Закон вечности. Романы. Рассказы

Какими-то азиатскими получились мои прошедшие "книжные" дни. Так, закончив чтение Джун Хёр - Молчание костей , сразу же переключилась на грузинскую литературу, пожалуй, столь же незнакомую и экзотическую для меня, как и корейскую. Книга Нодар Думбадзе - Я, бабушка, Илико и Илларион в моих книжных хотелках была давно, уж не помню сколько лет. Радовали хорошие отзывы на произведение от друзей по сайту. Ожидания, к слову, были соответствующие, и книга, к счастью, не подвела.

Если описать одним словом, то это что-то такое похожее на уютные (хотя зачастую и горькие по своей сути) книги Наринэ Абгарян и Маши Трауб. Будни Зурико-школьника, а потом Зурико-студента автору удалось описать (не знакома, к сожалению, с биографией автора, но автобиографичность здесь явно чувствуется) тепло, по-душевному как-то, с легкой ноткой иронии и вместе с тем частичками горечи. Ведь жизнь штука такая, что редко бывает однообразно-ровной и счастливой на всем ее протяжении. Здесь встречается всякое. Забавное и не очень, есть над чем в книге посмеяться (ну, например, над тем Зурико симулирует болезнь, а бабушка ему в этом помогает:), есть над чем и погрустить (болезнь любимой бабули, Великая Отечественная война и т.п.) Но главное, автор если и смеется над персонажами, то тоже по-доброму, нет в этой книге ни капельки злого сарказма. Есть лишь бесконечное уважение к чужой культуре (стыдно, оказывается, в Грузии иметь тройку по русскому языку) и образцы поведения сильных, стойких людей, готовых пожертвовать нуждающемуся последнее.

С поступлением Зурико в университет и переездом в Тбилиси юмор и вовсе, на мой взгляд, как-то сходит постепенно на нет, но книга от этого не становится менее прекрасной: просто наш герой взрослеет. Нет уже этого желания проказничать, прогуливать уроки (хотя на переэкзаменовку по-прежнему ходит и оценки подделывает - ну не дается пареньку учеба), устраивать розыгрыши над кем-нибудь. В жизнь, помимо дружбы, приходит и любовь, и ответственность за свои поступки (особенно перед близкими - как замечательно здесь описан непростой период, когда в Тбилиси к нему приезжает Илларион, друг семьи, у него серьезое заболевание).

Трогательно, мудро. Тепло на душе от подобных книг.

Наверное, каждая отдельно взятая страна так и должна познаваться: не через обязательные осмотры столичных достопримечательностей или дорогие ужины в туристических ресторанах, а именно так, по-простому. Через тихие дворики, где развешивают бельё и сплетничают соседки; через засиженные сонными мухами прилавки местных магазинчиков. Через жизнь самых обычных людей и через их ежедневные мелкие радости и печали. Но даже желая стать неотъемлемой частью, стоит понаблюдать немного издалека, чтобы не потревожить естественность жестов, певучесть языка, плавность движений. Именно так, трогательно и с юмором, Нодар Думбадзе предлагает читателю познакомиться с чудесной Грузией, передав ему частичку своей бесконечной любви к родной стране.

Эта книга о любви в самом широком её понимании. Любви к стране, многое пережившей и много выстрадавшей; к близким людям, которые буду любить и поддерживать тебя до последнего своего вздоха, ничего не требуя взамен; любви романтической, когда первая любовь навсегда останется в сердце, трогательным отпечатком обозначив всю последующую жизнь.

Мальчик Зурикела вырос счастливым мальчиком. Его грузинское село – центр его вселенной, самое прекрасное на земле место, где, несмотря на тяготы, живётся так привольно. Где есть небольшая речушка, кишащая крабами и босоногими мальчишками; и мост, который каждую весну уносит взбушевавшаяся река, оставляя только торчащие из воды сваи. Где можно бегать босиком по пыльным дорогам до первых заморозков, совершать набеги на яблоневые сады и виноградники. Где выходишь с утра на охоту с лучшим другом, бутылкой вина, кисетом табака и верным псом – и возвращаешься затемно: без добычи, пьяный и счастливый. Где есть самая лучшая на свете бабушка Ольга, которая и оплеуху может отвесить и побранить за плохие оценки, но которая любит так беззаветно, такой единственно искренней любовью, что больше ничего и не надо в жизни. А ещё есть самые лучшие на свете друзья: носатый Илларион и кривой Илико, которым возраст – не помеха в изобретении всевозможных чудачеств, граничащих с безрассудством, и искусном подтрунивании друг над другом, порой приводящим к неожиданным и не всегда безобидным последствиям. А ещё есть Мери. Милая, красивая, робкая Мери, которая достойна и любовного письма, по ошибке вручённому не тому адресату, и слёз радости в лунный морозный вечер, когда хлопья снега забиваются за шиворот, и невыразимой печали во взгляде, когда приходится расставаться.

Всё это увезёт Зурико в своих воспоминаниях, когда поедет в шумный, многолюдный Тбилиси, чтобы учиться в Университете. Будут другие пыльные дороги, другие сады, другие люди. Но он вернётся в своё самое прекрасное место и вернётся победителем. И пусть усы станут длиннее, костюм потрёпаннее, а сердце шире – в душе он навсегда останется тем босоногим мальчишкой, искренне любимым своими бабушкой, Илико, Илларионом и Мери.

Здравствуй, Нодар Владимирович! Уверен, что у тебя там все хорошо. О каких новостях тебе поведать? В середине восьмидесятых тебя активно переиздавали. Ты этот процесс, к сожалению, уже не застал. Может оно и к лучшему, что покинул ты нас в аккурат перед началом перестройки. Тогда лавины книг хлынули на прилавки страны. Ну, и понемногу тебя печатают в новом, двадцать первом веке. Улица Нодара Думабадзе в Тбилиси теперь целая авеню и находится, если я не ошибаюсь, в другом месте. Но уверен, что это позитивный знак, ибо она теперь более крупная и более значимая. Некоторые дамочки периодически выползают, критикуют, кричат о безнравственном поведении твоих героев, но и это хорошо. Ты помнишь этих женщин - их кривляние часто никак не связано с литературой.

Новые издания твоих произведений так и не видел в живую, хотя часто и постоянно посещаю книжные магазины. Их сразу сметают вместе с прилавком, ибо никто не станет обращать внимания на такие мелочи, что в "Солнечной ночи" герои умирают от нервного потрясения, связанного со смертью Сталина. Сталин здесь особенно не при чем. Дело больше в самих героях и их способности по-настоящему и без оглядки любить.

Получил недавно в подарок твой двухтомник, грузинского издательства "Мерани" 1986 года и пока еще на русском языке. Та книга, которую когда-то, в советские годы, подсунул мальчику-первокласснику отец, совсем истрепалась. Да и немудрено, ибо ей так много досталось. Они похожи друг на друга, как близнецы, мои любимые книги детства. Их легко определить по вконец разодранным обложкам, так как читались они стопятьсот раз. "Двенадцать стульев", "Милый друг", "Незнайка на Луне", "Республика ШКИД" и твоя "Я, бабушка, Илико и Илларион".

Да, сначала это было только юмористическое произведение. Что еще мог найти в нем маленький мальчик. Такой качественный юмор встречается редко, им пронизано все произведение, каждая фраза и некоторые из них навсегда вошли в мою жизнь. "Мертвый, но не признается", "Ну, вскрыли бы твой паршивый череп и тут же бы и захлопнули. Чего копаться-то в пустоте?", (— Марш вперед! — приказал я собаке.)"Мурада послушно сел", "(- Что будешь пить?) За твой счет — хоть керосин!"

Гениальность твоя в том, что, сквозь смех часто проступают слезы, а за кажущимся юмором скрывается что-то другое - что-то более ценное. Не берусь судить - каким образом подобные произведения могли продираться через цензурные заросли, но уже в те годы "несерьезное" произведение "Я, бабушка, Илико и Илларион" пестрит злым юмором по поводу государственного строя - достаточно вспомнить главу о колхозном собрании, где в диалогах всплывают все социальные язвы - будь то ворованное вино, съеденное мясо колхозной телки или материалы, что пошли на строительство не новой конторы, а председательского дома. Вспоминается учительница, использующая учеников на домашних работах вместо переэкзаменовок и берущая с них дань кукурузой, сыром и вином.

Сельские похождения молодого человека и двух стариков-соседей, студенческий юмор Тбилиси, что такое советский поезд, настоящая любовь, дружба и истинный патриотизм, который не в словосочетаниях, напечатанных в Интернете, а в теплых носках, что твоя бабушка, дрожащими от холода пальцами, вяжет темной зимней ночью незнакомому солдату.

Да, к чему я тебе все это пересказываю, ты сам все знаешь. Я слышу чье-то дыхание и знаю, что дыхание это твоих произведений. Оно всегда будет со мною и в лучах его я всегда увижу, оглянувшись, Илико, Иллариона и Нодара Владимировича Думбадзе.

Главный герой Бачан Рамишвили, писатель и известный редактор газеты, попадает с тяжелым инфарктом в больницу, где его соседями по палате и друзьями по несчастью становятся двое людей, один из которых священник Иорам.

Когда минует телесный кризис, герои вольно или невольно затрагивают тему религии и каждый из них, конечно, высказывает свое мнение, в ходе которого сталкиваются материализм и духовность, коммунизм и христианство. Интеллигентные воспитанные люди, они не опускаются до оскорблений, пытаясь в споре установить истину.
Все происходящее в дальнейшем становится переосмыслением жизненного пути, к которому подталкивает как тяжелая болезнь, так и общение с новым для себя человеком и столкновение со взглядами на жизнь и случившееся, отличные от твоих, могущие поспособствовать и тебе увидеть все с новой стороны.

У книги отличное и притягательное название, сразу же подталкивающее к прочтению в попытке и самому влиться в ряды посвященных, знакомых с Законом вечности. По ходу повествования тут и там встречаются потрясающие описания мест Тбилиси и людей Грузии, которые помогают лучше прочувствовать атмосферу произведения, мысленно прикоснуться к чужой культуре.

Замечательный внутренний посыл романа, сводящийся к заключительным строчкам о том, что

прекрасен и во многом созвучен с десятью, всеми известными заповедями.
Но сам роман читается тяжело и выглядит несколько нарочитым, уж слишком явно автор ведет героя, который местами чрезмерно положительный, чуть ли не идеальный, по пути выведения закона.

P.S. Книгу слушала в аудио исполнении Игоря Мурашко. Не понравилось абсолютно и желающим рекомендую лучше прочесть традиционно глазами. Во-первых, отвратительное качество записи,глухое и не четкое, как из подземелья, а во-вторых, и чтец оставляет желать лучшего. Читает ровно, но в книге есть переходы от прошлого к настоящему и при прослушивании они совершенно не улавливаются. Чтец не стремится голосом выделить разнообразие эмоций и чувств.

Я никогда не бывала в Грузии.
Не случилось. К сожалению, не случилось.
Что для меня Грузия?
Это пушкинское «На холмах Грузии лежит ночная мгла…» и отчаянные слова грузинской девочки-вдовы, обращенные к другому Александру Сергеевичу: «... но для чего пережила тебя любовь моя!».
Это подобранная одним пальцем на фортепиано «Сулико» и «Виноградная косточка» Окуджавы под гитару.
Это мощное многоголосие «Орэры» и бархатные романсы Нани Брегвадзе.
Это бездонные глаза Софико Чиаурели и неотделимый от футбола голос Котэ Махарадзе.
Это солнечная Ия Нинидзе в «Мелодиях Верийского квартала» и неунывающий Бенжамен – Кикабидзе из «Не горюй».
Это печальные комедии Данелии и до коликов смешные корометражки: «Бабочка», «Кувшин», «Пари».
Это… Теперь и навсегда это будут бабушка Ольга, Илико, Илларион и негодник Зурикелла.

О детстве и юности часто и многим удаётся написать хорошо. Видимо то, что действительно свято для человека – память о родном доме, о близких и родных людях, о первой любви - подсказывает нужные и лучшие слова.

Вот и в этой книге слова подсказаны, продиктованы той любвью, которая когда-то давно согревала мальчика – сироту в маленькой грузинской деревне.
Три старых человека – бабушка Ольга и соседи Илико и Илларион – были его средоточием его жизни, его маленьким тёплым миром.
Да, с этого мальчишки не сдували пылинки, до первых морозов он ходил в школу босиком, не всегда ел досыта и вполне мог схлопотать от бабушки полотенцем поперёк спины за огрехи.
А проделки старых балагуров Илико и Иллариона, в которых Зурикелла принимал участие на равных?
А выпиваемые с ними же вино и чача? А выкуренный в компании табак?
Похоже, другие это были времена, когда подросток на равных сидел за столом со старшими. Впрочем, он и на колхозные собрания ходил на равных, и пас скот, и мотыжил кукурузу, единственный мужчина в семье.
Другие времена были, более жесткие, но и более добрые.

А впрочем, времена всегда одинаковые.
Что времена! Были бы люди, такие как бабушка Ольга, как Илико и Илларион, как попутчики в набитом поезде, который привёз Зурико в Тбилиси, как тетя Марта, как милиционер в участке и даже как хитрый домоуправ.
Будут они – и всё получится, будет жизнь впереди, будет свет любви лучшей из женщин, будут дети и внуки, будет дом, вино и хлеб на столе.
Будет Грузия, которую нельзя не любить.

Читал несколько лет назад самую известную повесть этого автора Я вижу солнце, даже рецензию написал, но она получилась очень постмодернистская, в угоду книгоигры "Долгая прогулка", а теперь наткнулся на рассказ, в названии которого также присутствует Солнце. Видимо, автор почитал это Светило или ему нравился его символизм.
Произведение философское, можно назвать его притчей.
Нам предлагают понаблюдать за диалогом Солнца и Моря, в котором они обсуждают людей.
Писатель называет Солнце творцом всего, отождествляет его с Богом, но в итоге показывает, что Человек - вершина эволюции и Вселенная в одном лице.

Я бы не был столь категоричен, ставя человека выше Природы и Бога, которым ничего не стоит освободить Землю от людей и начать с чистого листа.
Но в эпоху атеизма такой рассказ был актуален.
Среди героев есть молодой священник по имени Нодар, который заглядывается на загорающих девушек и не брезгует крепким словцом.
Камео ли это или просто показано, что даже служитель Бога, просто человек, которому не чужды слабости, одному Богу ведомо.
Автор показывает, что таким мастодонтам, как Солнце и Море, нет дела до копошащихся внизу людей, которые уничтожают свою планету.

Спорный рассказ. На любителя, даже не знаю, понравился он мне или нет. Надо обдумать его, где-нибудь на пляже, наблюдая за Морем и Солнцем

Чем больше я знакомлюсь с творчеством автора, тем больше мне нравится.
Сюжет повествует нам о молодом участковом (22 года всего), которого все называли просто "Кукарача". Время, описанное в произведении, как раз перед началом Второй Отечественной Войны, это надо учитывать, ибо многие поступки и мотивация поведения некоторых героев становится не очень понятной, если Вы не знаете этих тонкостей, "флёра и романтики" жизни и работы советской милиции, всей той огромной ответственности и риска, которому они подвергались...
Кукарача молодой, амбициозный, справедливый и ответственный человек, верный своей стране и Отечеству. У него хорошее чувство юмора и гипертрофированное чувство справедливости/ответственности (нужное подчеркнуть). Он не бросит в беде одинокую мать (даже если дело касается простого совета), или же девушку, которая "попала под влияние" вора-наркомана-рецидивиста, протянет руку помощи бедной и несчастной (ревнивой) женщине с ребёнком, которая подозревает своего благоверного в измене, даже если "поплатится" за это своей головой... Книга просто потрясающая, во всех пониманиях, главный герой - настоящий герой, безоговорочно и неоспоримо. Я в восторге от книги и советую к прочтению всем, кто так же как и я любит подобные произведения и является истинным ценителем творчества автора.
Всем спасибо за внимание.
Ярких впечатлений.)

...Я хотел бы произнести тост.

Однажды высоко-высоко в горах, в одном маленьком селе жили два прекрасных человека. Одного звали носатый Илларион , а другого - кривой Илико. Они строили друг против друга хитроумные козни, а их шутки могли доходить до членовредительства, воровства, порчи имущества или всенародного осмеяния. Но при этом, они искренне любили и уважали друг друга, делились последним и всегда приходили на помощь в трудную минуту.
Давайте же поднимем наши бокалы за настоящую дружбу! Чтобы наши носатые друзья всегда чуяли, когда они нужны, но никогда не задирали носа и чтобы кривые друзья никогда не кривили душой. Пусть одноглазым будет друг, но не будет кривой дружба!

Закусывайте, друзья!
А теперь, внимание! У меня есть ещё один тост.
.
Давным-давно (лет двадцать-тридцать назад), когда люди уже написали и прочитали множество умных книг, они решили, что приблизились в своём Знании к самому Богу. Человечество возгордилось своим умом. И тогда Бог наказал людей за гордыню и устроил Всемирный Потоп. Тоннами книг затопило Землю. Воды вокруг становилось всё больше и люди начали тонуть. Но те из них, кто выбирал книги, трогающие сердце, смогли спастись. Ведь приблизиться к Богу можно только развивая своё сердце, а не тренируя и развлекая свой ум.
Так выпьем же за хорошие книги!
И если в книгах есть магия, то пусть это будет волшебство любви. Если есть академия, то пусть она выпускает профессоров юмора. Если есть попаданцы, то пускай они перенесутся в одно горное грузинское село, где и радость и печаль всегда так магически светлы.
Выпьем же за книги, читая которые можно плакать и не стесняться этого. Ведь в жизни много горя и грусти, но самое страшное для человека - это быть бесчувственным к чужим несчастьям.
Выпьем за книги, читая которые можно от души смеяться. Ведь если не уметь смеяться от всего сердца - то как сохранить его от очерствения из-за горя и грусти?
Выпьем же за книги, читая которые можно плакать и смеяться одновременно.

Суть этого закона заключается в том, что... душа человека во сто крат тяжелее его тела... Она настолько тяжела, что один человек не в силах нести ее... И потому мы, люди, пока живы, должны стараться помочь друг другу, стараться обессмертить души друг друга: вы мою, я - другого, другой - третьего, и так далее до бесконечности... Дабы смерть человека не обрекала нас на одиночество в жизни...

Знакомство с главным героем романа Бачаной Рамишвили - писателем, редактором, членом ЦК - начинается с боли. Как будто сердце выжимают и выбрасывают, оно останавливается. Инфаркт.
Основные декорации - палата кардиологии, а сюжет - жизнь больного, прикованного к постели в четырёх стенах: лечение, разговоры, воспоминания, посетители... Соседями по палате, а также друзьями по несчастью в виде инфаркта, стали настоятель Ортачальской церкви Святой Троицы Иорам Канделаки и сапожник Автандил, он же Булика... Время от времени автор возвращает читателя на основное место действия и мы постепенно знакомимся с каждым пациентом, слушаем их споры и рассказы.
Но чаще приходится вместе с Бачаной возвращаться в прошлое: в суровые 30-ые, когда мальчик остался без родителей (репрессировали), в голодные чахоточные 40-ые, заставившие быстро повзрослеть, в 50-ые...
Часть глав занимают видения под действием обезболивающих препаратов.
Вот такая смесь пластов из прошлого, настоящего и сновидений-галлюцинаций.
Основная тема романа - испытания, которые нужно перенести честному человеку: не предать, не обмануть, помочь ближнему, взять на себя ответственность, суметь устоять от искушений, поверить и принять... Часто этот груз давит непосильной тяжестью и сердце не выдерживает. Но по закону вечности найдётся тот, кто поддержит и поможет.

книга во многом оказалась созвучной Тинатин Мжаванадзе - Лето, бабушка и я . Понятно, что свою Думбадзе написал раньше, но читала в таком порядке.
До начала чтения думала, что герой - тоже маленький мальчик, но когда чуть ли не в начале книги ему и вино наливают, и закурить дают, то поняла, что герой - не малыш, а уже юноша. Однако яркого колорита книги не отменяет!
Зураб (именно так зовут мальчика) живет с бабушкой в далеком грузинском селе во времена Великой Отечественной войны. Примерно до половины книги я была уверена, что родители находятся на Войне, пока бегло не ознакомилась с биографией писателя. Несмотря на отсутствие родителей мальчику хватает и других "родственников". Это и родная бабушка Ольга, и такие же родные соседи Илико и Илларион. Именно на постоянном столкновении между двумя последними и создается комический эффект в произведении. Конечно, в глубине души они любят друг друга, но постоянно стремятся подколоть один другого.
Что удивительно, время действия в книге очень суровое, но ни единым словом оно не просачивается ни к читателю, ни к Зурабу. Словно невидимая стена ограждает горное село от всего другого мира.