СТАРЫЙ ДОБРЫЙ ДЮМА И ЛИТЕРАТУРНЫЕ АФРОФРАНЦУЗЫ. Часть 4.

• Господа, всё ужасно… – Старый Добрый Дюма чуть не плакал. – Я удручен нашим новым романом, я разбит и опозорен.

• У меня сложилось ощущение, что первую часть романа писал я, а всё остальное кто-то другой. Как всё хорошо начиналось!.. Какой образ был создан!.. Это я про Анжа нашего с вами Питу. Недоучившийся деревенщина в годину Великих Потрясений. Иронично, тонко, детально – всё, как я люблю, - Старый Добрый Дюма печально ворошил кипу исписанной бумаги. - И что потом, господа? А?!
• Потом, мусьё, - забормотали Литературные Афрофранцузы, - мы попытались описать начало Великой Французской Революции и …
• Плохо пытались! – загремел Старый Добрый Дюма. – Очень скучно и притянуто за уши. Вроде и действие есть, но без искорки. Вроде и продолжение старых интриг напрашивается, но как-то скомкано. Ходят наши неприкаянные герои по страницам, думают чего-то там себе, а что думают, для чего дела делают и разговоры разговаривают – непонятно. Да и некоторые герои для чего в роман введены – загадка. То про шевалье Фому начнем, то виконтом Ерёмой закончим. Чухня какая-то!

• Ну, а концовка!.. – Казалось, что Старый Добрый Дюма сейчас лопнет от негодования. – Вам, то есть нам, похоже, писать надоело. По типу, а и так сойдёт! Называем главу «Неожиданная развязка» и о-па: посреди чистого поля дверь с надписью «Выход». Такое ощущение, будто мы и не надеялись, что читатель до конца книгу долистает. А если и долистает, то ему уже всё безразлично будет, лишь бы заветный «fin» поскорее наступил. Господа, я вас спрашиваю: «Кто ЭТО придумал?»

• Но ничего не поделаешь – придётся отдавать в печать. Нужно же Папе Дюма что-то кушать. Пусть даже настоящий Анж Питу в гробу перевернется, прости Господи! – Старый Добрый Дюма машинально перекрестился.
• А теперь – за работу! Папа Дюма, пусть и с опаской, но ждет продолжения.

Тратить время на книгу? Да.

Субъективно. Все же это очень особенные ощущения: прикасаться к слегка пожелтевшим страницам с хорошо ощущаемым рельефом букв типографского шрифта. Страницам увлекательного романа.

Анж Питу - деревенский простак, затретированный своей жадной тетушкой юноша, наделенный большой физической силой, нескладной фигурой и получивший некоторое образование в школе местного аббата. И этот юноша влюбляется в дочь фермера. Стечением обстоятельств парень попадает в Париж накануне Великой Французской революции, становится не только свидетелем, но и активным ее участником.

И собственно роман не о Питу, а о революции. Это основная суть повествования.  На сцену выходят центральные герои романа и исторических событий:  Делоне, Флессель, Людовик XVI, королева. Дюма прекрасно описывает взятие Бастилии, власть толпы, неспособность королевской четы принимать правильные решения.
В романе есть очень интересные моменты, иллюстрирующие революцию, как цепь трагических, слепых недоразумений.  Например, эмоциональное восклицание фермера становится причиной залпа: "-Стреляй, стреляй!- вскричал Билльо. Он стоял возле офицера; легко было принять восклицание Билльо за приказание командира. Гвардия вскинула ружья и дала залп, остановивший драгун."
Люди не осознают свои действия, не отдают в них отчет. Билльо штурмует Бастилию, а через несколько дней кричит "Да здравствует король, отец народа!" Когда же ему замечают "Да против кого же шли, бравши Бастилию, как не против королевской власти?", он отвечает - "Да разве мы шли против короля, взяв Бастилию, мы шли против деспотизма". За все хорошее, против всего плохого. По колено в крови.
Толпа безумствует, выбирает себе жертвы и вешает их на столбах, вырезает сердце... Столько людей наделенных властью: Национальное собрание, мэрия, король, но никто не способен противостоять толпе, усмирить ее.  Может потому, что "Гнев народа ... бесполезно стараться даже остановить, как и течение больших рек, они меньше приносят вреда, если их предоставить самим себе"? Но ведь никто особо и не пытается!
А как ведут себя те, кто отдает себе отчет в происходящих событиях? Уезжают. Или, как Жильбер, находящийся в эпицентре событий, отправляет своего сына в деревню, подальше от бури, чтобы он не только не участвовал, но и не видел происходящих событий. Как это знакомо, да?
Калиостро в романе нет. В одном из эпизодов вспоминают о нем, считая, что только потомки рассудят кем он был.
Анж Питу возвращается к себе в деревню. Стал ли он другим? На мой взгляд нет. Он играет роль героя, им не являясь. Копирует действия других личностей, увиденные в Париже, действует из боязни опозорится, но в душе остается все тем же деревенским простаком.
Дюма прекрасно передает поведение влюбленных, их мысли и поведение. Если кто-то из читателей был однажды "углом" любовного треугольника, наверное, узнает себя в одном из персонажей любовных страстей Питу.
Читайте. Рекомендую. Как минимум вы получите удовольствие от увлекательного историко-приключенческого повествования от Мастера.

Продолжение серии о Французской революции. В данной книге идет рассказ о взятии Бастилии. И, соответственно, пара дней раньше - пара позже. Из "Ожерелья королевы" и "Жозефа Бальзамо" переходят в этот роман множество героев, главным из которых является Жильбер. Да, тот самый Жильбер, которого Дюма в прошлых книгах осуждал, преподнес как никчемное ничтожество, в которое вселен целый ворох пороков и недостатков. И ладно бы, жил бы он такой да жил. Да нет вот, барышню обесчестил. И, мало того, что обесчестил, так ещё и обрюхатил. Потом украл ребенка. И был таков. В "Анже Питу" мы видим абсолютно другого Жильбера. Которого все любят, уважают и превозносят как мудрого доктора, философа и образца добродетели. Ну кроме "Австриячки" и Андреи. Уникальнейший молодец. С этим странным преображением преобразуется и повествование. Оно становится неким более интересным и захватывающим. Здесь вам и юмор, и боевые действия, и свои какие-то определенные мысли, живость и отсутствие затянутости сюжета. Предыдущие книги серии такими качествами, если и обладали, то уж точно не в такой степени. Книга закончилась очень неожиданно. И теперь, вот, я жду продолжения!