Повести и рассказы

В детстве самым страшным сказочным существом для меня был Игоша. Кто не настолько глубоко погружён в русский жутковатый фольклор, с Игошей не встречался и Старобинец не читал, того сама концепция подобного персонажа может и поразить (хотя, конечно, у Старобинец он почему-то больше был похож на змею). Оригинальный Игоша — младенец без ручек и ножек, который умер сразу после рождения, но продолжает являться в мир живых в виде своеобразного полупризрака-полудомового. Если его подкармливать и делать подарки, то он он помогает по дому. Если же Игошу игнорировать (что делать довольно несложно, ведь он невидим для взрослых), то он начинает всё ломать, терять, путать, а вина за его проступки ложится то на всех окружающих из посюстороннего мира, то просто на "дело-то житейское". Возможно, существо без ручек и без ножек, которое прыгает всем туловищем и цепляет вещи зубами, много напроказить и не может, но при желании да наличии свободного времени...

Впрочем, я всё это не о том. Недавно я прочитала, как "Игоша" Одоевского разбирается на уроках литературы в некоторых учебных программах. Вот честно — что-то в этом неверное и ограничивающее. Одоевский бежит впереди паровоза своего времени, и на пяти-шести страничках скупого текста умудряется развернуть едва ли не "Бойцовский клуб". В том смысле, что читателю так до конца и не будет ясно, существовал ли Игоша в воображении маленького одинокого мальчика, который тихонечко сходит с ума от отсутствия нормальной ребяческой жизни, пытается привлечь к себе внимание и все свои шалости сваливает на тёмную половинку себя — Игошу. Вариант вполне жизнеспособный, учитывая, что рассказами про Игошу его как раз пичкают нянечка с батюшкой. Но и тот вариант, что Игоша всё-таки провёл пару дней с главным героем страшной сказки вполне может быть, хоть он и полностью отметается учебниками литературы.

Я, честно, даже не знаю, какой вариант страшнее. Первый показывает, что безумие может таиться даже в маленьком шкете, потому что я категорически отказываюсь принимать версию, что психически здоровый ребёнок может сублимировать свою тёмную половинку в такое жуткое безного-безрукое существо. Это версия близка к той, что и Карлсона приписывает к существам внутри воображения ребёнка. Но Карлсон был шалун добродушный и не лишённый определённой последовательности в своих действиях, Игоша же явно агрессивен и нелогичен. Второй же путь явления Игоши к мальчику, как потустороннего монстра/призрака — вообще кошмар. Потому что тогда получается, что он может прицепиться к кому угодно безо всякой на той причины и бесконечно его подставлять и подставлять, а несчастная жертва будет страдать и огребать. Если большинство негативных сущностей появляются по какой-то причине — мстят за что-то, прикованы к месту, предмету, появляются в определённое время или просто потому что человек сделал что-то не то, то гнусный Игоша сваливается на бошку вот просто из ниоткуда. Из текста можно бы сделать вывод, что батя мальчика сам виноват — вроде как он его позвал к себе, пусть и в шутку. Но пристал-то Игоша не к нему, а к пацану. Да и мужики, у которых до этого был Игоша, а потом и следующий "носитель проклятия" вообще ни в чём не провинились, просто им не свезло. А это знание ужасное, особенно в детском возрасте. Я в детстве точно знала, что если я в полночь посмотрюсь в зеркало, то ко мне прицепится чёрт, но в этом буду виновата я сама, потому что имела наглость посмотреть в зеркало. Ну или кто-то плюнет мне на тень, а от этого у меня начнётся простуда — тоже сомнительное поверье, но тут уж тебе не повезло по вполне определённой причине. А Игоша — накося выкуси — просто появился и гадит тебе ни за что ни про что. Нечестно. И как-то обречённо неизбежно, а потому особенно страшно.

Я считаю, что для времён Одоевского эта "двойная трактовка" — очень крутая вещь. Да и само описание потустороннего младенца ошеломляет, если подключить воображение (вдумайтесь, он ведь умер сразу после рождения, а значит если представить его в деталях, то... АААА!) Не знаю, стоит ли давать такие сказочки пятиклассникам в программе по литературе. Конечно, сейчас сила воображения заметно приглушена, но не исключено, что может попасться особенно чуткий ребёнок, который будет после этого не спать и ждать, когда ему на голову без предупреждения свалится ужасное наказание, которого он не заслужил. Я бы про Игошу вообще хоррор сняла, будь у меня такая возможность. Не всё же мёртвых маленьких девочек с длинными волосами в белых ночнушках показывать.

С творчеством Владимира Одоевского я хотела познакомиться уже давно, поэтому, увидев эту повесть в мобе "Лучшее за 2022 год" в клубе "Читаем классику вместе", не смогла пройти мимо. Произведение совсем небольшое, прочитать его можно за час, поэтому я решила, что оно идеально подходит для знакомства с автором. И снова не ошиблась с выбором! Повесть очень интересная, поучительная и актуальная. "Княжна Мими" была написана в 1834 году, но с тех пор ничего не изменилось. По-прежнему люди разрушают жизни друг друга не только буквальным оружием, но словами. Они, как известно, тоже могут быть очень и очень опасным оружием. Скольких трагедий можно было бы избежать, если бы люди следили за тем, кому и что они говорят!

Княжна Мими, как понятно из названия, является главной героиней повести. Вот только мы привыкли, что в центре сюжета обычно герой положительный, а о княжне такого точно не скажешь. Всему обществу она известна как сплетница, нередко с её подачи распространяются ужасные, грязные слухи о людях, которые даже ни в чём не виноваты. Так и получилось в случае баронессы Дауерталь. Эта женщина не была плохим человеком, она всего лишь вызывала зависть у княжны, ведь баронесса счастлива замужем, в то время как Мими в свои 30 с лишним так и не вышла замуж. Стоит отметить, что муж баронессы значительно старше её, и от этого светскому обществу было ещё труднее принять тот факт, что баронесса искренне его любит. Они просто не могли в это поверить. Снова и снова сплетники пытались приписать невинной женщине того или другого любовника. Не осталась в стороне и княжна, что привело к разрушительным последствиям.

На самом деле, я даже не знаю, как реагировать на княжну. Безусловно, её поведение неприемлемо и даже отвратительно и преступно. Но она — в какой-то мере продукт того времени и общества. Для всех было странно, что княжна в таком возрасте не замужем. Даже если не все говорили ей об этом прямо, косые взгляды она в любом случае замечала. Как подчёркивает сам автор, вся жизнь девушек в то время вращалась вокруг мысли о будущем замужестве. Оно было смыслом их жизни, а все женщины вокруг представлялись соперницами. Такое умонастроение неизбежно откладывало отпечаток на личностях юных девушек. Сплетни же были развлечением, которое любили женские (и не только) компании. К большому сожалению, княжна Мими — не исключение из правил, а типичный характер своего времени.

Пугает даже не только то, что так много судеб оказалось разрушено из-за действий главной героини и ей подобных, но и то, что спустя столько лет в нашем обществе мало что изменилось.

О князе Владимире Фёдоровиче Одоевском до последнего времени знала только то, что он написал всем известную сказку "Городок в табакерке", чьё содержание мной почти забыто. Стыдно, что не потрудилась раньше узнать о таком чудесном писателе и человеке, о его безграничной любви к познанию и таланте исследователя в самых разных науках, об увлечении музыкой, не только как композитора и исполнителя, а как основоположника русского музыкознания (что за этим стоит не так просто разобраться), стремящегося постичь тайны гармонии, изучающего истоки и историю музыки.
Решила ликвидировать сей дикий пробел и начала с романа "Русские ночи", который состоит из самостоятельных рассказов. Увидев название Импровизатор, на мой простой ум тут же пришёл импровизатор из незаконченной повести Пушкина "Египетские ночи" и сразу представилось, что герой Одоевского будет импровизировать примерно так, но об иных ночах.
Оказалось не так. Но с первой строчки казалось, что начало рассказа Одоевского это просто продолжение Пушкина. Конец "Египетских ночей" :
музыка умолкла... Импровизация началась.
Начало "Импровизатора" Одоевского:
По зале раздавались громкие рукоплескания. Успех импровизатора превзошел ожидания слушателей и собственные его ожидания.
Но этого не может быть, потому что Одоевский первым написал рассказ в 1833 году, тогда как пушкинский датируется 1837 годом. Значит так космически сошлось. Подозреваю теперь, что для этих двух волшебников слова, не было ничего невозможного, ведь Одоевский заглядывает за грань видимого мира и предвидит открытия, которым суждено воплотиться в жизнь только в следующих столетиях, словно сам получил рукопись от доктора Сегелиеля, появляющегося в "Русских ночах", но сумел его перехитрить.
Импровизатор в рассказе Одоевского предстаёт перед читателем в зените славы: публика ликует, в одно мгновенье он с лёгкостью составляет три разные по стилю, жанру и содержанию импровизации, смех, слёзы и восторг сменяются на лицах зрителей. Но на лице героя не поэтическое наслаждение от своего труда, а самодовольство фокусника. И лишь значительный сбор, вид большого количества монет вызывает радость.
Не всегда импровизатору сопутствовал успех, достаток и виртуозная лёгкость при поиске поэтических форм. Было время, когда был он бедным поэтом Киприяно и с огромным трудом выуживал мысли (примерно как я сейчас, наверно), отыскивал выражения для своих творческих замыслов. Стихи приносили бедному поэту лишь сломанные перья, не считая вырванных волос. Заняться другим делом ему мешал поэтический дар в сочетании с врожденной страстью к независимости и неспособностью рассчитывать время.

И решил он обратиться за помощью к страшному доктору, по имени Сегелиель, приехавшему из южных стран. Ходили слухи, что доктор этот мог вылечить какой-то своей водицей любую болезнь, даже не взглянув на больного, но за излечение часто требовал плату в виде неприемлемых, отвратительных поступков или наступала смерть. Из-за этого доктора перестали звать, судились с ним, но ничего доказать, наказать и лишить практики не смогли.
Наш поэт получил способность мыслить и творить без труда в обмен на два условия. Первое - способность творить всегда и везде его никогда не покинет; второе - Киприяно будет всё видеть, всё знать, всё понимать.
Что за странные требования?
На первый взгляд несчастному влюбленному поэту (он, конечно, был влюблён и мечтал жениться на своей Шарлотте) эти требования показались легкотнёй и он радостно пообещал доктору исполнить всё.
А теперь представьте, каково это всё знать, всё видеть и всё понимать, невозможность забыть, на всё смотреть словно в микроскоп. Больше нет тайн души, тела, состава вещества, мотива поступков, истоков мысли, Подобное знание стало проклятием, разрушившим любовь поэта, лишившим его покоя и разума.

Сюжет уже не нов, но вывод тот же: не идти на сделки с совестью; искать счастье не во внешнем, а в своём сердце и... читать Одоевского, Гёте и Булгакова.

Столкнувшись на страницах одного современного романа с игошей, мне захотелось прочитать еще что-нибудь об этом существе. И тут как раз в разговоре зашла речь о данном рассказе Одоевского, так что не стала откладывать его в долгий ящик.

Ну что могу сказать, несмотря на то что сам рассказ меня не напугал, все же образ игоши жуток. Маленькое существо, похожее на ребенку, но без ручек и ножек, тут еще добавился временами голос взрослого мужчины, что только усугубило дело... В общем, из всего славянского фольклора эта нечисть нравится мне больше всего, потому что реально, зараза, страшная)

В самом же рассказе взрослый человек делится воспоминаниями из детства, когда ему пришлось столкнуться с проказами игоши. А может то просто было богатое детское воображение, подпитанное страшной историей, услышанной от отца. Кто знает...

Заглавная героиня повести – по меркам начала XIX века старая дева. Ей уже за тридцать, былые ее прелести поблекли, и нет никакой надежды «выйти замуж за принца». Поэтому ее не особо привечают в светских гостиных, не приглашают танцевать на балах, на нее смотрят кто с жалостью, кто с осуждением, ведь ее положение – совсем не comme il faut.

. Можно ли винить девушку, женщину, если таковы нравы и ожидания общества? Она скорее их жертва, впрочем, как и ее мать, и сестра, как и другие дамы в этой повести.

Слава Богу, что сейчас времена иные и женщина более свободна в своем выборе, выходить ли замуж, рожать ли детей. Хотя совершенно ли свободна? Откуда тогда столько незамужних клиенток у психологов и психотерапевтов?

Вспоминается забавный эпизод из времен моей юности, как мама одноклассницы, зайдя в троллейбус в переднюю дверь, кричала мне, 20-летней, через весь салон: «Ну что, ты замуж так и не вышла?». Это сейчас мне смешно, а тогда я, помнится, просто внутренне сжалась, ведь мне дали понять, причём принародно, что я, скажем так, не дотягиваю до нормы, не соответствую общепринятому (когда? кем?) правилу.

Героиня В. Одоевского в отчаянии решает если не замужеством, то другими средствами «поддержать себя в обществе». И выбирает зависть, злобу, коварство, чем приобретает особую власть в гостиных. Она всюду сует свой нос, прислушивается к чужим разговорам, может походя разрушить чужую репутацию, тонкими намёками посеять сомнения в верности жены или мужа, опутать человека липкой паутиной лживых сплетен. Такая вот своеобразная сублимация. Жертвами козней княжны Мими становятся достойные люди – Границкий, баронесса Дауэрталь, брат ее мужа, графиня Лидия Рифейская. Их судьбы - иллюстрация к расхожей фразе о том, что слово способно убить.

Очень понравился ироничный, колкий стиль писателя, особенно когда он характеризует жизнь светских бездельников и негодяев типа графа Сквирского, низкие нравы, пустоту существования людей из высшего общества, царящие в дворянских гостиных под видом приличий, благоразумия и добродетели.

Ох уж эти шумные новые года в юношестве, когда мечт и планов больше, чем денег на еду на следующую неделю! Покорение мира широким шагом, философия, способная изменить всё общество, обещания обязательно раз в год хотя бы вот так вот собираться, этим же составом!

А потом вы взрослеете, меняетесь, исчезаете из жизней друг друга, обрастаете работой, семьей, детьми и обыденностью. И вот уже даже не о чем говорить со старыми друзьями. Даже если они еще остались.

Пусть рассказу Одоевского уже и прилично лет, с девятнадцатого века этот пункт жизни людей едва ли изменился. Хороший рассказ с ноткой грусти и принятия того, что мы взрослеем и меняемся, и некоторых мечт и планов уже не вернуть.

Уже не помню, для чего мне понадобилось читать это произведение, оно совсем небольшое, но я не пожалела. Одоевский вообще заслуживает изучения в школе, и не только его «Городок в табакерке» для малышей, но и другие вещи постарше.

А «княжна Мими» любопытна в разных смыслах.

Во-первых, это своего рода срез русского светского общества первой половины XIX века. Это рассказ о тогдашнем варианте, или даже – о тогдашней степени того, что мы сейчас зовём лайкозависимостью. О том, как общественное мнение может погубить человека, и о том, как один человек может погубить другого при помощи общественного мнения.

А ещё автор довольно забавно дискутирует со своими читательницами. Предъявляет им претензии, отвечает на какие-то их претензии – видимо, средние по палате. В общем, в этом образе автора очень узнаваемо просвечивает прапрадедушка какого-нибудь современного блогера. Совсем не противное чтение.

В.Ф. Одоевский – «Сильфида» (повесть, 1837 г.)

Представьте себе, что у Вас умер относительно богатый дядюшка, который оставил Вам деревеньку.
Что Вы будете делать?
Да уж не заниматься глупостями в городе!
Вы оставите грязный воздух, умные компании, ВСЕ книги и уедете жить в деревню, чтобы лежать, лежать, лежать, наслаждаться жизнью, бездельничать на полную катушку, ездить иногда к соседям-помещикам и поглядывая на их пухленьких дочек, думать: «А не жениться ли мне?»…
Но спустя несколько месяцев Вам надоедают бесконечные деревенские глупости и вновь тенет к чему-нибудь УМНОМУ. И Вы находите в дядюшкином доме спрятанную прислугой библиотеку. А библиотека эта настолько непростая, что вся Ваша жизнь быстро меняется…

В.Ф. Одоевский – «Катя, или история воспитанницы» (повесть, 1834 г.)

К сожалению, повесть «Катя…» не была автором закончена, и обрывается она на самом интересном месте.
Правда, в архиве писателя сохранился план окончания произведения, и дальнейшее течение книги мы можем узнать без труда, но всё же это не то же самое, что читать талантливо написанный текст.
Одоевский, как и всякий великий писатель, берёт ведь не столько фабулой, сколько своим слогом и ОСМЫСЛЕНИЕМ происходящих событий.
Воспитанниками в XIX веке называли детей из бедных семей или незаконнорожденных детей знатных вельмож, которые воспитывались по прихоти хозяев наравне с их законными детьми.
Их кормили, одевали и учили так же, как барчат. В барской среде они и росли. Но в дальнейшем им была уготована участь не хозяев жизни, а обычной (или не вполне обычной), но всё же прислуги. (Есть на эту тему известное стихотворение у Некрасова).
О жизни трёх таких воспитанников – Кати, Бориса и Владимира и рассказывается в этой книге.

Когда я впервые прочитала сказку В. Одоевского «Игоша», то сочла это странное существо с диковинным именем Игоша плодом воображения автора. Уже будучи учителем, при подготовке к уроку, я выяснила, что игоши — это персонажи русских фольклорных сказок, «сродники» домовым, кикиморам и другой «нечисти». И я дала задание ребятам найти произведения русского фольклора, где фигурировал бы игоша. В конце концов с двумя школьницами, проявившими наибольшую активность, мы написали работу под названием «Фольклорная основа русских литературных сказок об Игоше», в основу которой были положены несколько народных сказок, а также произведения В.Одоевского «Игоша» и А.Н. Толстого «Кикимора», где игоши также упоминаются. Эта работа опубликована в электроннном периодическом издании: https://teenet.ru/viewdoc.php?id=220.
Мы выяснили, что игоша является одной из самых таинственных «тварей» народного сознания (языческого по сути, но уже в значительной степени христианизированного). Из русской сказки «Про грешную дочь» мы узнали, что игошей называли нежеланного младенца, которого мать пыталась вытравить, и который умер, не успев получить крещения. После смерти такие игоши скребутся под окошками, кричат «жалкими голосками», всячески стараются привлечь к себе внимание и надрывают сердце согрешившей матери. Они — по народным поверьям — требуют себе имени и креста. В упомянутой сказке родители согрешившей девушки, услышав стенания привидения, спрашивают с удивлением, мол, к нам-то чего «игоша повадился»? Их удивление объясняется не самим фактом существования игоши, а тем, что они еще не знают о грехе дочери. По народным поверьям, мать в таком случае должна крикнуть в окошко имя игоши и перекрестить ночную тьму, тогда привидение больше не появится. Но горе матери, если она перепутает пол выкидыша и назовет неподходящее имя — тогда игоша целый век кричать-плакать по ночам будет. В упомянутой сказке мать родила семимесячного ребенка, мальчика, и поэтому без сомнения выкрикнула мужское имя — Егорушка, созвучное с Игошей. Думается, что в народном сознании важен был сам факт этого выкрикивания, обнародования греха. Тем самым мать вынуждена была рассказать людям о проступке и покаяться. Некоторые героини уходили затем в монастырь, грех замаливать.
Само звучание слова игоша вызывает у исследователей ассоциации с разными человеческими именами, по преимуществу, мужскими, хотя игошей может быть и девочка, если она, конечно, не превратится в кикимору... На наш взгляд, наиболее убедительна версия происхождения этого названия в среде грамотных священнослужителей от латинских слов «ignatus» - нерожденный и «ignotus» - неизвестный (на эту мысль наводит довольно прямолинейная назидательность сюжета о наказании согрешивших). Подобным образом возникло и имя Игнатий, производными от которого стали народные имена Игнат, Игоня и Игоша.
Имена, по звучанию напоминающие игошу (Егорушка, Игорь и так далее) изредка связывают с древнескандинавскими корнями со значением «воинственный» или с древнерусским «игом». Но эти значения в гораздо меньшей степени подходят для характеристики жалкого несчастного существа, которое фигурирует в русском фольклоре. Напомним, что чаще всего игоша представляется безруким и безногим тоскующим маленьким человечком.
Есть и альтернативный сюжет о происхождении игош. Если злобная кикимора крадет младенца совсем маленьким, то даже желанного ребенка она может воспитать злобным пакостником, и тогда в народе его тоже могут звать игошей.
После этого ребята захотели сопоставить образы Игоши из сказки Одоевского и всем известного Карлсона, но эта работа не получилась, так как единственное, что детям удалось заметить, это то, что Карлсон, как и Игоша, тоже досаждал Малышу, «подставлял» его, но ребенок продолжал ждать это чудо с пропеллером, чтобы вместе устраивать проказы, на которые в одиночку Малыш ни за что бы не решился... И в финале сказки Одоевского, когда Игоша решил уйти к другому хозяину, пообещав, что тому еще больше вреда сделает и, авось, новый хозяин будет «благодарнее», Мальчик тоже произносит странную фразу : «И жаль мне его стало»... Очевидно, речь здесь идет не только о сострадании к бедному инвалидику, герою ещё и жалко с ним расставаться! Это наблюдение, сделанное самими детьми, мне показалось очень любопытным, но одного-двух интересных наблюдений еще недостаточно даже для школьного исследования.