Ледовые брызги

Никто пути пройдённого у нас не отберёт На этот раз пришлось сбиться с конецкой авторской хронологии и взять в руки книгу седьмую из 8-томной эпопеи «За Доброй Надеждой» — что поделать, что в библиотеке в этот момент было, то и взял. Впрочем, для меня это вовсе не беда, ибо все книги ВикВика уже читаны ранее и потому при перечитывании хронология не суть важна — цепкая влюбчивая память прочно держит в себе основные события предыдущих морских и литературных путешествий автора и его встреч с разными людьми. Но прежде всего вновь мы имеем дело не только и не столько с путевым дневником (хотя и с ним конечно же тоже), сколько с воспоминаниями Виктора Конецкого о былом и его размышлениями и рассуждениями по самым разным поводам. При этом сочность и точность как воспоминаний, так и мыслей невероятно образна, хотя при всём при этом автор редко позволяет себе словесное изобилие. Ну, разве что в коротких картинах путевых пейзажей мы встретим красочные и опять таки филигранно выверенные прилагательные, эпитеты, метафоры и прочие красивости, в данном случае уместные и необходимые как нельзя более.

Дальше...

На этот раз мы путешествуем с Виктором Конецким по СМП на т/х «Колымалес», и вся путешественная часть как и состоит из эпизодов и деталей проводки кораблей каравана сначала «туда», а потом… чуть не написал «обратно», но ведь «обратно» в силу тяжёлой ледовой обстановки того года не получилось, и пришлось корабликам топать в «закрытый порт Владивосток» — во Владик. А оттуда Конецкий отправился домой в Ленинград уже самолётом.

Опять название не придумывается А тут перед читателем четыре очерка, четыре встречи с разными и порой странными для мариниста людьми. Героями очерков стали:

Сергей Колбасьев — ну вот до Конецкого вообще никогда и нигде не встречал имени этого ныне забытого (?) писателя. И к своему стыду я после первого прочтения этого имени так ни разу и не поинтересовался этим человеком — немедленно лезу во всякие интернетовские всезнающие источники... Ага, статья в Вики имеется, и даже кое-где есть три его книги — что ж, будем считать Конецкого рекомендателем и книги поставим в очередь на прочтение.

Виктор Шкловский — с этим автором ровно такая же история: не читал и не интересовался. Возможна из-за моего интереса к книгам однофамильца, астрофизика Иосифа Шкловского, книги которого не только прочитаны, но и приобретены в личную библиотеку, да ещё и не в одном издании.

Блокадная книга Адамовича и Гранина. Виктор Конецкий пережил блокаду и потому знает содержание воспоминаний людей, очевидцев драмы и трагедии Ленинграда и ленинградцев не по чьим-то рассказам, а попросту из своих собственных глаз и ушей. И совершенно определённым образом относится к этой теме. О чём и пишет в этом очерке.

Юрий Казаков. Вот тут с моими реакциями всё было в порядке, книги Юрия Павловича были взяты в библиотеке и прочитаны в разных вариантах и в разное время. И отдана дань любви и уважения авторскому казаковскому творчеству — сильная эмоциональная реакция на его рассказы обеспечена.

Чтение очерков Конецкого привлекает не только специфическим конецким взглядом на героев этих записок, но ещё и тем, что Конецкий щедро помещает в эти тексты переписку с их героями. А ведь частные не отредактированные письма зачастую способны дать больше, нежели чтение тщательно выверенных биографий и автобиографий, ибо характеры проявляются резче и отчётливей.

Перечитывая и читая заново книги Виктора Конецкого я не устаю удивляться – каким же разным мог быть этот человек , как в одном человеке сочетались и мудрость, и мужская зрелость, и философский взгляд на жизнь, и широта познаний, и врожденная интеллигентность.. И чувство юмора. Удивительные фантастически смешные рассказы Конецкого – это вам не пошлые хихиканьки записных юмористов. Вот это – один из таких рассказов, с самого начала – от «Акта обследования пожарной лопаты № 5»

…В процессе эксплуатации лопата неоднократно использовалась не по прямому (пожарному) назначению. Дознанием установлено: в зимних условиях ею чистил снег на палубе , боцман, старшина I статьи Чувилин В. Д. Тогда же ею были нанесены побои боцману, старшине I статьи Чувилину В. Д. А 08 марта пожарная лопата использовалась на демонстрации для несения на ее лотке портрета женского исторического лица...

- на лице появляется улыбка и не исчезает до последних строк – до «Административного расследования об утрате секундомера 1931 года выпуска No 11 522 475 бис 4»

...Для спасения матроса Курвы Ф. Ф. за борт было выброшено несколько брезентовых рубах. Плавая на этом номенклатурном гидрографическом имуществе, ввиду отсутствия спасательного круга, матрос Курва Ф. Ф. свою фамилию полностью оправдал и все вещи утопил...

Все гармонично в рассказе, включая эпиграфы из «Винни-Пуха»(!) История о фантастической карьере молодого моряка – за два дня проделал путь от лейтенанта до командующего кораблем, и командовал им целых четыре недели, а почему – а потому что… впрочем, я не буду рассказывать, потому что любой пересказ хуже оригинала