Романы

Каюсь, в школе это произведение у меня не вызвало такого интереса, как сейчас. Хотя, давайте по порядку.
Роман «Отцы и дети» лично для меня большой вклад в русскую литературу, такого чёткого и ясного произведение давно не читала. Нам показывают здесь идею противостояния старшего и младшего поколения. Если просмотреть весь сюжет можно увидеть вечный спор.
Я же в этом произведение больше хочу поговорить о героях:
Евгений Базаров показался очень интересной личностью. Он знал своё место, свое мнение, хотя и не понимал порой и высмеивал старшее поколение. Мне казалась, что ему, как бы так сказать, пресен что ли этот мир. Верил ли он любовь? Знаете, мне показалась здесь не влюбленность, а больше показалось то, что была не любовь, а желание завладеть женщиной. Это показано, как в отношение Фроси так и к Анне Одинцовой. Хотя на самом деле его любовь может и проснулась, но поздно.
Аркадий наоборот показался мне более сдержан. Он почти со всем соглашался с Евгением. Мне казалось, что он более поддается чужому влиянию.
В целом роман понравился, более скажу, он дает о многом задуматься. И показывает, как мнение разных поколений различны.

В первую очередь имя Ивана Сергеевича Тургенева ассоциируется с романом «Отцы и дети». Образ Евгения Базарова стал ярким маяком среди тёмного океана жизни для молодого поколения того времени. Думаю, что сегодня юные люди более смелые и наглые и у них другие ориентиры и авторитеты. Но Базаров сыграл огромную роль для русской литературы, и этот факт нельзя отрицать.
Я помню себя до 25 лет и понимаю, что во мне были некоторые черты Евгения Базарова. Наверное, я тоже в какой-то мере была нигилисткой. Скорее всего, я ею и осталась, даже повзрослев.
Давайте разбираться, что же такое нигилизм, в котором обвиняли главного героя-бунтаря.
Нигилизм – это философское течение, которое отрицает общепринятые ценности, идеалы, нормы нравственности и культуры. Что ж! Если рассматривать современных людей под такой призмой, то все мы нигилисты. Секс до брака, венчаются единицы, однополые отношения воспринимаются как норма, дети перестают слушать своих родителей в 18 лет, а то и раньше. Нигилизм процветает. Но для 1859 года – это всё было бы недопустимо.
Мне нравится Базаров. Жаль, что Тургенев решил поступить со своим главным героем столь жестоко. Я верила, что Евгения ждёт прекрасное будущее. Но случай распорядился иначе. Горько, что лучших смерть забирает раньше остальных.

Видимо выросла я из таких романтических произведений. Или просто ожидала чего-то большего.
Но почему-то мне было слегка тесно в этом произведении. Ожидаемого восторга не получилось.
Если учитывать время написания, то произведение весьма смелое и откровенное.
Тургенев как всегда прекрасен в повествовании и атмосфере.
Содержание соответствует названию, потому как большую его часть преследует ощущение приближения непоправимого…неизбежного.
Это как затишье пред бурей, когда воздухи и все вокруг пропитано тревогой.
Главная героиня Елена, как типичная представительница тургеневских героинь, в своей любви растворяется без остатка.
И хоть весьма понятны ее чувства, очень тонкие, где-то на кончиках пальцев с дрожью по телу, смелые и открытые, но сама героиня остается загадочной незнакомкой.
Что меня раздражало в этой повести – русские мужчины у Тургенева либо инфантильные слюнтяи или узколобые чурбаны. И на их фоне болгарин Инсаров смотрится этаким суперменом.
Трогательная и драматичная история любви, но хотелось бы более ярких и интересных героев.

перечитывала впервые после школы и снова влюбилась.

Тогда казалось: ну да, спор поколений, Базаров всех раздражает, Аркадий хороший мальчик. А сейчас совсем другие акценты.

Вот что я увидела теперь:

- конфликт поколений
- любовь, которой стесняются

- одиночество

- крушение убеждений, когда уже поздно отступать

- и, в целом, про жизнь, которая любит проверять на прочность именно тех, кто «ничего не боится»

Базаров теперь воспринимается совсем иначе. Он не злодей, не «отрицательный герой», а человек, который боится чувствовать сильнее, чем боится смерти. Он всё отрицает, высмеивает, делает вид, что ему плевать, а внутри всё кипит. В его язвительности сильно больше боли, чем силы. И это очень видно, если читать уже взрослым.

Любопытный психологический роман. Весь сюжет построен на тех приличиях и условностях, которые люди практически перестали соблюдать. Это, с одной стороны, исключает осовремененные толкования и попытки переноса в нашу действительность, делая роман чистым, незамутненным атрибутом века XIX. С другой стороны, оторванность от современности делает роман более цельным, более самодостаточным, почти документом эпохи, образцом нравов. А если более человечно, то борьбу со смущением никто еще не отменял, поэтому бесценна именно авторская интерпретация реакции Лаврецкого на то, что все знают и все говорят (в том числе и ему самому) о грехопадении его жены.

Судя по отзывам современников, всех впечатлила Лиза. Гончаров дулся на Тургенева, так как обдумывал схожий сюжет, Достоевский говорил, что образ ее удачен. Черств я и сух, но что-то ничего в ней не задело меня – просто цветущая девушка, рядом с которой главный герой подумал, что не все еще кончено, что возможен в жизни и второй шанс. Тургенев пытался избавить Лизу от схематичной функциональности, добавлял щедрой рукой подробности, выписывал биографию и склонности, однако ж это не вполне удалось.

Второстепенные персонажи хороши, что тетушка с приживалкой, что хозяйка дома Калитиных, что жена Лаврецкого. Паншин и Лемм усложняют это рагу нотками грусти и приспособленчества. Паншин в этом плане вообще хорош. Не знаю, чем уж так насолили Тургеневу государственные мужи, однако он оттоптался по ним сильно, мощно, с огоньком. Весь Паншин какой-то скользкий, слащавый и никакой. И вместе с тем несет удивительно знакомую чушь – все это в очередном изводе было очень популярно в России в 90-е, во втором издании капитализма. Его слова про то, что нужно просто создать правильные общественные институты, а потом дело само пойдет, можно вырвать из контекста и использовать для троллинга представителей определенной экономической школы. Лемм же просто грустен и мил, продолжая линию автора (явленную в повестях) на некоторую романтизацию немцев, этаких мечтательных тюфяков, предающихся страстям и пускающим слезу от бурной музыкальной фразы.

Лаврецкий же, этот белый цисгендерный мужчина с необоснованными привилегиями, автору откровенно удался. Его взлеты и падения, его мужицкая кровь, его обращение с падшей женой, его надежда, легкая трещина в броне – все это подано автором как-то подозрительно естественно, так естественно, что начинаешь подозревать наличие соответствующего личного опыта у автора.

Обстоятельства и нормы изменились, характеры остались. Поэтому читать этот отточенный литературный русский удивительно приятно.

Скажу честно, я далеко не сразу подружилась с творчеством этого автора, да и не так уж много я его в юности читала. Все-таки школьный возраст готов приветствовать далеко не любую классику (мягко говоря).
Нет, большого отторжения Иван Сергеевич у меня и тогда не вызвал, но и сильных впечатлений тоже не случилось (разве что после «Муму» долго не хотелось брать в руки его книг, но у меня животные в литературе - вообще почти всегда больная тема). А так… «Записки охотника» прочитались почти на автомате, не оставив после себя практически никаких воспоминаний. «Отцы и дети» зашли лучше, но в те годы меня заинтересовали исключительной яркие эмоции персонажей, конфликтность их взаимоотношений, а то, что нам пытались донести учителя: красоту литературной композиции, мощно нарисованную проблематику о противостоянии поколений, сословий, изящество и лиричность описаний русской природы – все это не взволновало, не затронуло.
Наверное, именно из-за этого, не самого удачного знакомства с автором я долгие годы предпочитала общество совсем других русских классиков: Достоевского, Чехова, Гоголя… А старенькие обложки тургеневских книжек укоризненно пылились на моих книжных полках. Но настало и их время…
И сейчас после душной индийской экзотики неторопливая лирика Тургенева оказалась для меня как глоток свежего воздуха.
Отличное издание с четырьмя, пожалуй, самыми известными его романами, три из которых мне были знакомы лишь понаслышке… Я не хочу сейчас заниматься анализом этих произведений, придумывать правильные слова о проблеме лишнего человека в творчестве автора или об образе «тургеневской барышни», встречающейся почти в каждом из этих сюжетов. Про это уже столько сказано и написано, что снова глубокомысленно мусолить эти прописные истины просто не вижу никакого смысла. Вряд ли это будет кому-то интересно.
Но раз что-то написать нужно, извольте (буквально в двух словах)…
«Рудин» - очень мощный по проблематике сюжет, очень яркий и неоднозначный характер, но, как мне кажется, роману не хватает действия, слишком он статичен, слишком загружен разговорами и рассуждениями. Хотя, конечно, именно в этих монологах персонажей и раскрывается самая суть затронутой темы, но местами немного вязко получилось. Зато действующие лица превосходны, интересны и прекрасно описаны (как, впрочем, и в других романах).
«Дворянское гнездо» - очень красиво, очень лирично и грустно, снова сильная проблематика. На первый взгляд кажется, что в центре сюжета – любовь, личные отношения, страдания и метания персонажей, но под всей этой очевидностью мощным рефреном звучит тема неприкаянности (даже бесполезности) русского дворянства, патриотизма, сословного неравенства.
«Накануне» - пожалуй, наиболее социально-значимый роман про новые веяния в общественном сознании, про ищущее себя, пытающееся что-то изменить поколение. Снова очень яркие образы, снова в центре истории – мятущийся бунтарь, снова жертвенная героиня.
«Отцы и дети» - не могу сказать, что мои впечатления от этого, ранее прочитанного романа, как-то сильно изменились. Скорее, они стали более емкими, разносторонними. Открыла для себя много того, что прошло мимо в школьные годы. И Базаров уже не столько возмущал своей язвительной непримиримостью и бунтарством, сколько заставлял к себе прислушиваться.
В целом получила большое удовольствие от этого сборника. Каждый из романов по-своему прекрасен. Больше всего наслаждалась языком писателя, его простыми, но очень детальными, натуралистичными описаниями, а также живыми персонажами с меткими характеристиками. Ну и проблематику тоже не могу не отметить, конечно))
А не отличная оценка, наверное, только потому что в каждом романе Тургенева с самых первых строк, когда, как говорится, еще ничего не предвещает, уже сквозит атмосфера обреченности происходящего ли, персонажей ли, которая только сгущается с каждой прочитанной главой. Конечно, от русской классики XIX века вряд ли стоит требовать хеппи-эндов (если только речь не о развлекательной комедии, например), их там и не было почти. Но как-то у Ивана Сергеевича с самого начала все слишком очевидно, почти предсказуемо. Не скажу, что в данном контексте это большой недостаток, но чуть большая неожиданность этим историям бы не повредила.

Из всего творчества Тургенева я читала только Муму, которая мне не понравилась. У нас всегда были собаки и для меня финал был зверством. Каждый раз при столкновении с автором в памяти всплывала несчастная собака и произведение благополучно исчезало из моего поля зрения.
Дворянское гнездо это рассказ о людях, которые не смогли стать счастливыми. Поколение за поколением и у всех богатое, но жалкое существование. Каждый находил для себя утешение и мелкие радости, но по сути лишь создавал иллюзию.
Из героев мне никто не понравился. Это не те персонажи, которыми можно восхищаться. Местное общество, настроения людей, характеры, образ и обстоятельства жизни описанные автором рисует полную картину событий. Закрыв книгу у меня не было вопросов, только лёгкая грусть из-за отсутствия счастливого конца.
Осуждать никого не хочется, да и не стоит. Они жили в том, что дало им их гнездо. Семья играет основную роль в становлении личности. На что смотрели дети в детстве, тем и стали. На Лаврецкого повлиял отец с теткой, а на Лизу религиозная няня. Могли они изменить свою жизни? Нет, потому что не умели.
Со временем возьмусь и за другие произведения Тургенева.

Дедушка в детстве читал мне "Бежин луг" из "Записок охотника", он вообще много мне читал, спасибо ему за это... В школе Тургенев почему-то попался только на лето по внеклассному чтению - то ли "Ася", то ли "Вешние воды", наверное, "Асю" и читала... Спустя сколько-то лет после школы читала "Рудина". Понравилось. А вот "Отцы и дети" все как-то мелькали и даже столбычили перед носом, да руки не доходили.

Мне нравится русская классика, я ее люблю. Можно прочитать один абзац, но размышлять над ним несколько дней. Проза Тургенева ясна, прозрачна, свежа; хочется на луг, в деревню, на сенокос, в сад - да куда-либо, где наслаждаешься природой, прогулками, неспешным размеренным течением бытия. Где люди просты и естественны, а не вычурны.

Ну что ж, извечный вопрос, извечная борьба между отцами и детьми, кто прав, кто правее, за кем прогресс, кому на Руси жить хорошо... Наверное, даже хорошо, что эта книга попалась мне сейчас, а не в более раннем возрасте, потому что теперь могу оценить ее с двух сторон. Мне понятно желание молодежи сворачивать горы, двигать историю плечом, ногой и головой; до сих пор помню ощущения, что весь мир для тебя, впереди еще много значительного, грандиозного, нового... Нигилизм Базарова вовсе не нов и не стар. Я тоже, ребята, панковала в свое время. Анархия, хаос созидателен, панки хой. Вслед смотрят обалдевшие прохожие и едва не крестятся, но не крестятся, потому как времена не те были - что панки, что верующие одинаково находились за гранью добропорядочных граждан.

Еще Сид Вишес, если не ошибаюсь, сказал, что панки живут до 25 лет. А дальше - либо умираешь ты, либо в тебе умирает панк. Одомашниваешься, не хочется уже никаких революций, понимаешь, что фиг ты уже что-то изменишь, и даже если изменишь - к лучшему ли эти перемены? Вот и Базаров умер, а Аркадий свил гнездышко и зажил рядом с родителем. Поэтому я понимаю Тургеневских 40летних "старичков", когда просто хочется покоя и мира, жить как хочется, в благости растить детей-внуков-собак-кошек и не сильно забивать себе голову всякой ерундистикой. Тем более, что ДА! раньше трава была, вы сами знаете, какая! - нет, не зеленее, просто ее было больше и она была без ГМО, а сейчас экология, заводы, машины, выхлопные газы, смог, горят леса. Раньше кобылка с телегой проехала, удобрила навозом и все дела, и жизнь хороша и жить хорошо.

И нет здесь правых в этом вопросе, и дети правы, и родители, каждому свое. Хотя бывают исключения.

Что не понравилось в романе, так это явное отношение писателя к так называемому явлению "эманципе вроде Кукшиной". Барышня Кукшина представлена неряшливой и очень пошлой женщиной, впрочем, как и все, что она говорит, пошло, все, что одевает, что делает. Она груба, зла, просто отвратительна. Другая женщина "с широким взглядом без комплексов" - Анна Сергеевна Одинцова, умная и красивая, но невероятно холодная, расчетливая в браке, и как результат - неудовлетворенная и несчастливая. "Чингисхан и Гитлер купались в крови, но их тоже намотало на колеса любви" - только это не об Анне Сергеевне, вероятно, потому что она женщина, немного замахнувшаяся на "эманципе", и Тургенев лишает ее способности любить.

Совсем же другое отношение Ивана Сергеевича к Кате, сестре Анны Сергеевны, - она так молода, что из нее можно вылепить что угодно, тем более барышня в разговоре со своим будущем мужем сама выразила готовность "подчиняться". Мир да любовь, счастие какое. Больше же всего писатель тяготеет к Фенечке, девушке из народа, которую так "осчастливил" и облагодетельствовал отец Аркадия. Она и побаивается своего еще не мужа, но уже отца ребенка, и прислуживает, и тихонько сидит в своей комнатке пока не позовут. Чего еще желать нормальному русскому мужчине?

Жизненная драма выбора, стечение обстоятельств и неумолимость судьбы.

Вся трагедия человеческой жизни раскрылась в небольшом произведении Ивана Сергеевича, где даже совпадение выбора не гарантия счастливого финала. Яркие характеры, лица, борьба чувств, противостояние стремлений и ужасные стечения обстоятельств, заставляют трепетать собственные чувства, а символизм самой истории задуматься о жизни, как таковой.

Стремление человека избавиться от одиночества, тянет людей друг к другу, а любовь, дружба, привязанности дают возможность забыть об одиночестве. Даже общественные интересы позволяют почувствовать собственную важность и придать чувству долга особую значимость.

Выразительная эмоциональная лирика пронизана сгустком символических образов, вызывая одну живую картину за другой. Звенящая тоска и боль бесприютности в этом бренном мире просачивается с каждой страницы.

Поиск себя, своего предназначения, вера в светлое завтра и жизнь в преддверие будущего счастья наполняет существование человека смыслом и желанием оставить свой след, несмотря на то, что мы все сгораем в бешенном ритме жизни, в своих страстях, в своей целеустремленности. Само человеческое существование возложено на огненный жертвенник мироздания...