Большая барахолка

“Большая барахолка” — один из первых зрелых романов самого читаемого французского классика ХХ столетия. Ромен Гари (настоящая фамилия — Кацев) всю жизнь печатался под псевдонимами и даже знаменитую Гонкуровскую премию получил дважды под разными именами: в 1956 году как Гари, а в 1975-м — как начинающий литератор Эмиль Ажар. Награду, присужденную Ажару, он, однако, принять отказался. Военный летчик, герой Второй мировой, Гари написал “Большую барахолку” вскоре после освобождения Франции от оккупа...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,0

320 оценок

5
34%
4
46%
3
18%
2
3%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 349Хотят прочитать 744

Рецензии

Tarakosha
10 октября 2017
В мире Взрослюг
Читая вторую книгу известного француза русского происхождения Ромена Гари меня преследует четкое ощущение надежды и света в его книгах, несмотря ни на что. Пусть постоянные трудности, выживание, моральный выбор, преодоление себя и жизненных обстоятельств, но после прочтения ты не погружаешься во мрак и беспросветность, а наоборот, испытываешь, если и грусть, то тихую и светлую, но обязательно с надеждой, что в конце все будет хорошо.
Послевоенный Париж, где все покупается и все продается. Весь мир как Большая барахолка, где все имеет свою цену. Будь-то американские презервативы или пенициллин, жизнь или кошелек. И если ты знаешь одновременно что где плохо лежит и кому ты это можешь предложить, да повыгоднее, чтобы и самому не остаться "с носом", то жизнь продолжается. Сегодня, завтра, а там посмотрим.
Хотя все аферы эти незаконные и постоянно сопряжены с риском. Но если есть мечта, например, поехать на Килиманджаро или рвануть из разрушенной Европы в нетронутую Америку, кажущуюся издалека чуть ли не Раем обетованным, да и просто хотелось пожить, то опасности представляются необходимыми издержками. Пока.
Пока не случаются первые утраты. Горькие и невосполнимые.
Вот так и приходится взрослеть оставшемуся сиротой Люку Мартену или просто Лаки, как зовут его друзья, чей отец погиб, сражаясь во Французском Сопротивлении, оставив сыну на долгую память свою записную книжку. Взрослеть среди различного народца. Даже не обошлось без русского стареющего актера, ставшего наркоманом, но настолько этот персонаж ярок и отлично вписывается и в сюжет, и имеет национальные черты, что совершенно не вызывает отторжение, а только смех сквозь слезы. Хотя и ведет себя порой как скотина.
Вообще, это видимо, особенность авторского стиля, иначе я не могу объяснить себе то обстоятельство , что к каждому из героев в какой-то момент испытываешь сочувствие и пытаешься понять.
Здесь будут преступления и предательство, погони и риск, деньги чемоданами и американское кино, первая любовь и настоящая дружба, потери и обретения, понимание себя и попытка до конца оставаться человеком, не предавая тех, кто взял тебя под свое крыло. Послевоенный Париж и самые разнообразные персонажи.
Но не секунду не будет скуки. Ведь история подростка в мире Взрослюг, пока сам он не стал одним из них, предполагает динамику, интересный сюжет и жизнь во всем ее многообразии.
Читать далее
76 понравилось
89
994
augustin_blade
5 декабря 2014
Напрасно я прижимал пылающий лоб к стеклу и искал тех, ради кого умер мой отец, — я видел только жалкую барахолку и тысячи личин, злых пародий на человеческие лица. Кровь отца пробуждалась во мне, стучала в висках, заставляла искать смысл того, что со мной происходит, и некому было сказать мне, что от жизни не требуют смысла, что его в нее вкладывают, что пустота вокруг возникает тогда, когда мы ее не заполняем, что жизнь встречает нас с пустыми руками и нужно приложить все силы, чтобы от этой встречи она обогатилась и изменилась.
От и до по настроению утягивающий в тиски роман, который начнется историей в стиле Оливера Твиста, продолжится похождениями в настроении юных из "Однажды в Америке", а закончится на ноте рассуждений о вине и прошлом формата case-study в полевых условиях в духе Бернхарда Шлинка.
Ромен Гари мастер лепить клубки из эмоций и событий. Причем это не какая-то суровая интрига или совершенно неожиданные ходы конем - это единая панорама атмосферы и действия, где очень четко переданы все краски настроений. В случае "Большой барахолки" это послевоенная Франция, раздел не про лакшари, в дополнение отбросив контекст славы, ярких знамен победы и блестящих орденов. Это мир, который должен выживать, смириться с потерями, восставать из пепла разрушений, где-то там все еще пытаясь сорванным голосом напевать Марсельезу. Эдакие "Отверженные" Гюго + Диккенса с удалью нового времени. Ромен Гари выстраивает по кромке своей панорамы самых разных персонажей, все они далеко не герои, не святые и наставники из них тоже хоть куда. Зато в каждом есть искорка, пусть секундного, но света, лишь бы успеть помешать ей погаснуть. У каждого из них свои страхи, свое прошлое, свои зароки и своя - в чем-то до безумия наивная - надежда на то, что еще чуть-чуть, и они найдут свой новый дивный мир. Кто-то идет за идеалами в кино, кто-то - собирает хлам и строить свою маленькую нору, кто-то грабит икассаторов и верит, что сможет перебороть свою судьбу, а кто-то "крышует" и наводит порядки. Идеален в плане надежд, морали и противоречия между "надо бы" и "лучше бы" главный герой сего романа, получивший наставления от погибшего на войне отца (да и сама смерть отца почти у самого финала войны уже своего рода наставление), но не умеющий претворить их в жизнь каждым свои днем. Да и как суметь быть святым и правильным на земле, где святого не видели уже давно...
Компактная панорама авторства Ромена Гари, по кромке которой люди. Люди, во имя будущего которых проливалась кровь, бойцы бросались на противника, а Костлявая собирала урожай из добровольцев. Погибшие своим заветом словно говорят, что мир надо менять в лучшую сторону, чтобы их жертва была не напрасна, чтобы света стало больше, а тьмы и серости меньше. Но послевоенный мир сложно изменить, если не начинать с его фундамента и простого народа. Он ничем не отличается от мира довоенного, в котором тоже были свои эмигранты с великим прошлым, разорившиеся бароны, свои потерянные гении и беженцы, просто война и политика данного периода в очередной раз прошлись граблями по тем или иным слоям населения и типам личностей, разделив бедных и богатых, бедных и очень бедных, честных и воров, проституток и так далее на две половинки.
Панорама. Люди. Мечты. Заветы и мечты, которые бережно лелеешь внутри себя, даже если этого сам не замечаешь. Но мир вокруг тебя словно клетка с погнутыми решетками стен, вроде можешь выбраться, а никак. Главный герой заперт именно в такой клетке без какой бы то ни было возможности найти ключ (хотя кто знает, финал романа открыт и дает волю придумать судьбу куда дальше, еще дальше). Его глазами мы видим самых разнообразных персонажей, с которыми нас хочет познакомить автор, у каждого из них тоже есть та самая клетка (из страхов, грехов или сентиментальной мечты), которая только режет по рукам, но не пускает наружу. С главным героем Люком Мартином читатель будет лихачить, терять и оплакивать, убегать и находить, но клетки с изогнутыми прутьями призраками будут повсюду.
Самой сильной в плане эмоций составляющей этого романа, уверенно наложенной на весь его трагизм и оттенки мрачности судеб, как ни странно, является, с моей точки зрения, надежда. Она появляется эпизодически, но настолько сильно и мощно прописана в словах и мыслях, настолько отчаянно, что сшибает с ног и намертво привинчивается к грудной клетке словно сейф к полу, чтобы не утащили и чтобы было всегда. Она пропитана слезами, потерями и потерянностью, когда сбиваешься с пути и не понимаешь, что делать, когда тебе говорили одно, а видишь ты совсем другое. Не оставил без внимания Ромен Гари, конечно же, и тему семьи и семейных уз, показывая, что кровь и кровное родство подчас не играют роли. Твоей настоящей семьей могут стать далеко не ангелы и не родные, казалось бы, тебе люди, но они будут опорой, а каморка или старая квартира - местом, куда ты всегда будешь возвращаться.
Финальная часть "Большой барахолки" оказалась для меня внезапной в плане начинки, но и в ней нашлось о чем задуматься и поразмыслить. В большинстве своем она о теме прошлого и прощении, о человечности и умении оставаться человеком. Есть ли у греха и преступления исковая давность? Где порог проступка, который можно обосновать роковыми обстоятельствами? Можно ли простить человека за его проступок, потому что он слаб и беспомощен? Какую роль сыграют именно твои убеждения? Целый рой вопросов, на который тенью за Люком Мартином будет искать ответ и читатель.
Как итог - отличная сильная книга, настолько плотно населенная темами на подумать в, казалось бы, довольно простом формате повествования в плане сюжетных линий. Но въелась, заставила задуматься. И крутить в голове снова и снова: пустота вокруг возникает тогда, когда мы ее не заполняем.
Читать далее
61 понравилось
0
475
SantelliBungeys
8 января 2019
Детство, детство...было ли оно
И как всегда после прочтения романов Гари у меня какая-то эмоциональная муть поднимается в душе.
Какие удивительные образы он создаёт для своих книг - живучие, крепкие, кровь с молоком , ну или виски с табаком) Нет сомнения, что типы эти не раз и не два вели с ним беседу, возможно имея физическое воплощения, трепали языком о всяком, травили байки или пускали пьяную слезу. Вспоминали былое, поминали друзей, кривили в усмешке рот и слегка стыдились первой влюбленности.
А время , то самое послевоенное, стоило того...
Смутное, непонятное - как жить, как налаживать безнадёжно утраченное, выстраивать заново, какие ориентиры выбирать. Вопросы и для взрослых неподъёмные своей безответностью, а как подросткам пристроить себя к новому пути?
Слишком много уже пережито Люком (Лаки) Мартеном за годы войны.
Ему бы понять о чем говорил с ним отец, за что погиб он... За людей? Слишком расплывчато это слово для него. Конкретно для него эти люди особой цены как раз и не имеют.
Или, возможно, не те люди окружают его? Никчемные, жалкие, смешные...отбросы, наркоманы, воришки разного разряда.
Стоит ли удивляться тому, что и свою жизнь он строит по образу из американских гангстерских фильмов. Доступное оружие, выпивка, полная свобода. Смешно и жалко наблюдать за этим парнишкой, закутанным в ярко-желтый шарф, широкое, не по размеру, пальто, который днюет и ночует в коридоре больницы, ожидая хоть какой-то вести о Жозетт. О своей первой, нежной, юношеской любви, умирающей от чахотки...
Я этого Лаки натурально вижу - и как трусится он от отчаяния, и как пустота в груди у него все больше разрастается, и глупый он, и смешной, и трогательный - мальчишка, у которого никого нет, просто остался один Леонс и Вандерпут, практически спятивший уже старик. И маленький томик Паскаля, с заметками на полях, оставленными отцом.
Сколько их таких было разбросано по городам Европы? Как много из них смогло выжить? Кто из них потом смог бы оценить все это время, всех этих людей, ведущих полулегальный образ жизни?
Меня убеждать нет нужды - Гари великий талант!
Каждый раз он меня выворачивает наизнанку, даёт урок понимания "не осуди", бьёт меня наотмашь этими судьбами...
Чего уж там - молчи и ничего не говори! Уж лучше почитай Ромен Гари...
Читать далее
55 понравилось
92
1,6K