Бабушкины россказни

Наполеон! Что такое Наполеон?.. Таких святых и у католиков нет, не то что у нас, правоверных…

Весь Петербург тогда на Охту высыпал: всякому лестно было поглядеть, как попов жгут.

—... Да вы изволили, конечно, читать «Удольфские таинства» госпожи Ратклиф?

— Читал. А что?

— У нас по уезду старики-помещики говорят, будто госпожа Ратклиф те таинства с Заборья списывала.

И должен был тот "знакомец" ходить по струнке, а чуть проштрафился, шелепами его на конюшне. Да иначе и не следует: как бы на горох не мороз, он бы через тын перерос.

Стала дворянкой и пустилась во вся тяжкая: верхом, сударь, на лошади катается… тьфу ты, гадость какая!..

грязью играть - только руки марать

...кнут не ангел – души не вынет, а правду скажет.

Хоть ты и архимандрит, а выходишь дурак, да и тот дурак, кто тебя, болвана, архимандритом сделал!..

Не по делом наградил меня царь небесный столь многоценным сокровищем. Всему нашему роду красой была, аки лоза плодовитая; в моем дому процветала, всем была изукрашена: смирением, послушанием, молчанием, доброумием, пощением, нищелюбием, нескверно-ложием…

В коем дому невеста богатая, в том дому женихи, что комары на болоте толкутся.

Иначе и быть нельзя; испокон веку заведено, что самый праведный человек на охоте что ни скажет, то соврет.

Недели по четыре девок, бывало, тем виршам с голосу Семен Титыч учил – были неграмотны. Долго, бывало, маются, сердечные, да как раз пяток их для понятия выдерут, выучат твердо.

И птице вольной и зверю лесному, не токмо человеку разумному, присудил господь отдыхать в час полуденный.

Чай станут подавать, но только большим господам. В стары-то годы чай бывал за диковину, и пить-то его умели только большого рангу господа; мелочь не знала, как и взяться…

– А ведь утопил бы ты меня, Конон Фаддеич, как бы я к тебе тогда подошел? – скажет, бывало, князь.

– А как знать, чего не знать, – отвечает купчина: – что бы бог указал, то бы я над тобой, ваше сиятельство, и сделал.

Купцам на ярмонке такой был приказ: с богатого сколь хочешь бери, обманывай, обмеривай, обвешивай его, сколько душе угодно; бедного обидеть не моги.

Тут дело известное: что в поле горох да репка, то в мире баба да девка, значит, тут без греха невозможно, потому что всяка жива душа калачика хочет.

Всем один приказ: «пей из ковша, а мера душа».

Красно лето два раза в году не живет!

... как бы на горох не мороз, он бы через тын перерос.