The Cuckoo's Calling

«Ты заметил, что богатые держат нормальных людей за халявщиков?»

«При расследовании внезапной смерти любая необычная подробность может оказаться важной».

У людей из окружения самоубийц высоки шансы рано или поздно покончить с собой

В противоположность обычному порядку вещей, в джунглях славы мелкие твари загоняют и пожирают самого крупного зверя, тем самым воздавая ему должное.

"Я всю жизнь зависела от доброты первого встречного".

- Зачем тащить подругу с собой в примерочную?

- Бабы, - сказал Карвер. - Они и в сортир строем ходят.

«В этой стране пресса — подонок на подонке. Обо всех судят по себе, сволочи.»

«Подруги встречали новость о ее помолвке либо восторженным визгом, либо завистливыми репликами — и то и другое одинаково грело ей душу.»

Кто на кокаине сидит, у того мозги из ноздрей вытекают.

Камеры требуют обслуживания, настройки, а иначе толку от них — ровно ноль. Та, что установлена на Гарримен-стрит, была неисправна, на Медоуфилд-роуд и на Хартли-стрит вообще ни одной нет. Ты как все, Страйк: хочешь гражданских свобод, чтоб от жены в ночной клуб бегать, но при этом чтоб за твоим домом было круглосуточное наблюдение, а то, не ровен час, кто-нибудь через окно сортира заберется. Так не бывает, чтобы и капитал приобрести, и невинность соблюсти.

Газетчикам в этой стране закон не писан.

«А вообще-то, человеку свойственно усматривать симметрию и равенство там, где их нет. Вроде как одно и то же, а на поверку — совершенно разное…»

«Это был единственный фрагмент ее рассказа, в котором сквозила безыскусность истины, так непохожая на липкое притворство»

«Люси, судя по всему, жаждала дополнительных забот, как будто ей не хватало точек приложения сил.»

Ложь связана с отсутствием смелости сказать правду.

«Можно ли придумать более действенную рекламу, чем сообщение о том, что Лула Лэндри отправилась к Всевышнему в платье от Сомэ?»

Страйку выставленная в вит­ринах пестрятина казалась чистой воды мещанским хламом. Вышитые бисером подушки; ароматические свечи в серебряных горшках; отрезы прихотливо драпированного шифона; аля­поватые балахоны на манекенах без лиц; пухлые, вызывающе уродливые сумки — все это громоздилось на фоне задника в стиле поп-арта как памятник потреблядству, отравляющему и глаз, и душу.

<...> когда Страйку было пять лет, он представлял себе такую картину: благородный и бескорыстный гражданин вызывается отдать свои силы и время раскрытию преступления и получает от полиции лупу, дубинку и захватывающую возможность тайных действий.

Я и не знала, что чернокожие умеют плавать.

— Когда мы молоды и красивы, мы бываем очень жестокими.