Три метра над небом

Он молчит. Ему больно как никогда еще не было. Ни от чьих кулаков, ни от каких ран, падений, ударов, укусов, прядей выдранных волос. Усилием воли он выцарапывает из глубины сердца голос и выталкивает его наружу, пытаясь овладеть собой.

Она едет в школу, а он не ложился с прошлой ночи. День как день. Но на светофоре они останавливаются бок о бок. И день уже не будет похож на другие.

Никто не может любить, как я, никто не страдает, как я. Вот эта боль - "ты не поймешь, ведь тебе не больно"

Тону. Но спасать не надо.

и ты понимаешь, что все в жизни бывает лишь однажды,
И больше ты никогда уже не будешь на 3 метра выше неба.

Девушка похожа на торт со взбитыми сливками: радуется, если ее не попробовали

— А мне нравится ссориться.
— Я заметил.
— Но мне нравится и мириться. Даже больше нравится. Но сейчас, не знаю, почему, но я не могу тебя простить.
— Потому что не знаешь, что выбрать. Тебе и хочется, и колется. Как всегда! Как у всех женщин.
— Вот эти «все женщины» меня больше всего и бесят.

Улыбка у него чудная, но мало кому удавалось ее увидеть.

Волна совсем стирает сердечко на песке. Но ничто уже не сотрет этих минут из их памяти.

Они стали реже звонить друг другу, а когда звонили, то с трудом находили темы для разговора.
Может быть, потому, что трудно позвонить другу после того, как он видел тебя в минуту слабости. А может, потому, что мы всегда думаем, будто наша боль - единственная и неповторимая, как и все, что происходит с нами.