Нана

Буря негодования, охватившая было меня поначалу при чтении этой книги (мол, как так можно, сделать героиней романа женщину "низкой социальной ответственности", откровенную профурсетку - это еще самое мягкое, что я могу про нее сказать), улеглась где-то к середине книги. Начиная читать это произведение, я не знала и в общих чертах его сюжет, но в одном из блогов услышала замечательную фразу о том, что роман этот очень уж ярко демонстрирует механику "социального лифта" в действии. Признаться, никакого лифта я здесь не видела - увидела лишь грязь и развращенность нравов, царящих в Париже конца девятнадцатого века. Пошлость, похоть, разврат, мотовство опутали сетями, кажется, весь город, оттого благородство и честность кажутся уже пережитками старины, а порядочной называют ту женщину, у которой всего один любовник...Продажа женщинами своего тела никого не удивляет, люди спешат на званый ужин к профурсетке, думая, что вот их-то грязь обойдет стороной и не прилипнет. С кривыми усмешечками провожая мужчин, уже попавших под ее очарование, не догадываются, что скоро станут точно такими же безумно влюбленными...

Очарование Наны долгое время удивляло и меня - что находят в этой вульгарной, толстой женщине мужчины-аристократы, почему продают свои имения, только бы находиться с нею чуть подольше? В чем ее секрет? Жить, не задумываясь о завтрашнем дне? Не переживать о том, что скажут другие за ее спиной? Не скрывать свих честолюбивых замыслов? Никогда не давать себя в обиду?.. Сильная, гордая, целеустремленная натура, свои природные способности она растрачивает явно по пустякам: с ее склонностью к перевоплощению она, при должном усердии, вполне могла бы стать искусной актрисой; с ее страстью к украшению и роскоши она могла бы сделаться модисткою, завести свой салон, покровительствовать молодым, подающим надежды художникам, писателям, музыкантам. Но, похоже, ее занимает лишь одно - доказать этим порядочным женщинам, что она - не хуже. С каким рвением она пытается охмурить чужих мужчин, заставить их сходить по ней с ума, тратить лишь на нее заработанное золото...И дивиденды это действительно приносит, правда, поклонники быстро разоряются, интересы ненасытной Наны все растут...

Алчность вкупе с тщеславием, скукой, безумием наводят на мысли о скором трагичном финале, который не заставит себя долго ждать. Как оказалось, поднявшись из грязи, нельзя в одночасье сделаться порядочной женщиной, прилипшая грязь уже не отстанет...

Впервые читаю Эмиля Золя и сразу же восторг. Пока, конечно, сложно утверждать, но с большой долей уверенности уже могу считать его "моим" автором. "Страница любви" - это мой случайный выбор, а вообще - книга является восьмой частью цикла. Пожалуй, это тот цикл, про который можно сказать, что романы вполне читаются и в отрыве друг от друга.
"Страница любви" - это исключительный натурализм не только ввиду потрясающей правдоподобности повествования, но ещё и потому, что роман демонстрирует читателю то, как всё было, практически без какой-либо назидательной или символичной подоплеки. Второе тут всё-таки есть (например, эпизод с погибающей кошкой). А в остальном события описываются так, как есть, без попыток к чему-либо это подвести. Несмотря на то, что роман довольно тяжёлый, трагический, к произошедшему тем не менее относишься как-то спокойно, потому что других вариантов развития событий вроде как и нет.
В глобальном смысле роман диалектичен, в нём противопоставляются пригород и мегаполис, низы общества и светские персоны, расцвет и упадок, жизнь и смерть. И всё это причудливо взаимосвязано, везде автор демонстрирует такие точки соприкосновения, которые эти величины уравнивают. Так, оборванка тётушка Фетю не меньшая охотница до сплетен, чем светские дамы. И в таких вот невзрачных деталях одно перетекает в другое, а на фоне всего этого неизменно стоит облик Парижа. Здесь он не персонаж, но всеохватывающее место действия. Все остальные упоминаемые в романе локации меркнут на его фоне. Париж в разные времена года, в разное время суток описан потрясающе, но, на мой взгляд, его тут очень много, наверное, треть всего повествования. Ну, четверть точно. Иногда это утомляет, хотя в поэтичности описаний Золя нельзя отказать.
Персонажи выписаны чрезвычайно подробно и психологично, их поступки и мотивы этих поступков не умалчиваются, а высказываются прямо, без той скромности, которая нередко бывает присуща авторам в описании интимных моментов. Любопытно и то, что ни один из персонажей романа - лично у меня - не вызывает по-настоящему глубокого сочувствия. Все они люди со своими слабостями и недостатками, которые не позволяют сочувствовать им в полной мере, но в достаточной объясняют их поведение и следствия этого поведения.
Второстепенных персонажей в расчёт брать не стоит, все они в большой степени неприятная массовка (вроде светского общества и их детей, а также бедняков, которым помогала Элен). Внимания заслуживают разве что братья Рамбо; по мне, так здесь они самые положительные персонажи. Впрочем, аббат несколько отталкивает своей излишней настырностью, а его брат - какой-то животной преданностью. Неплохи и служанка Розали со своим женихом, в их лице автор удивительно красочно описал крестьянский тип. Главные герои "Страницы любви" - это, конечно, Элен, Жанна и Анри. В финале романа Анри предстаёт с исключительно отрицательной стороны, а вот Элен и Жанна вызывают противоречивые эмоции: и порицание, и негодование, и жалость и, конечно, в большей степени сострадание.
Ощущение от романа в целом - это та безысходность, которая возникает при соприкосновении с конкретной, одной из многих историей, которая в своей трагичности тем не менее теряется на фоне общечеловеческого течения жизни, оставаясь, как Жанна, одна перед лицом Парижа.

Французские писатели классической литературы любят писать о развращенном обществе Парижа. Писали об этом Бальзак и Мопассан, но роман Эмиля Золя "Нана" по степени своего реализма, пожалуй, переплюнул труды творчества других авторов. Развенчан очередной миф о Париже как о романтичном городе влюбленных. Эта книга рассказывает о восхождении к вершинам славы в аристократическом обществе Парижа проститутки по имени Нана. Глупая и взбалмошная баба (по-другому и не могу ее назвать), имеющая в своем активе лишь тело, отвечающее запросам большинства мужчин, тем не менее, с успехом начинает крутить и вертеть самцами, которые являются типичными рабами своей собственной похоти. Начиная с самых низов, с панели, она пробивает себе дорогу в просто заоблачные дали. Графы, маркизы, офицеры, безусые юнцы, актеры - ей все без разницы, она всеядна и переваривает любого. Нисколько не стесняясь и не мучаясь угрызениями совести, Нана разоряет своих любовников, а некоторых даже сводит в могилу. И не удивительно, что настолько тупая баба смогла заморочить головы стольки мужикам. Хотя какие это мужики, так... не более, чем соплежуи. Все дело в том, что Нана - шлюха по своему призванию, а не по нужде. Надо же какое вышло удачное совпадение: хобби совпало с профессией. В такой комбинации люди в жизни, как правило, добиваются больших успехов.
Надо отдать должное мастерству автора. Книга крайне насыщенна тяжелыми подробностями нравственного разложения высшего света Франции. Откровенной порнографии, конечно, нет. Но, обладая развитой фантазией нетрудно нарисовать себе отвратительные картины поведения людей, ведущих себя хуже скотов. Чувство гадливости усиливалось с каждой прочитанной страницей, но оторваться от книги было сложно, так как Золя эту "помойку человеческих душ", то есть высший свет Парижа, описал крайне выразительно и талантливо. Веришь ему безоговорочно, стиль и слог легкие для восприятия, читается роман довольно бодро, это не Бальзак с его тяжеловесными предложениями в полстраницы.
Согласен с автором, который своим романом говорит нам о том, что душевная пустота в человеке обязательно заполнится грязью, а абсолютная безнравственность 100% приведет к абсолютной развращенности.

И снова Золя меня удивил, хотя я думала, что после уже достаточно большого количества прочитанных у него романов это маловероятно, ан нет. Но, как я узнала уже после прочтения, он и сам был несколько удивлен получившимся результатом, а критики того времени в шутку или нет называли роман уступкой буржуазным вкусам публики. Да, здесь действительно нет всего того, в чем Золя частенько обвиняли и за что он собственно и вошел в историю литературы, нет острой социальной проблематики, нет жесткой драмы, нет натурализма, который подчас называли излишне грубым, нет сильных страстей, трагедий или характеров. Весь роман как будто написан в приглушенных тонах, когда я читала его, картинки, которые возникали в моем сознании, были написаны акварелью, слегка размытые, приглушенные тона, легкая зыбь слов.

Камерность и интимность произведению также придает совсем небольшое количество героев, да и декорации, в которых мы их встречаем. Японская беседка в саду преуспевающего доктора и его светской жены, двухкомнатная квартирка молодой вдовы с дочерью, меблированная комната для свиданий, чердак старой нищенки, кухня служанки, на которой совсем нет места — замкнутость пространства, замкнутость чувств. Там нет места счастью и любви, только страстишкам и ревности, воздуха не хватает живущим на этих страницах, никто из них не может вдохнуть полной грудью, и переносный смысл становится прямым, когда юная девочка, обреченная так и не стать девушкой и женщиной, задыхается от скоротечной чахотки, пожирающей ее легкие...

И в противовес этому Париж. Город ради которого автор и написал этот роман. В каждом слове, написанном о нем Золя, чувствуется любовь автора. Мы видим его в разные времена года, в разную погоду, он может быть радостным и зеленым, полным летних цветов, так и подталкивающий людей тоже расцвести и отдаться на волю эмоций. Может быть сумрачным и тусклым, залитым дождевой водой, которая водопадами струится по ступенькам лестниц, превращая тротуары в болота из липкой грязи. Может быть сонным и задумчивым, покрытым снежным одеялом и расплывающимся перед глазами прохожего, рискнувшего вглядываться в него сквозь завесу снежинок. Но всегда он горд, величествен и прекрасен.

Я никогда, к сожалению, не была во Франции, но мне бы очень хотелось увидеть этот город, воспетый столькими классиками. И пусть уже прошло много десятилетий с тех пор, как они создавали свои словесные полотна, пусть многое изменилось и модернизировалось, все равно я бы хотела попасть в описываемые места, прикрыть глаза, вызвать в памяти прочитанные слова и попытаться взглянуть через века их глазами...

P.S.: Мои рецензии на другие части цикла "Ругон-Маккары":
"Карьера Ругонов"
"Его превосходительство Эжен Ругон"
"Добыча"
"Деньги"
"Мечта"
"Завоевание Плассана"
"Накипь"
"Дамское счастье"
"Проступок аббата Муре"

Любовь и смерть, добро и зло…
Что свято, что грешно,
Познать нам суждено.

Наверное тема любви с равным правом и успехом конкурирует с темой смерти. Что нами движет, когда мы начинаем кого-то любить? Где та отправная точка в этом весьма своеобразном уникальном чувстве, когда вот только секунду назад ты был свободен, а уже в следующий миг ты вдруг охвачен этим всепоглощающим чувством? Что ты чувствуешь и как себя ощущаешь, будучи захвачен в плен любовью? Ощущаешь и ведёшь, потому что человек, страстно кого-то любящий, безусловно начинает вести себя иначе, нежели до того.

Я не знаю, какими мотивами руководствовался Эмиль Золя, когда принимался за написание этого очередного романа из цикла «Ругон-Маккары». Может быть он рассуждал примерно как я в предыдущем абзаце, а может быть думал совсем о другом аспекте этой темы. Но это и неважно. Важно, что и как у него получилось.

А получился него, наверное, самый грустный роман цикла. По крайней мере, самый печальный и грустный из прочитанных одиннадцати романов.

Совсем ещё молодая двадцативосьмилетняя Элен, живущая после смерти супруга с двенадцатилетней дочкой Жанной. Небогатое и неяркое существование этой семьи наполнено самыми обычными простыми делами и заботами. Однако его величество случай вступает в свои права и решительно меняет всё. Нестарый сосед-врач Анри Деберль лечит заболевшую Жанну и часто бывает у Гранжанов. Совершенно естественно между двумя людьми вспыхивает чувство.

Казалось совсем обычная фабула. Крути себе колесо сюжета — пусть наши влюблённые ищут возможности встречи и затем уединения, пусть преодолевают разные препятствия и в конце-концов сливаются в экстазе — хэппи-энд порадует большинство читателей. Однако Эмиль Золя решает повести тему чуть иначе ожидаемого.

Жанна ведь тоже очень любит свою мать. И потому, почувствовав сердцем вмешательство в этот их парный любовный союз с матерью третьего-лишнего, она решительно восстаёт против этого. Впечатлительная до крайности и наверняка со склонностями к истерии девочка в результате выдаёт именно истерические реакции на кажущиеся и реальные «опасности».

А молодая и довольно ветреная супруга доктора Анри тоже испытывает соблазны попробовать ощущение адюльтера и закручивает роман с неким молодым повесой. И случайно ставшая свидетельницей договорённости докторши с любовником о тайном свидании Элен оказывается в ситуации непростого выбора.

Все эти любовные коллизии проистекают на фоне светских разговоров замужних дам из числа постоянных гостей семейства Деберлей о любовных интрижках и тайных изменах своим мужьям; добропорядочная Элен с оторопью понимает, что супружеская верность является скорее нонсенсом, нежели нормой.

А затем события начинают принимать практически неуправляемый характер. Интрига закручивается с ещё большей плотностью и в результате мы имеем довольно необычный мощный финал.

Название романа первое время кажется довольно странным. Однако по окончании книги и коротком размышлении понимаешь, что смысл названия многослоен. И если проводить аналогию жизни человека с книгой, то у Элен как раз так и получается: первые главы книги жизни — супружество с нелюбимым мужем и затем существование в качестве вдовы. Затем ослепительно яркая и короткая страница любви, а когда эта страница перевернута, то опять спокойная жизнь с новым супругом. Не уверен, что эта новая супружеская жизнь будет наполнена чувством любви Элен к мужу, скорее будут уважение и спокойная ровная благодарность, но никакой страстной любви.

Как обычно у Эмиля Золя, текст романа наполнен великолепными описаниями внешнего мира — тут и сад семейства Деберль, тут и картины природы, но более всего наше внимание привлекают виды Парижа. Пять описаний картины Парижа, сделанных автором примерно с одной и той же точки, но в разное время года, просто дают ощущение зримой панорамы этого города, так и хочется влезть в интернет и попытаться найти этот ракурс среди сетевых парижских видов. Впрочем, Эмиль Золя в прилагаемом к роману письме объясняет это своё авторское видение.

Цитата:

Впечатление: Эта книга из разряда «книга в книге», ее я нашла в «Выборе», это произведение читала втихаря девочка-подросток и она упоминается в книге. А ещё, когда делилась впечатлением о «Финансита», мне посоветовали почитать Золя. Так и произошло мое знакомство с автором.
Понятно, что это классика, но я так запуталась в французских именах и теперь понимаю почему роман был столь скандальным. Сейчас он более чем актуальный, но думаю многие штуки уже не прокатят.
Для меня остался непонятным момент, что было в Нана такого, что мужчины реально сходили от неё с ума, до одурения, до сумасшедшей зависимости.
Но мне кажется, я уже перечитала книг про непонятных, развратных, беспринципных женщин, видимо по-этому особого восторга книга не вызывала.

О чем книга: Роман повествует о второсортной актрисе театралке, которая была сильно обижена на жизнь в бедности. Решив изменить свою жизнь, она очень виртуозно стала крутить и кутить с обеспеченными мужиками. Получив от жизни практически все, кроме истинного счастья, она получает смерть в одиночестве.

Читать/не читать: читать, как классику

Формат книги: аудиокнига. Читает: Вячеслав Герасимов.Длительность: 28:33:41. Начитка превосходная, голос, темб, отчитка диалогов. Ещё голос у чтеца прямо театральный. На записи нет никаких лишних звуков. Единственно, что поменяла бы- скорость читки.

Экранизация: экранизаций очень много начиная с 1926 года.

Власть женщины была сродни ревнивому деспотизму Бога-мстителя, он переживал минуты страха и острого, как судорога, наслаждения, за которые расплачивался ужасными часами страданий, когда воображение услужливо рисовало картины адских мук.

Это снова Золя. И гадко, и мерзко, и вязко, и, как всегда, ошеломляюще. Я слышала, что "Нана" - один из лучших его романов, но не представляла, как от книги на такую омерзительную тему можно получить столько удовольствия! Это же надо так написать, что содрогаясь и возмущаясь, ты залпом пьешь эту отраву и не можешь от нее оторваться!

Да, вот она, куртизанка Золя! Которую обожают и на руках носят аристократы Парижа. Они готовы разориться ради нее, бросить семью, опуститься на самое дно, покончить с собой. Но это вам не "Дама с камелиями", не Настасья Филипповна. Ни ума, ни утонченности, ни воспитания, ни таланта, ни мало-мальски яркой индивидуальности. Что же тогда в ней есть? А есть пышное, сдобное молодое тело, уверенность в своей красоте, легкомыслие и доступность. Причем, доступность в виде: "любой каприз за ваши деньги". Чем больше денег - тем любовник милее. Кончились деньги - пошел вон. Следующий, заходи! И так без конца.

Справедливости ради надо сказать, что Нана органически не способна деньги копить и приумножать. Для этого надо все-таки обладать хоть какой-то дальновидностью. У нее же ума и рассудительности не больше, чем у клопа. И вот такая женщина царит в сердцах и умах богатых знатных парижан. Что же тогда можно сказать о них?

Мне представляется, что настоящая героиня здесь все-таки не Нана, и не является эта пустышка настоящим источником зла и порока. Ведь откуда берутся все эти Нана, Бланш, Люси? Если бы знатные господа не покупали их с такой готовностью, не бросали бы миллионы за обладание молодым телом, то и не было бы таких вот дамочек полусвета. А так - спрос рождает предложение! В этой среде модно и престижно иметь содержанку. Или перекупить чужую. Или делить слишком дорогую "даму" с кем-то еще. А главное - ни разу там не шла речь о любви! Желание, страсть, похоть, но не любовь! Похоть, которая делает графа полностью зависимым от капризов левой пятки зарвавшейся шлюхи! Так что же виноват в этом, кроме самих мужчин? Если они позволяют публичным девкам разорять себя, унижать, топтать в грязь? На протяжении романа я постоянно ловила себя на мысли: "Ну и правильно, тАк их! Разорила - пусть, заслужил! Убил себя - нечего и жалеть о таком!" Как могли эти умные, образованные господа пресмыкаться перед проституткой, не обладающей ничем, кроме пышных форм? Или их жизнь настолько пуста и бессмысленна, что вожделение плоти подчинило себе и ум и волю?

Итак, Нана стала шикарной женщиной, живущей на ренту с глупости и скотства мужчин, маркизой парижских панелей; ее стремительно и уверенно вознесло на самую вершину узаконенного распутства, нагло афишируемого мотовства и шалой профанации красоты... И казалось истинным чудом, что эта рослая девка, не умеющая шага ступить на сцене, вызывавшая смех зрителей, когда она бралась изображать порядочных женщин, без малейших усилий со свой стороны разыгрывала в жизни роль обольстительницы.

Данное произведение Эмиля Золя о том, как люди погружаются в водоворот чувств и эмоций: вдова вступает в отношения с женатым мужчиной. Их обоих накрывает страстью. Читая, конечно между строк потом понимаешь, что мужчина переживает все события хоть и эмоционально, но, судя по всему, данный опыт у него не первый и не последний. Они с супругой позволяют себе данный вид "разрядки" на стороне.

А вот для главной героини все события даются очень тяжело, с такими "качелями" и душевными потерями, что далее она выбирает для себя путь возвращения в спокойную и тихую гавань.

Очень хорошо автором описаны отношения сильной эмоциональной связи между матерью и дочерью: чувства собственности, ревности, страха потери, желания жить и быть любимой, безумное чувство вино и самобичевания, особенно, когда героиня воспитывает ребенка, очень хрупкого здоровьем....

Жизненно! Классика!

"Желаю тебе никогда не знать страха, что ты навлечешь несчастье на того, кого любишь."

Шарлотта Бронте

Книга показалась нудноватой. Первую половину прочитала в бумаге, вторую слушала в аудиоформате. Вторая часть книги отличается более динамичным сюжетом, хотя почти все повествование складывается из описания светских ужинов и праздных разговоров.
Общество, описанное в книге, как бы показано в разрезе двух параллельных своих жизней. Одна, которая демонстрируется обществу, лицемерно-добродетельная, вторая - порочная, погрязшая в грехе. В книге вообще нет положительных героев, все участники событий порочны и испорчены.
Главная героиня книги продажная женщина, хотя какая женщина - ребёнок 18-ти лет, торгующая своим манящим телом, что получается у неё не особо удачно, так как все заработанные от продажи блага удержать не удаётся, да и счастья в жизни не приносят. Закономерным итогом всему является потеря ребёнка и собственной жизни.

Оба романа, включенных в это издание, посвящены любви. Только в первом это любовь чувственная, страстная, а во втором – продажная, порочная… И мне немного странно, что произведения Золя именно с этой животрепещущей тематикой получились такими вязкими, удушающими, как будто не читаешь, а через болото продираешься.

В «Странице любви» автор, и без того склонный к многословным описаниям всего, до чего только можно дотянуться, буквально превзошел самого себя. Сюжет просто утонул в этих описаниях.
Конечно, они выполнены в традиционном для Золя великолепном виде: очень профессионально, ёмко, зрелищно. Величественные картины города, на которые любуются персонажи из окна, потрясают до глубины души. Париж солнечный и дождливый, туманный и заснеженный, рассветный и ночной нарисован совершенно фантастически.
Но как же нереально много в романе этих картин: Купол Дома Инвалидов, Оперный театр, колоннада Пантеона, башня святого Иакова, шпили церкви святой Клотильды, церковь святого Сульпиция в одной сцене, они же – в другой, в третьей, в четвертой… и так далее в бесконечной карусели слов. В то время как собственно сюжет свелся к великосветским пустым тусовкам и эмоциональной рефлексии героев, а активных действий по факту - почти ноль.
Количество громоздких описаний здесь настолько чрезмерно, что даже современная автору критика, очевидно, не обошла этот факт стороной. По крайней мере в предисловии автор в ответ на их обвинения счел нужным привести свои доводы в защиту именно такой структуры романа. Доводы вполне убедительные, но, несмотря на них, я впервые заскучала с этим автором.

«Нана» читалась чуть живее, но только на фоне предыдущей истории. С яркими, динамичными, насыщенными «Дамским счастьем», «Чревом Парижа» или «Завоеванием Плассана» даже не сравнить.
Но не потому, что этот роман плох или не интересен. На примере очередного отпрыска семейства Ругон-Маккаров Золя по-прежнему мастерски описывает пороки, присущие буржуазному обществу конца XIX века. В данном случае речь идет о его развращенности и продажности.
Просто атмосфера здесь невероятно приторная, душная, нечистая, как запах преющих цветов, да и персонажи подстать этой атмосфере: липкие, двуличные, гнилые. Люди, настолько привыкшие к разврату, что даже, собравшись за ужином у главной героини, не знают, чем себя развлечь, кроме фривольностей:

Эти люди продаются и покупаются, сплетничают и плетут интриги. Они не обязательно жестоки, но порок настолько глубоко въелся в их нутро, что они сами не замечают, как походя творят зло или совершают глупости, часто губя тех, кто рядом, да и сами временами скатываются все ниже и ниже. Такова их жизнь, такова жизнь и главной героини, сознательно выбравшей дорогу порока для достижения своих целей. Финал оказался закономерен и трагичен.
Подобная история для мировой литературы в общем-то не сказать, чтобы была чем-то слишком оригинальным, но Золя так мощно подает проблематику, очень откровенно и не завуалировано, так образно раскрывает характеры, так красочно и натуралистично рисует декорации этого развратного сценария, что роман выигрышно выделяется на фоне других. Чего только стоят картины театрального закулисья, в котором искусство – всего лишь прикрытие для почти откровенной торговли телами.