Поправка Джексона

Первое, что отмечают рецензенты в прозе Натальи Червинской — ум: «природный ум», «острый ум»», «умная, ироничная» и даже «чересчур умная». Впрочем, Людмила Улицкая, знающая толк в писательской кухне, добавляет ингредиентов: отличное образование (ВГИК), беспощадный взгляд художника, прирожденное остроумие, печальный скепсис и свободное владение словом. Стоит прочесть всем, кто помнит, какую роль сыграла поправка Джексона — Вэника в эмиграции из СССР. А кто не в курсе — им тем более. Поправку нако...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,2

19 оценок

5
42%
4
37%
3
21%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 20Хотят прочитать 39

Рецензии

More_Vanna
1 октября 2014
Одна моя подруга без ума от эмигрантской прозы. Или не без ума, а период у неё сейчас такой, но как ни приду к ней и ни навострю лыжи на новую книгу — а она в ответ: «Ну-у-у, это про наших эмигрантов, тебе, наверно, неинтересно...»
Ха! Мне? Неинтересно? Да мне всё интересно, если написано с холодным умом, горячим сердцем и руками не из жопы.
Руки у Червинской точно растут откуда надо — и голова варит преотлично.
Написана «Поправка Джексона» — сборник рассказов, если что, — так хорошо, что невольно думаешь: «О, Довлатов!». Я понимаю, что формула «литература третьей волны эмиграции + Америка + юмор = Довлатов» уже всех достала, но ничего не могу поделать, люблю я Довлатова.
К тому же ощущение от книги со временем менялось (сейчас попытаюсь накидать схемку):
— Довлатов;
— Довлатов в юбке;
— Довлатов в юбке с хэмингуэйевской бородкой и трубкой;
— Довлатов в юбке с хэмингуэйевской бородкой и трубкой, зажатой в клыках;
— Довлатов в юбке с хэмингуэйевской бородкой и трубкой, зажатой в клыках, с которых сочится яд…
— Я перестаю дурно фантазировать и возвращаю Наталии Червинской её исконный образ.
Звучит, наверно, предельно размыто, но сегодня я читаю так.
Чтобы добавить хоть какой-то конкретики, скажу: великолепный стиль, потрясающе живые, хотя в половине случаев нисколько не симпатичные мне персонажи, а ещё — впервые Америка заговорила со мной без слов, но по-русски. И это не смотрелось попыткой насажать своих маргариток в чужом огуречном парнике.
S. По двум оставленным мной рецензиям можно подумать, что я фанат Америки, однако ~~я всего лишь работаю на Госдеп за еду~~ дело в другом: интересы-то мои широки, но и лень необъятна. Надо почаще, что ли, писать.
Читать далее
11 понравилось
0
223
Funny-ann
6 декабря 2015
Знаю за собой такую читательскую особенность: я не люблю рассказы. Не люблю как жанр. Я долго привыкаю к героям, и только они становятся мне хоть чуть-чуть близки и понятны, как рассказ заканчивается. Но Червинскую стала читать. В какой-о момент почувствовала, что мне не очень важно, кто персонаж короткого произведения, что не в этом все дело. Просто это одно длинное размышление и образы все собирательные. Прислушалась к рекомендации Улицкой, а она для меня большой авторитет, действительно какой стиль! Острый ум, чудесная ирония, молниеносный темп, невероятная точность.
Читать далее
4 понравилось
0
151
Olgiliy
15 октября 2017
По форме это эмигрантская проза. Эмиграция третьей волны конца 60-х - начала 80-х годов. Но, это лишь фон, декорации для историй о человеческих достоинствах и пороках. Главное в рассказах Червинской - многообразие людских характеров, обстоятельства побуждающие к предательству или выражению человеколюбия, проявления непохожей и странной, (то жертвенной, то эгоистичной) любви детей и родителей.
Истории поражают сюжетами!!! Они одновременно повседневно-обычны и невероятно возмутительны. Например, читаешь о простой девушке с привычными проблемами, и в процессе понимаешь - все, что ты только что прочел о ней, на самом деле, ужасно, она отрицательный герой, а ты читал и не заметил. Или парень, который плывет по течению, не задумываясь о важном, и несознательностью, неучастием губит всех вокруг, и даже не замечает, живет дальше. Других персонажей сначала осуждаешь за серость и безропотность, или безудержную показушность, а потом понимаешь какой ежедневный подвиг маскирует этим человек.
Это истории о простых людях, которых мы встречаем каждый день и знаем поверхностно, и судим поверхностно. Не замечаем светлого в угрюмых и страшного в любезных.
Это истории о маленьких людях в больших странах. В большой прежней Америке и в большом бывшем Советском Союзе. На контрасте отлично видно, что дело не в тоталитарном режиме, не в бедности среди роскоши, не в одиночестве, не в широких возможностях. В любых условиях мелочность и трусость выходят наружу. Везде преданность и бескорыстие пробивают себе путь.
Отдельно хочется остановиться на манере повествования. У Натальи Червинской необычный, даже необычайный слог. Как будто рваный текст, резкое прерывание мысли или события и начало совсем другой темы, и так много раз. И читателю приходится сопоставлять, рассуждать, анализировать. И когда читатель сам достроил звенья, свел прямые в точке, он понимает и принимает героев.
При этом, текст лаконичный, емкий, события стремительны, нет рассусоливания и бесконечных объяснений очевидного. Просто виртуозная работа со словом у автора!
#прочитано - август 2017
Читать далее
3 понравилось
0
237