Повести о войне

Она вообще никогда не расстраивалась. Она верила в себя, и сейчас, уводя немцев от Осяниной, ни на мгновение не сомневалась, что все окончится благополучно.

Непростое дело человека убить... да безоружного. И ты бы не стал... Люди же мы, не фашисты, - досказал Сашка просто, а лейтенант еще долго глядел ему в глаза с интересом, словно впервые видел, словно старался отыскать в них что-то особенное, пока Сашка не сказал: - Ну, чего на меня глаза пялишь, как на девку. Ничего во
мне нету.

Одно знал Васков в этом бою - не отступать. Не отдавать немцу ни клочка на этом берегу. Как ни тяжело , как ни безнадежно - держать. Держать эту позицию ,а то сомнут - и все тогда. И такое чувство у него было, словно именно за его спиной вся Россия сошлась, словно именно он, Фетод Ефграфыч Васков был ее последним защитником и сынком. И не было в этом мире больше никого - лишь он, враг да Россия

Разве горлом сознательности добьешься? До кондрашки доораться можно, а дела от этого не прибудет.

...все девятнадцать лет прожила в ощущении завтрашнего дня.

А старшина весь заостренным был, на тот крик заостренным. Единственный, почти беззвучный крик, который уловил он вдруг, узнал и понял. Слыхал он такие крики, с которыми все отлетает, все растворяется и потому звенит. Внутри звенит, в тебе самом, и звона этого последнего ты уж никогда не забудешь. Словно замораживается он и холодит, сосет, тянет за сердце, и потому так опешил сейчас комендант.

"Ночь пришла, и тьма границу скрыла,
но ее никто не перейдет,
и врагу мы не позволим рыло
сунуть в наш советский огород…"

Много, очень много видал Сашка смертей за это время — проживи до ста лет, столько не увидишь, — но цена человеческой жизни не умалилась от этого в его сознании…

Эх, бабы, бабы, несчастный вы народ! Мужикам война это - как зайцу курево, а уж вам то"

Ну, какой с меня, рядового ваньки, спрос? На меня и время тратить жаль, когда все равно через месяц маршевая и передок.