Стратегия

В разгар гражданской войны, в первую половину 1919 г., по инициативе центрального органа снабжения был поднят вопрос о сокращении Красной армии, кажется, с 56 до 27 дивизий, ввиду необходимости привести в соответствие штатный состав армии и возможности ее снабжения. Нам представляется, что сокращение произвести было совершенно необходимо, быть может, другим порядком — путем уменьшения вдвое штатов дивизии. Несколько неосторожное отклонение этого предложения привело к тому, что численность армии уменьшилась не планомерно, а стихийно, ставши в соответствие с ее экономическим базисом, при чем это стихийное сокращение распространилось на наиболее драгоценные, рабочие ее элементы — строевой состав пехоты, а пухлый тыл остался в неприкосновенности.

Выдающиеся качества командного состава, твердый порядок в частях, организованность, выступающая во всех мероприятиях, успешный ход военных действий, очевидная целесообразность отдаваемых начальниками распоряжений крайне способствуют повышению авторитетности управления и могут не только сохранить, но и поднять уровень моральных сил войск. Чрезвычайная пестрота качеств командования в старой русской армии обусловливала и чрезвычайное разнообразие в моральном уровне различных полков, наряду с частями, ожидавшими лишь своей очереди сдаться в плен или разбежаться, находились и части, способные к организованной работе в обстановке величайшего тактического напряжения. Разумность в снабжении и распределении, материальная удовлетворенность, заботливость о сохранении человеческих жизней, выдвижение вперед интересов общего блага и неумолимое преследование всяких проявлений личного эгоизма, явное признание ничтожности всех личных отношений в сравнении с нуждами государства — создают и на войне высокую моральную устойчивость. Армия в своем собственном распорядке, и в особенности в самоотверженности своего командного состава, может почерпнуть огромный моральный импульс. Вопрос о командном составе и его пополнении имеет в современных условиях величайшее значение.

Капиталистическая эпоха выдвинула, на замену феодальной верности, понятие патриотизма. «Patrios» означает и отцовский, и отечественный. Понятия отечества и наследственной собственности образуют в буржуазной идеологии одно патриотическое чувство, требующее защиты позиции господствующих в государстве классов. Патриотизм связывается с определенной территорией, очерченной государственными границами, обостряется национализмом, в основе которого лежит представление о единстве известной группы населения, говорящей на одном языке; национализм противоположен понятию мирового гражданства, гуманизма и связан с шовинистической верой в превосходство своей культуры, своих материальных сил, интеллигенции, характера. Волна национального движения имеет часто предпосылкой рост местных капиталов.

Та или иная подготовка, полученная молодежью в школах Наркомпроса, будет существенно отражаться на качествах младшего командного состава, которым будет питаться Красная армия во время войны. Поэтому план военной подготовки страны не может безразлично относиться к деятельности Наркомпроса. Возникает необходимость исследовать, каким образом, не отклоняя деятельности Наркомпроса от поставленных им себе задач, можно было бы повысить достоинства оканчивающих его школы с точки зрения военной квалификации: развитие физической подготовки, борьба с пацифистическими уклонами мышления, сообщение элементарных военных сведений, обучение стрельбе, хотя бы под флагом спортивных обществ, моральное сближение их с Красной армией и т. д.

Политика, отказавшаяся от сохранения господства над руководством войной, признавшая главенство военных специалистов, безмолвно подчинившаяся их требованиям, сама призналась бы в своем банкротстве. Даже стратегия в глазах политика должна являться военной техникой, а техническое руководство войной должно быть подчинено политическому, так как война, это — часть политики. Стратегия может быть понимаема, как согласование операций с требованиями политики. Внутренняя политика должна стремиться к наиболее широкому использованию сил государства для достижения целей войны. Внутренняя политика должна взвесить отношения между фронтом и тылом и решить, каких усилий можно потребовать от населения для войны.

В будущую войну техническая инициатива будет иметь огромное значение. Но нужно, чтобы она встречала у генерального штаба доброжелательный прием, чтобы все первые опыты выполнялись в далеком тылу в полной тайне. При высокой квалификации технических и тактических работников и постановке работы в надлежащие, а не бюрократические, условия, при отстранении от нее ведомственных ученых комитетов, являющихся, по самой своей сущности и организации, оплотом технической реакции и кладбищем для новых мыслей — возможно втайне создать пригодное к бою новое оружие. И нужно такое доверие верхов, чтобы без боевого крещения было приступлено к массовому изготовлению. Конечно, велика опасность, что если тактическо-техническая головка окажется не на высоте, то даром будут брошены огромные средства. Но на этот риск надо итти сознательно. Ценность действительно разумного работника в этой области бесконечна (ген. шт. полковник Бауэр в Германии). Новое оружие должно выступить сразу массивно, в большом количестве; это тоже резерв, который нельзя тратить капля за каплей; не нужно постепеновцев и опытов на поле сражения!

Мировая война представляет картину удивительной толчеи: рабочих призывали в действующие армии, а затем, как квалифицированных специалистов, без которых промышленность не могла справиться с выпавшими на нее задачами, возвращали к станку. Страдало и военное ведомство, затрачивавшее бесплодно много усилий, и транспорт, и промышленность, на которую тяжело ложились эти прогулы рабочих по запасным частям и на фронт. Во Франции к осени 1917 г. число отозванных с фронта достигало 700.000 человек, а к концу войны перевалило за миллион.

Мы пользуемся случаем обратить внимание на частые злоупотребления цитатой из труда Монтекуколи: «для войны нужны деньги, деньги и деньги». Монтекуколи именно и обращал внимание на то, что одних денег не достаточно, что необходима подготовка на широком фронте, что после войны нужно не распускать войска, а сохранять их постоянно, и сейчас же после заключения мира следует начинать подготовку к следующей войне. Мнение, что для войны нужны деньги, деньги и деньги, он высказывает лишь, как характеристику представлений ограниченных, узколобых людей о требованиях войны. И, по вопиющему легкомыслию какого-то писателя, эта ходячая глупость, над которой насмехался Монтекуколи, приписывается теперь ему!

Нужные для войны средства могут быть добыты из народного хозяйства различными путями: 1) путем отказа от помещения излишков народного дохода над расходами в новые капитальные затраты — постройку жилищной площади, новых фабрик, новых дорог, устройство электрификации, организацию новых предприятий, размещение капитала за границей; 2) путем реализации за границей запасов золота, валюты или от заключения заграничного займа; 3) путем постепенного изъятия вложенного в народное хозяйство капитала, которое достигается посредством экономии на ремонте помещений и оборудования, сокращения оборотных средств; 4) путем уменьшения реальной заработной платы при увеличении продолжительности труда и широкой эксплоатации женского и детского труда и уменьшения расходов на народное просвещение, здравоохранение, социальное обеспечение и т.д. Война берет средства и у будущего и у прошлого, ухудшает условия производительности труда и не оплачивает его полностью, расходует здоровье следующих поколений.

Со стороны слабых экономически России и Италии было разумно не обострять в течение мировой войны экономической борьбы с Германией. Момент возникновения экономического фронта относится здесь не к началу войны, а к более поздним периодам. Еще осенью 1915 г. в Петрограде спокойно проживало 250.000 немцев, наполовину германских подданных, продолжая свои торговые и промышленные дела; через Скандинавию русская торговля с Германией неофициально продолжалась. Для царского правительства начинать внутри России травлю немцев было политически невыгодно. Но этого добивалась Антанта, добивалась московская буржуазия, видевшая конкуренцию себе в немецкой контрабанде и в немецких дельцах внутри России. Начало было положено погромом немецких магазинов в Москве весной 1915 г., затем началось преследование немецких товаров, высылка лиц немецкой национальности, секвестр их собственности и т.д. Все эти меры весьма ускорили гибель старого режима.

Внутренняя политическая подготовка государства должна быть такова, чтобы оно могло бы пережить всю войну без существенных сдвигов. Если можно предвидеть необходимость известных уступок отдельным классам или группировкам в случае затяжной войны, то эти уступки несравненно выгоднее сделать заранее.
Франц-Иосиф, готовясь после поражения 1866 г. отомстить Пруссии, прежде всего обратил внимание на опасность, могущую грозить монархии от венгерской революции в момент кризиса на театре военных действии. Не как последствие проигранной войны, а как подготовка новой, как обеспечение политического тыла, явилась дарованная Франц-Иосифом дуалистическая конституция, согласно которой венгры получали свою государственность на территории, на которой, кроме венгров, жило равное им количество славян и румын. Это было разоружение национального упорства венгров огромной жертвой со стороны австрийской государственности.
Венгры прекрасно понимали мотивы внезапного внимания к ним Франц-Иосифа и опасались за долговечность данной конституции и реакции, в случае победы Австро-Венгрии в союзе с Францией над Германией. Поэтому их традиционная политика заключалась в последовательном отстаивании позиции, дружественной к Германии, и тяготении к тройственному союзу, что значительно ослабляло действительность акта Франц-Иосифа.

Перед мировой войной известный лидер правых в Государственном Совете, Дурново, анализируя классовые группировки царской России, пришел к совершенно правильному выводу, что соображения внутренней политики должны удерживать Россию от решения вступить в войну, так как результатом последней может быть только торжество самых крайних течений и революция, доведенная до логического ее конца. Наша готовность дипломатическая к войне была превосходна, финансовая и военная — весьма сносная, но во внутренно-политическом отношении мы были совершенно не готовы; удивительным является не революция 1917 года, а запоздание ее на два года.

Крестьянский вопрос в Пруссии и России в начале XIX века. После иенского погрома выдающийся политик Штейн провел, как первую меру по подготовке новой борьбы Пруссии с Наполеоном, освобождение помещичьих крестьян в Пруссии от крепостной зависимости. Действительно, сохраняя крепостной строй, Пруссия была бы бессильна против Наполеона, так как последний, при новой войне, мог выбросить лозунг распространения на Пруссию завоеваний французской революции, и мудрено было бы заставить прусских крестьян жертвовать своей жизнью за сохранение крепостного права.
Аналогичные условия существовали в России в 1812 г. Из всех войн, веденных старой Россией, эта «отечественная» война резко выделяется страхом господствующего класса перед новой пугачевщиной, которая могла бы явиться следствием включения Наполеоном в программу войны революционных лозунгов. Наполеона русское дворянство возненавидело за свой страх перед возможным его обращением к русским крепостным. Однако, стареющий Наполеон в 1812 г. уже утратил свое политическое дарование, и упустил этот огромный козырь под влиянием личного переживания реакционных настроений и не оправдавшихся надежд справиться с задачами войны исключительно силами вооруженного фронта.

Война на сокрушение будет вестись преимущественно за счет запасов, накопленных в мирное время; заграничные заказы, для экстренного их пополнения перед войной, могут быть чрезвычайно уместны. Борьбу же на измор большое государство может базировать исключительно на работе своей промышленности в течение самой войны; военная промышленность может развиваться исключительно за счет военных заказов, и отнимать у нее работу в мирное время, передавая заказ за границу, это — больше, чем преступление, это — ошибка. Подготовка войны на сокрушение может быть проведена путем такого чрезвычайного усиления военного бюджета, которое остановит или даже подорвет развитие производительных сил государства. Подготовка же войны на измор должна, главным образом, заботиться об общем, пропорциальном развитии и оздоровлении экономики государства, так как больная экономика тяжелых испытаний измора, конечно, выдержать не может.

«Таранной», сказали бы мы, форме политики своих противников Ленин противопоставлял ясную постановку конечной цели, непрерывное к ней устремление и в то же время постоянный труд над решением ограниченных практических задач, завоевание одной отрасли, одной области за другой, максимальную гибкость в выборе пути к конечной цели — компромиссы, соглашательство, зигзаги, отступление, уклонение от боя в невыгодной обстановке. Ленин исходил из признания невозможности победы над буржуазией без долгой, упорной, отчаянной войны не на живот, а на смерть, — войны, требующей выдержки, дисциплины, твердости, непреклонности и единства воли.