Крепость души моей

Мы - долгое эхо древних пророчеств, которое, выдохшись на излете веков, превратилось в белый шум.
Великолепная книга, до жути прекрасная и реальная, только в окно выгляни да пройдись по улицам города своего, пусть ангелов с глазами огненными не встретить, так это лишь от слепоты зрячих, которой хуже нет. Ибо взвешено все на весах давно и найдено очень лёгким. Очень-очень легким. Как пепел. Или прах.

"Крепость души моей" составляют три повести, на первый взгляд объединенные весьма слабо и условно - имеем многомилионный Город-улей (узнаваемый безумно, что придает повествованию ...всепроникновенности), далекие и близкие ветхозаветные сюжеты, да пару-тройку персонажей, связующих все три истории. На моей, весьма субъективный взгляд, накал идет по нарастающей - первая история самая безобидная почти: современный Иов, он же Иаков, обманувший Исава (не в библейских текстах разумеется, а в "Праве первородства") вынужден расхлебывать всю ту кашу, что заварил. Он борется против несправедливого, как ему кажется, Бога, который «Господь – крепость души моей», и в итоге получает "золото хлебного поля – от горизонта до горизонта", и ни идолов, ни крепостей, лишь синяя бездна неба, которое не дает ответов, не задает вопросов, высится куполом. Трудная служба...

Вторая повесть "Девять дней" удивительно поэтичная история любви прежде всего. Сквозь целое столетие. Вопреки силам, в разы превосходящие человеческие. Здесь крепость души того, кто создан по образу и подобию, высится в бурях так непоколебимо, что даже поражение, кары и все казни египетские, не в силах ничего изменить. Протяни руку, сожми в ней воздух - "Улица, дома. Стертый булыжник. Деревья с пыльными кронами. Неяркий осенний свет. Облака." Много званных, да мало избранных. Да и завидовать вроде нечему - "Война, мобилизация, тиф…" Но это только - на первый взгляд. Что смыслят небесные слуги Отца в любви?

"Заря над Содомом" - квинтэссенция, повесть, которая до такой степени злободневна и вот-сейчас, что чтобы не заорать и не начать биться головой об стены нужна определенная сила воли (или привычка). Невыразимо сильная вещь, страшная, но свет, что брезжит над Городом, новая заря, дает надежду.

Я ненадолго отойду.
За мной уйдет осенний вечер,
Шурша листвой. Сегодня вечность
Написана нам на роду.

Ты скажешь: встретимся в аду?
Отвечу: ладно. Лишь бы встреча.

Живительный цемент для крепостей наших душ - любовь, надежда и немного бунта.

Нам... Здесь... Жить... На шаткой границе огня и грязи.

Превосходная книга! Можно много критиковать и брюзжать по поводу "пропаганды религии". Но всех злопыхателей хочется хорошенько отчихвостить. Сразу скажу. Я атеист с 31-м стажем. Но книга то не только и не столько для "пропаганды" религии написана, но, по моему мнению, для пропаганды добра и хорошего отношения к людям, для того чтобы показать насколько хорошим или же плохим может быть человек. В ситуации когда ничего не может изменить, но однако пытается... пересказывать повести считаю бессмысленным. Но хочу сказать одно: обязательно должен прочесть книгу любой человек который умеет и хочет мыслить, а также желает разобраться в себе и своем месте и цели своего пребывания на земле, а также осознать бренность бытия... .

По-моему, даже самые талантливые авторы не могут писать так, чтобы все - абсолютно все - их произведения нравились всем их читателям. Увы. Это хорошая книга, правда хорошая, но прошла она до такой степени мимо, ничем и никак не зацепив...
Читая, я все время думала: "А до чего же здорово написано, а вот здесь просто поэзия в прозе - умеют же до такой степени точно и красиво складывать слова в предложения..."
А вот сама книга - абсолютно мимо.
Ну что ж, подожду следующих. Или попробую перечитать. Потом.

Три истории одного Города под одной обложкой. Хотя могли бы быть три отдельных повести и даже про разные города. Общего у них - только религиозная тематика. Во всех тёх частях взята библейская история и переложена на современные реалии.

Первая история - "Право Первородства" уже своим названием даёт понять, о чем же пойдёт речь. На одном из слоев повествования. На втором же слое мы видим то, как (не) меняется менталитет людей. В ветхозаветные времена было крайне важно - кто же будет старшим сыном. А сейчас, в век нотариальных доверенностей и равенства всех людей? А на третьем плане вырастает совсем другая история - немножко истории Авраама и сына его Исаака и много темы противостояния человека и бога. Что может человек противопоставить божеской воле? Что может противопоставить бог воле людской?

Вторая история - попроще. Сказать чему она посвящена - будет спойлером, увы. Если "Право Первородства" мистично в оригинальном значении этого слова - столкновение человека с божественным, то "Девять дней" - скорее уже фэнтези. С ангелами в качестве главных действующих лиц. Проходная история, пусть и хорошо написанная.

А третья история пробирает до костей. Опять-таки, прямо говоря своим названием о чем пойдёт речь, "Заря над Содомом" - скорее размышление, чем рассказ о. А в центре повествования - приговоренный город. Через три дня он будет уничтожен. Стёрт с лица земли вместе со всеми жителями, домами и деревьями. И есть один шанс спастись - предоставить ангелам господним двенадцать праведников, а до того никто не может покинуть город или въехать в него. И сквозь всю повесть мысль - а что я буду делать в подобных обстоятельствах? Нигде не написанная, но читаемая явно. А что правильно делать?
Разные люди, разные обстоятельства, разные решения. В этой повести хватает всего, но нет ответов. Но зато вопросы поселяются в вашей голове надолго.

Итогом получаем сложный, интересный, хорошо написанный "авторский сборник". Который читать, конечно же, стоит. Даже если вы совсем ничего не понимаете в религиозной тематике - ведь в итоге поднимаются простые человеческие вопросы, имеющие право первородства по отношению к религии.

Мое знакомство с Олди и Валентиновым началось с романа «Нам здесь жить», и до сих пор, пожалуй, он оставался одним из самых любимых в творчестве писателей. И вот спустя четырнадцать лет появляется «Крепость души моей», цикл повестей, который, несомненно, перекликается с романом.

Примечательно, что город, описанный в обоих романах один и тот же, а также и то, что спустя полтора десятка лет ему снова грозят «последние дни». Хочется сказать в менее фэнтезийном варианте, но не буду, потому что пророчества, огонь с неба и ковчег завета для большинства такое же фэнтези, как и кентавры, минотавры и прочая нечисть.
И вновь мы видим столкновение двух систем ценностей, изменение существующего порядка, когда так как прежде уже не будет. Можно сломаться, изменить себе, или, наоборот, найти себя и «крепость души своей», но невозможно остаться прежним, прикоснувшись к тайне, которая больше тебя самого. Именно это и происходит не только с главными героями, но и всеми жителями города Х.

Психологические портреты героев, как главных, так и второстепенных выписаны филигранно. Сцены массовой истерии перед концом света обыденно шокирующие, настолько они узнаваемы. Это заставляет задуматься о себе и о тех, кто рядом.
Авторы затрагивают щекотливые темы, используют сатиру и при этом мастерски обходят острые углы, так что их невозможно обвинить в отсутствии толерантности. Кстати, отдельное спасибо за «эпиграфы» к «Заре над Содомом», разбавляющие мрачную атмосферу. В отличие от романа 1999 года финалы всех трех повестей умеренно оптимистичны и отдают светлой грустью. Хотя неизбежно приходишь к выводу, что надежды на лучшее, которые были у большинства из нас пятнадцать-двадцать лет, не оправдались.
Мир вроде изменился, но мы все равно продолжаем жить с ощущением грядущей катастрофы. И продолжаем воевать, словно Большая Игрушечная Война никогда не заканчивалась.

Из трех повестей больше всего мне, пожалуй, понравились «Девять дней», благодаря чудесной истории любви, которая выше всей этой возни, выше разборок между праведниками и грешниками, гуманистами и законниками, выше времени. Она как отражение любви Творца, которая была превыше страха, закона и справедливости, даже в древности. «Ибо Я милости хочу, а не жертвы…» написано в Ветхом Завете. Может быть, именно поэтому все герои и получают второй шанс.

По сути своей это такой пересказ ветхозаветных историй, переложение притч на язык современного города, где каждое событие в конечном счете задает читателю явный или неявный вопрос о его собственной совести и морали. Наверняка, вы когда-нибудь листали какую-нибудь «Библию для детей»? Вот у меня было такое ощущение, что «Крепость души моей» - это такая «Библия для офисных работников». С той разницей, что в настоящей (хоть и детской) Книге герои сталкиваются с событиями впервые, а здесь в каждой истории роли вроде как заранее прописаны, и финал известен. Хотя прописаны ли, или это просто привычка действовать по известному (не заданному, а просто известному) алгоритму? Впрочем, и финал тут… скажем так, довольно неожиданный, особенно на фоне общей безнадежности, которой проникнута книга, причем такой, лениво осознаваемой, потому что «…А бати наши взяли бы, да пошли». Тут все плохо, но при этом никто не виноват, никто ни за что не отвечает и никто не пытается ничего делать. «Настоящих буйных мало».

В общем, идея была красивая: аллюзии и отсылки к библейским притчам, присутствие высших чинов Небесной канцелярии, уверенное чувство вины, и все это смешано и подчинено ритму современного города. И не то чтобы, не получилось. Но вот как-то... первый вопрос, который возник по прочтению - а зачем? И остался осадок какой-то бессмысленности, видимо упомянутая ранее безысходность сконцентрировалась :)

Пожалуй, не хватило мне в этой книге души. И, как ни странно, не хватило узнаваемости города. Потому что, это просто Город, один из многих, с очень типичными, но стертыми чертами. И понятно, почему так, и, наверное, правильно, что так. Но хотелось, чтобы иначе: «и сил не было дышать, когда солнце, раскалив Москву, в сухом тумане валилось куда-то за Садовое кольцо…».

Если книгу приходится объяснять, чтобы читатель въехал, то это плохая книга. Пока я не ознакомилась с подробными рецензиями, то ощущение от книги было только одно - недоумение. Что нахрен происходит? Кто все эти люди? Куда делись персонажи, сюжетные линии которых оборвались на самом пике? А оно оказалось вон что - три отдельные повести, связанные друг с другом только локацией и некоторыми героями.

И ведь не могу сказать, что мне не хватило знаний культурного и религиозного контекста. Хватило и на сюжеты, и на отсылки и даже на то, чтобы предсказать некоторые повороты повествования. И все равно - три невнятных куска, через которые продираешься и все ждешь, когда же финал. А финала-то толком и нет. Ни промежуточных в повестях, ни общего в конце сборника. Нет мысли, которую хотелось бы подумать после прочтения. Нет никаких выводов - ни явных, ни тайных. Остается только вопрос: а зачем я вообще это читала?

Увы, но на этот рез тандем Олдей и Валентинова разочаровал.