Цитаты из книги Нана

И подумать только, что она считала себя счастливой все эти тридцать лет, идя по проторенному пути с немым сердцем, заполняя пустоту своей души лишь гордостью честной женщины.

Фошри припомнил, что даму, кажется, зовут г-жа Робер; вполне порядочная женщина, имеет зараз не больше одного любовника, и обычно человека с положением.

Увлечения портят жизнь.

Говорят, если ты теряешь кого-то, то понимаешь, насколько дорог он был для тебя. Возможно, ты понимаешь истинное значение этих слов, встретившись однажды с этим человеком лицом к лицу. Если я снова когда-нибудь со всеми встречусь, я снова буду от них зависеть. И это меня пугает… мне из этого не выбраться.

В конце концов, моя жизнь всегда была третьесортной драмой. Давайте же, раскапывайте мое темное прошлое. Распускайте слухи, сколько хотите. Но… сценарий своего блестящего будущего я напишу сама.

— Поженимся? — Невозможно. — Если не выйдешь за меня, я умру. — Тогда вали отсюда и умирай. — Но ты умрешь вместе со мной. — Тогда убей меня…

Мужчина может спать с женщиной, даже если он ее не любит вовсе.

Религия нравилась ей, как эмоция хорошего тона. Жертвовать в храм цветы, общаться со священниками, людьми учтивыми, скромными и хорошо пахнущими, посещать в нарядном туалете церковь, как бы оказывая светское покровительство богу бедных, — все это доставляло ей ничем не заменимое удовольствие.

я часто видел женщин, приходивших к нам со слезами, с мольбою, с потребностью верить и преклонить колени… И теперь я уже не ошибаюсь. Эти женщины, которые, казалось бы, так пламенно ищут бога, – это лишь смятенные сердца, волнуемые страстью. И в наших церквах они поклоняются тому, кого любят.

Ночник спал, спала мебель. На столике, рядом с потушенной лампой, спало рукоделие.

Вскоре всё запылало разом. Париж горел. Небо стало ещё более багровым, облака истекали кровью над красно-золотым необъятным городом. Элен, залитая этим пламенем, вся охваченная испепелявшей её страстью, смотрела на пылающий Париж.

Париж, затуманенный облаком, темнел на горизонте, как огромный, тонко вычерченный рисунок углём, резко выделяясь на прозрачном небе.

- Не только мелкий люд наслаждается вволю, немало найдется и знатных особ, залезших по уши в грязь, еще глубже, чем другие.

— Добродетель больше не существует. Начиная с верхов и кончая низами — все порочны.

Падение светских людей в бездну разврата поражало Нана, бывшую еще во власти предрассудков, от которых Атласная старалась ее освободить.

Точно приступ плотского безумия проносился над городом.

Ее мраморное тело, ее женское естество обладало такой силой, что могло уничтожить всех этих людей, не растрачивая себя.

Призыв плоти, исходивший от нее, как от обезумевшего зверя, звучал все громче, заражая зал.

"Вот бог, а вот порог…"

"Вас, мужчин, надо учить уважению…"