я не верю в суд над Абросимовым. Что были такие, кто отправлял солдат в бессмысленную атаку на пулеметы - да. Но в такой красивый суд и наказание - нет. Не верю. Может, я смотрю на мир через черные очки и вообще неправа, но на меня от этого эпизода тянет фальшью, как и от всей книги. Только эта фальшь здесь так здорово перемешана с правдой, что ее тяжело уловить, зафиксировать. Дунуло - и нет. Чуть под другим углом посмотрел - соцреализм в худшем смысле слова. Сморгнул - и уже перед тобой окопная правда, самая подлинная. И когда мне везде попадается утверждение, что это одна из правдивейших книг о Великой Отечественной Войне, я не знаю, что и думать. Какие же тогда должны быть остальные?..
Но вернусь к суду, я не закончила. Вот в описании романа написано, что в нем есть "глубоко запрятанный бунт против идеи "человека-винтика". Наверное, он так глубоко запрятан, что я не докопалась. Вместо бунта обнаружила только отрицание. То есть Некрасов готов признать: да, у нас были случаи, когда в солдате видели только винтик (случай Абросимова), но за такое у нас наказывали (суд). Сразу вспоминаются - "перегибы на местах" и все такое. Разве это бунт? Хотя... может, это единственно возможный в тех условиях вариант бунта? Намек - вот как оно должно быть?.. Не знаю. Надо еще думать. Как ни посмотри, впечатление от книги уже вряд ли изменится.
Мое издание содержало также главы, не вошедшие в окончательную версию книги. Там есть такие слова:

И вот сижу я в замешательстве. С одной стороны - это правда, это героизм, и я горжусь этими людьми, их стойкостью, силой духа. А с другой - тошно делается, когда думаешь о таких людях, как о бетоне. Когда вспомнишь про одну винтовку на двоих (если не на троих), отсутствие боеприпасов и проржавевшие лопаты. Вот такое же у меня смешанное ощущение от книги "В окопах Сталинграда".

В мрачном переулке прямо за Майданом висит мемориальная табличка: "Здесь жил советский писатель Виктор Некрасов".

Милый, милый Киев!.. Как соскучился я по твоим широким улицам, по твоим
каштанам, по желтому кирпичу твоих домов, темно-красным колоннам
университета. Как я люблю твои откосы днепровские! Зимой мы катались там на
лыжах, летом лежали на траве, считали звезды и прислушивались к ленивым
гудкам ночных пароходов... А потом возвращались по затихшему, с погасшими
уже витринами Крещатику и пугали тихо дремлющих в подворотне сторожей,
закутанных даже летом в мохнатые тулупы...

• О, так вот где он жил! - говорит муж. Я пожимаю плечами и делаю фирменное лицо я-девочка-и-не-читаю-этих-ваших-советских-писателей
• А помнишь у Конецкого друг Вика? - продолжает соблазнять меня муж.

Когда мне было 16, я обожала Симонова. Носилась с трехтомником "Живых и мертвых", как ненормальная, пересказывала всем и даже вступительное сочинение писала на по его книге. И я, в общем, верила даже в то, что все плачут, когда Сталин читает первое обращение к народу после начала войны. Я в это до сих пор верю.
Но что такое Симонов рядом с Некрасовым?

Симонов - столп, кит, человек и пароход; Некрасов - смешной и забавный мальчишка, обаятельный и влюбленный и жизнь. "Живые и мертвые" - книга серьезная и тяжелая; "В окопах Сталинграда" - залихвасткая история, иногда даже хотелось воскликнуть : "Ну Вика заливаешь!"

"В окопах Сталинграда" - книга о потрясающей любви к жизни, которая побеждает всё. Она о том, что всюду дух, всюду жизнь и все, ну господи, все хорошие. Надо только присмотреться, как следует. Надо только хотеть увидеть хорошее в людях.
И теперь каждый раз, когда я буду обижаться на коллегу или ныть, о том, что все плохо, я буду вспомнить Вику Некрасова и его героев. Они тоже ссорились, жили обычной жизни и с удивлением обнаруживали, что твой соперник, у которого ты увел девушку, выносит тебя на руках с поля боя. Я не знаю, как могла появиться эта любовь к жизни в таком мрачном месте и в такое время. Не знаю. Но тем лучше для меня.

Всюду дух, всюду жизнь. Напоминанием об этом никогда не бывает лишним.

Повесть "В окопах Сталинграда" - это рассказ инженера, офицера Красной Армии Юрия Керженцева о событиях июля 1942 - февраля 1943 года.

Части Красной Армии отступают из Харьковской области, лейтенант Керженцев, избежав окружения, вместе с группой бойцов и офицеров переправляется через Дон и его направляют в Сталинград, где он занимается минированием предприятий города. С началом немецкого штурма Сталинграда Керженцева назначают командиром стрелкового батальона.

Батальон держит оборону у Мамаева кургана, Керженцев получает ранение, после госпиталя возвращается обратно в свой полк и становится полковым инженером, снова тяжелое ранение. Повесть заканчивается возвращением Керженцева из госпиталя уже в начале февраля 1943 года, когда Сталинградская битва подходит к концу.

Повесть написана сразу после войны в 1946 году непосредственным участником боев в Сталинграде Виктором Некрасовым . Автор пишет о событиях, происходивших буквально "вчера" (3 года назад) и это рассказ о жизни на войне, о фронтовой работе как она есть и как ее видел и чувствовал военный человек именно во время войны - без пафоса, без надрыва, без переоценки событий, которая несомненно появляется через 20, 30, 40 лет.

Автор не вдаётся ни в какие рассуждения об общечеловеческих ценностях, не рассуждает об оправданности высоких потерь, не проводит глобального анализа. Герой повести Керженцев просто рассказывает о боях на конкретном участке фронта и констатирует факты

То что написано в аннотации: "правда о бесчеловечности войн, "справедливых" и "несправедливых" и "глубоко запрятанный бунт против идеи "человека-винтика" - это чушь собачья, ничего такого в произведении нет. А есть рассказ о людях, которым волею судьбы выпало защищать Родину и другого выбора у них нет, и другой жизни нет, и другой армии тоже.

Книги о войне представляют для меня что-то особенное. А люди, кто описывает события, которым не было равных и которые чудом удаётся пережить, заставляют смотреть на сегодняшнее относительно спокойное время с благодарностью. Хочется сказать «Спасибо» за то, что я тут, а не там.
Читала эту повесть с содроганием, переживаниями, как будто сама находилась среди всех описываемых событий. Не верится, что за эту книгу Виктор Некрасов сначала получил Сталинскую премию: она изначально имела колоссальный успех, а потом её просто запрещали читать и изымали с книжных полок. Вот такая сложная судьба у книги и автора. Хорошо ещё, что сегодня мы сами решаем, что нам читать, а что нет.
Повесть во многом автобиографична. Она написана от лица лейтенанта Керженцева. Герой тоже родом из Киева, как и Некрасов. Даже профессии в мирной жизни у героя и автора совпадают. Так что с уверенностью можно сказать, что в этой повести много правды.

О войне принято писать либо с пафосом победителей, либо с горечью переосмысления спустя десятилетия. Книга Виктора Некрасова стоит особняком: она написана в 1946 году , «по горячим следам», не спустя десятилетия, когда память обрастает мифами и гордостью победы, а сразу, пока раны ещё не зажили, пока запах пороха не выветрился из одежды. Да, возможно, что-то подчищено цензурой, но дыхание эпохи здесь сохранено точно.

Перед нами не глобальные боевые сражения, а лишь отдельные эпизоды окопной жизни, пропущенные через рассказ лейтенанта Юрия Керженцева. Автор сам был полковым инженером-сапёром, прошёл путь от Харькова до Сталинграда, и его герой — это почти точное «авторское я». Именно поэтому в честности и объективности повествования сомневаться не приходится: Некрасов пишет не о войне вообще, а о том, что видел своими глазами в эти несколько месяцев.

Меня подкупило отсутствие нарочитого героизма и пафоса. Некрасов показывает солдат и офицеров живыми людьми, которые, находясь в окопах, умудряются шутить, радоваться случайным мелочам, ненавидеть, впадать в отупение от усталости, неделями не мыться, мёрзнуть, голодать, пить водку и при этом воевать. Автор не боится показывать не только неудобства окопной жизни, но и абсурд жестокости: наряду с командирами, которые собой прикрывают солдат, встречаются и те, кто в каком-то безумии бросает людей под пулемёты.

Особенно сильно, на мой взгляд, в книге передана смена состояний: от безысходности отступления до эйфории от первых победных сообщений Левитана. В госпитальной палате, где раненые слышат о разгроме десятков вражеских дивизий, захваченных тысячах автомобилей и сотнях тысяч пленных, возникает ощущение перелома. И это был действительно некий рубеж: «всё, теперь война пойдёт иначе». И ведь так и случилось.

Одним из самых сильных приёмов Некрасова я считаю вкрапления мирных воспоминаний. Юрий внезапно вспоминает прогулки по довоенному Киеву, девушку Люсю, с которой гулял, учёбу на архитектора, любимые книги и фильмы. Эти фрагменты подчёркивают пропасть между тем, что было, и тем, что стало. Человек, который мог бы стать архитектором, проектировать дома и мосты, вынужден учиться проектировать оборону и хоронить товарищей.

Читается книга на одном дыхании. Автор не судит, он показывает, как обычные люди выживают там, где выжить, казалось бы, невозможно. Спустя восемьдесят лет после первой публикации эта книга остаётся одним из самых сильных антивоенных свидетельств. И дело не в том, знал ли автор всю правду о войне или что-то «подчистил». Дело в том, что он сумел передать главное: война — это не парад, а грязь, страх, холод, потерянные друзья и редкие минуты человеческого тепла. За это — высший балл.

Сегодня, 2 февраля 2024 года, мне вспомнилась именно эта, прочитанная ранее, удивительно честная книга.
Сегодня, 2 февраля 2024 года, отмечается очередная дата окончания великого противостояния в нашей героической обороне Сталинграда.
Сегодня, 2 февраля 2024 года, нельзя пройти мимо этой ВЕЛИКОЙ БИТВЫ.
81 год уже прошёл, но разве время может стереть то страшное напряжение всего нашего народа? Лишь благодаря ему немец и был остановлен на берегах Волги, а потом разбит и добит в Берлине.

Лишь благодаря таким фронтовикам, как Виктор Некрасов, уже в послевоенное время люди узнали настоящую окопную правду того времени. Человек, побывавший в этом аду, не мог врать, не мог писать плакатно. Он написал всё просто, именно так, как и видел. Его главный герой лейтенант инженерный войск Юрий Керженцев во многом списан с самого себя, а потому и роман можно с уверенностью считать в большей мере автобиографичным.

Роман начинается с отступления из Оскола и даёт правдивую картину ежедневной военной жизни, которая состоит из множества составляющих, простых и понятных любому. Здесь нет надуманного патриотизма, газетных лозунгов, блестящих военных побед. Здесь есть ежедневный тяжёлый военный труд, который постепенно и превращает главного героя из романтического лирика и прагматического реалиста. Да, именно только так, ежедневно и еженощно цепляясь за каждый метр земли, можно и было остановить самую сильную армию в мире.

Внутренний мир лейтенанта Керженцева не становится иным, он дополняется военными реалиями и уже чётко разделяет наносное и общечеловеческое. Он не стал циником, он не закрыл свою душу, а болезненно реагировал на все ошибки и просчёты, что были. Но вы не найдёте на страницах книги яростный обвинительных речей в сторону высшего руководства, кругозор ограничивается лишь зоной его боевых действий. Книгу позже назовут первой из серии "лейтенантская правда", но это именно та правда, которую никогда не понять псевдопатриотам, кричащим о нашем превосходстве и неминуемой победе и ни разу не побывавшим ни под артобстрелом, ни в грязном окопе, наполненном грязной, холодной жижей.

Бои за Сталинград были неимоверно тяжёлые. Именно эту правду и доносит до нас писатель. Каждодневное предельное напряжение, когда проверялись все человеческие качества, и повернуло ход истории. Именно благодаря таким простым людям мы остались не сломленной нацией. Конечно, хотелось бы здесь написать ещё многое, но ведь эта рецензия не для количества и не для самовыражения моего написана. Она написана лишь как БЛАГОДАРНОСТЬ ВСЕМ ТЕМ, КТО ОСТАНОВИЛ ФАШИСТСКУЮ ГАДИНУ.
НИЗКИЙ ИМ ПОКЛОН.
ПАМЯТЬ О НИХ ДОЛЖНА БЫТЬ ВЕЧНОЙ.

Мой отец в составе первой тихоокеанской морской бригады тоже воевал под Сталинградом. Бал ранен осколком мины в ногу. Выползал к Волге сутки. Не дал врачу её ампутировать и всё выдержал, а потом воевал и на Чёрном море, освобождая Керчь, и на Тихом океане, освобождая Сахалин и Курилы. Потому и эта правдивая книга и эта дата мне дороги, как дороги тысячам наших семей, чьи отцы и деды своей кровью заплатили за ту ВЕЛИКУЮ ПОБЕДУ.

Читайте эту книгу и никогда не забывайте о том страшном и переломном для нашего народа времени.

У этой книги огромный коэффициент сжатия: она маленькая, но какая бездна смысла! И очень упругая, мускульная, лаконичная проза.
Книга-мина: есть в ней пара сцен, которые относятся напрямую к тебе, или которые ты можешь себе легко представить, ты наступаешь на них, как на минный усик, и оказываешься среди войны.
Например, описание картинок Доре в детской книжке про Мюнхаузена. Кто не помнит его половинчатую лошадь, которая пьёт из фонтана или как Мюнхаузен выдирает себя из болота за хвост? Или шикарное описание мирного Киева, с его цветущими каштанами и липами, кинотеатрами, улицами в мягком блеске фонарей. Или сухой пронзительно синий сентябрь с высоким крымским небом, с золотом осин на фоне черного пожара войны.
Так вот наступишь на такой усик - и ты уже на передовой, там, в этом аду, плюхаешься в ледяную жижу плашмя и она забивает тебе рот; или следишь за разговором главного героя с командиром разведчиков, который его сильно не любит и чуть ли не смеется ему в лицо, или смотришь на жалкого мальчишку, представляешь его у школьной доски, а он уже застрелен и тебе невероятно жаль.

А вот сами описания наивысшего напряжения во время войны - ночной бой, или то состояние, когда главного героя было не оторвать от пулемета в окружении - они ещё более лаконичны, расплывчаты даже, смутны, неясны и, как мне кажется, этим правдивы.
И, напротив, сцена, когда Керженцев после неудачной атаки лежит на простреливаемом пятачке под прицелом немецких пулеметов, наоборот, до крайности ясна и точна. И этим тоже правдива.

И я не могу вам не открыться, я полюбила навеки. В книге много ярких, выпуклых персонажей: сам главный герой Керженцев, нагловатый разведчик Чумак, похожий на героя Толстого Фарбер. Но мой фаворит - это Валега, ординарец Керженцева. Тут ничего даже сказать не могу, потому что чувства переполняют. Он прекрасен, ворчлив, заботлив и невероятно предан. Гениальный персонаж.
И чувствуется, что он имеет прототипа.

Короче, очень жалею, что не могу рассказать об этой книге более толково, говорю спасибо советчику, и чтение книг про ВОВ продолжу.