Тропы Алтая

«Тропы Алтая» — не обычный роман. Это путешествие, экспедиция. Это история семи человек с их непростыми отношениями, трудной работой и поисками себя. Время экспедиции оборачивается для каждого ее участника временем нового самоопределения. И для Риты Плонской, убежденной, что она со своей красотой не «как все». И для маститого Вершинина, относившегося к жизни как к некой пьесе, где его роль была обозначена — «Вершинин Константин Владимирович. Профессор. Лет шестидесяти». А вот гибнет Онежка, юное...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,0

22 оценки

5
32%
4
45%
3
18%
2
5%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 24Хотят прочитать 101

Рецензии

orlangurus
13 марта 2022
"Он эти вершины столько раз фотографировал, описывал, обследовал и отмечал на картах, что с некоторых пор они стали для него чем-то вроде собственности."
Книга написана в конце 50-ых-начале 60-ых годов ХХ-ого века и представляет собой практически производственный роман, с той лишь разницей, что герои - не рабочие и колхозники, а учёные, участники экспедиции в горный Алтай. Пересчитывания годовых колец кедров и количества шишек отдельно взятой лиственницы, как и рассуждений о трагической необходимости ГЭС на такой-то речке - полно. Но при этом Залыгин сумел сделать главным другое - рассказ о том, как строятся и меняются отношения внутри небольшого коллектива, где не все даже были знакомы друг с другом до этой экспедиции. Они все такие разные! Руководит экспедицией профессор Вершинин, безусловно большой учёный, но скорее в прошлом учёный, а сейчас - человек, желающий стать член-корреспондентом АН. У него трения с сыном Андреем, который вопреки его желанию стал биологом, а не географом. У Андрея странные отношения со студенткой Ритой, которая, собственно, приехала в экспедицию в качестве невесты доцента Реутского, но об этом никто не знает. Сам Реутский, кажется, тоже в этом не уверен - невеста ли она ему... Учёный Рязанцев в книге - воплощённый образ интеллигента-шестидесятника, а наиболее привлекательной личность можно назвать Лопарёва:

Позавидуешь: если Михаил Михайлович что изучает, так обязательно к делу. Сегодня изучал, а завтра пошел и сделал. Сегодня он считает, что в науке для него главное, а завтра главное оказалось не в пауке, а в практике — и он спокойно идет туда, не задумываясь, где и какие для него будут условия, где труднее, а где легче.
И есть в книге ещё один персонаж - студентка со странным именем Онега, простая, непритязательная, плоть от плоти этих мест, девочка с широко распахнутыми глазами, в которых отражается радость от каждого открытия, каким мелким бы оно ни было... И, к сожалению, именно она умирает в книге, от запущенного аппендицита. Не имел ли в виду автор смерть науки, бережно относящейся к природе?

Людям одним, без природы, нельзя оставаться. Противопоказано.
Читать далее
59 понравилось
0
938
lustdevildoll
5 июля 2024
Есть у меня самый любимый способ чтения книг: по горячим следам, когда сам недавно был в том или ином городе или местности, ещё перевариваешь впечатления, и вот подворачивается шанс посмотреть на те же места глазами других людей в художественной форме. В таких случаях книга моментально приобретает кинематографичность, ты словно наяву видишь героев в обстановке, по которой совсем недавно ходил своими ногами и видел вокруг то же самое, что видят они. Так получилось и в этот раз с романом "Тропы Алтая", в котором группа сибирских учёных отправляется в экспедицию по Чуйскому тракту вглубь Республики Алтай (тогда, в конце пятидесятых, именовавшейся Горно-Алтайской АО), и я вместе с ними в своем воображении снова ходила по горам, ползла в тумане по каменному гребню, смотрела на величественные лиственнично-кедровые леса, любовалась водами Катуни, Бии и золотого Телецкого озера, считала кольца на срезах деревьев, трогала панты маралов, в общем, снова переживала "нереальные эмоции" от своего путешествия.
Книга была написана в момент небывалого торжества советской науки (уже полетели в космос первый спутник и собаки, готовился первый пилотируемый полет, многие гигантские стройки или были закончены, или близились к завершению, страна восстала из пепла войны и уже готовились новые грандиозные проекты), в век господства диалектического материализма, но все же Алтай - это место силы, очень мало населенный край, где и по сей день сохраняется множество мест, куда не ступала нога человека. В чем-то это, конечно, огромный плюс - как отмечается в одном из моментов в книге, когда герои обсуждают с местным начальством, как обеспечить область электричеством: на ремонт старой ГЭС нужно 450 тысяч рублей, на постройку новой - 550, ресурс службы - лет 15, а потом вкладываться по новой, строить большую ГЭС нерентабельно, нет тут столько потребителей и промышленного производства, а тянуть электричество из более населенных мест - оно выйдет золотым и люди не поймут таких конских тарифов. Именно поэтому удалось сохранить природу в первозданном виде, не напрудив на красавицах Катуни и Бии каскадов мертвых водохранилищ, сберечь эндемики растительного и животного мира и плодородные почвы.
Учёные в экспедиции люди разные, каждый со своими устремлениями и целями. Профессор Вершинин посвятил науке всю жизнь и готовится стать членом-корреспондентом академии наук в области географии, немалую часть повествования занимают его воспоминания о научном освоении Сибири и "проклятии Барабы" - болотистой степной местности на стыке современных Новосибирской и Омской областей, которую невозможно классифицировать согласно принятым географическим стандартам, но которая занимает огромную территорию. Его сын Цезарь в паспорт попросил записать его Андреем, и хотя тоже выбрал для себя путь науки, решил заниматься не географией, а биологией, чтобы не жить в тени прославленного отца. Сорока-с-чем-то-летний географ Николай Иванович Рязанцев до сих пор втайне ищет добра от добра, хотя имеет и профессию, и чудесную жену-врача Зою, и двоих замечательных детей, но все же нет-нет, а погружается в мечты то о вдове своего друга Полине Свиридовой, то о загадочной Марии Федоровне Синеокой из города Красный Кут, письмо, адресованное которой, увидел как-то мельком и с тех пор навоображал себе кучу всего об этой женщине от внешности до судьбы. Биолог Лев Реутский изучал прежде всего Риту Плонскую, которую прочили ему в жены после того, как невеста решила остаться в Москве, но в экспедиции они с Ритой по ее просьбе ведут себя так, будто вовсе не знакомы. Начальник отряда Лопарев, которого все зовут Михмихом, человек хоть и учёный, но прагматичный, желающий заниматься не эмпириями на бумаге, а применять свои знания на практике в чем-то прикладном вроде лесного хозяйства. И юная алтайка Онега Коренькова, которую в институте звали Ольгой, а в экспедиции заново окрестили детским прозвищем Онежка. И колоритные второстепенные герои: алтайский дед-хранитель легенд, заимщик Парамонов и его хозяйственная жена Елена Сергеевна, ветеран и руководитель мараловодческого хозяйства Ермил Фокич Шаров и его большая семья, а также настоящий пролетарий в среде интеллигенции шофер Владимирогорский.
Одно происшествие заставляет всех героев крепко задуматься и переосмыслить цели, к которым они стремятся. Попытаться научиться видеть за лесом деревья, а за биологическим видом - отдельного человека. Ведь правда очень по-тупому получилось, не будь Онежка такой скромной и не постесняйся пожаловаться не Рите, у которой одни шашни на уме, а кому-то из мужчин, все могло бы повернуться по-другому...
Кто-то грешит на чрезмерную идеологичность писателя, соответствующую эпохе, и время от времени скатывание в производственный роман, но ведь по сути это он и есть, что не умаляет ни красивого языка автора, ни наличия интересного сюжета и глубоких персонажей. Я прочитала с удовольствием.
Читать далее
49 понравилось
0
409
russischergeist
14 октября 2014
Давным-давно исхожены все тропы на обетованной земле. А между тем…
А между тем, все новые и новые люди должны ходить по тем же тропам, которые из-за этого не зарастают. При этом, можно сказать, что в "процессе хождения" с каждым человеком происходят разные вещи. Я не хочу говорить о некоем взрослении, возмужании или старении. Сергей Павлович Залыгин в своем первом романе "Тропы Алтая" вкладывает в это понятие, с моей точки зрения, другой контекст - за основной канвой натур-философской связи человека и природы (а на примере биологов и геологов эту связь очень легко показать, так как люди этих профессий проводят свой рабочий день, ежеминутно соприкасаясь с природой), автор спрятал процесс внутренних социальных переосмыслений, переходов на новый, более высокий уровень познания себя, мира и его понимания.
К сожалению, это аннотация к этому изданию содержит огромный спойлер (в отличие от ранних изданий), потому я могу не боясь подраскрыть тайну данного произведения. Автор-коренной сибиряк начинает свое повествование с начала очередной экспедиции под руководством шестидесятилетнего геолога, профессора Вершинина. Мы, читатели, казалось бы, ожидаем от писателя рассказа о деятельности геологов вообще, о работе конкретных членов экспедиции, о матушке-природе, и, возможно, о каких-то нестандартных ситуациях, происходящих во время этой работы. Но Залыгин нас пускает совсем по другому руслу, фактически с каждым из членов экспедиционной группы мы путешествуем трижды: непосредственно идя с ним по алтайским тропам, проваливаясь в его прошлое, описывающее как было сформировано его актуальное жизненное кредо, и внедряясь в его теперешнее состояние, читая его суждения, мысли, страхи, выводы. Получился не производственный, не социальный, не приключенческий роман (хотя частично эти направления были реализованы), а настоящий психологический роман, где наступление одного драматического происшествия в экспедиции по своему преломило и изменило психологию каждого героя.
Так как "Тропы Алтая" был фактически первым большим дебютным романом, написанным в далеком 1962 году (а до этого времени были опубликованы только его рассказы), мне захотелось прочувствовать построенную им линию "человек-природа" на более поздних произведениях, таким образом, я еще встречусь с более поздними произвдениями "старого русского" (как омича Сергей Залыгина назвала Ольга Славникова).
Читать далее
29 понравилось
8
1,4K