Год, прожитый по-библейски

На этот раз я тебя прощаю. Но если ты сделаешь это ещё четыреста восемьдесят раз, уже не прощу

Наконец в десять тридцать – через три часа после прихода – Майкл вежливо говорит, что ему надо идти, потому что уже поздно и он не дает мне лечь спать. Я собираюсь сказать, что готов продолжать, но звонит его телефон. На проводе жена Майкла

• Да, мы как раз здесь заканчиваем.

The abortion and stem cell debates always remind me of a William Blake quote. I wish I could say I read the quote while perusing Blake. Heck, I wish I could say I read the quote while reading a book by a Yale Divinity School professor. The sad truth is, I read it in a book called Don't Know Much about the Bible. But it's still a great quote:

Both read the Bible day and night,
But thou read'st black where I read white.

Зачем эти ограничения? Сама Библия не дает ответа. Я всегда думал, что это был примитивный способ избежать трихинеллеза и других противных болезней. Но, похоже, был не прав. Сегодня большинство антропологов отказались от этой идеи. Более популярная теория утверждает, что запреты на еду связаны с утверждением святости и отделением от других. Древние евреи хотели отличаться от прочих племен, например любивших свинину филистимлян. Они «метили территорию» с помощью меню.

Размышляю о том, что каждое слово, которое я пишу, вызывало тысячи споров. Даже абсолютно понятные требования вроде «Не убивай».
Очень часто это считают неправильным переводом. В Ветхом Завете предостаточно разрешенных Богом убийств: от смертной казни богохульников до истребления врагов. Якобы на самом деле заповедь звучит так: «Не убивай со злым умыслом».

Но в самой суровой интерпретации, которая до сих пор отражается в иудео-христианской традиции наших дней, мы не должны допускать никаких изображений. Ни рисунков, ни скульптур, ни фотографий. Никакой живописи, если вы не Ротко и не Мондриан. Все потому, что вторая часть заповеди не разрешает нам делать изображения «того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли». В общем, не забыто ничего.

И там, где нет людей, оставайся человеком.

Вот неизбежно побочный эффект библейской жизни: много думаешь о праотцах. Лично я зачарован отцом моего отца.

...религия делает «странное обычным, а обычное странным».