Письма римскому другу

Как можно написать рецензию на облака? На иней? На лёд? На воздух? На ястреба в поднебесье? Ученые, возможно, смогут, они поймают лед, или ястреба, или пламя в тиски, и опишут его, и препарируют, и выяснят его свойства, и докажут полезность, и классифицируют, и займутся анализом.
Поэт - напишет божественную литургию, безупречную литию: "Осенний крик ястреба в небе". И мы взлетим, мы будем пернаты, мы разобьемся о небесную твердь, а октябрь будет царить - пурпурный, пунцовый, и снег пойдет, снег, как перья, и крики детей далеко разнесутся в холодном воздухе.

Что большая наглость в отношении Бродского? Анализ? Или наитие? Прости, прости меня, Иосиф, я далека и от одного, и от другого. Но я должна сказать.

Но я хочу сказать. Во-первых, главное: дети, юнцы и юницы! Читайте стихи, читайте, и учите их наизусть. Это - питательный бульон для вашей души, запас воды в пустыне, хлеб в голод, поцелуй в тоске одиночества.

А во-вторых, мысли о том, что такое поэт.
Поэт - математик. Его безукоризненная точность создают чеканную, отточенную формулу.
Поэт - маг. Он создает пространства, где параллельные прямые пересекаются, а математические формулы поют.
Моим первым магом была Марина. Она вскрыла жилы и наполнила меня стихами - до краев.

Отношения читателя и поэта - это отношения стрелка и мишени. Иногда, часто, время от времени - на мимо, но когда попал - то точно в цель, прямо в яблочко, навылет. Я ранен в сердце, чего мне желать ещё?

Бродский для меня сложен, темен, непонятен - и великолепен. Безусловно гений. Но мой ли поэт? Я бы очень бы хотела почитать эти стихи с комментариями - мне остро не хватало контекста. Но те его стихи, что мои - мои навсегда, и его формулы живут во мне. Его незабвенные мартобря, и "Если выпало в Империи родиться, надо жить в глухой провинции у моря", и "пломбы в пасти плавились", и "Назидание", и "звезда в четыре свечи", и множество - других.

В этот раз - я присвою - эти.

Вот и всё. И из уст моих - лишь благодарность.

Люблю поэзию, особенно ту, в которой есть смысл, в которую поэт вложил душу. Очень грустно смотреть на современных «поэтов», которые утверждают, что секс и любовь – одно и то же, что шлюхи тоже люди и что душа не главное. Мне хочется лишь сказать: «О времена, о нравы!» Больно смотреть, как люди творческие, которые должны нести свет в наш мир непонимания несут только больше тьмы, больше противоречивостей, больше смуты. Хотя, я почему-то уверена, что многие из них пишут ради денег, гонораров, славы. Им не нужны ваши души, им не нужен свет, они тщеславны и тешатся тем, что уверены в своей гениальности. Но на самом-то деле они всего лишь жалкие копии истинных гениев, а люди читают и верят каждому их слову..
Как жаль, что в наши дни очень сложно найти истинных поэтов, с той жилой прекрасного, с тем светом между строчек, который согревает искалеченные души. К таким истинным поэтам я, не сомневаясь, отношу Бродского. Тут даже не надо расписывать почему, все понятно без слов, вы сами прочтите его стихи.

Его слова цитируют многие, ведь сколько раз мы обжигаемся о других, сколько раз идем не по тому пути, верим не тем людям, а потом стоим одни, и тихо шепчем слова прощанья: «Как жаль, что тем, чем стало для меня твое существование, не стало мое существование для тебя».
Были моменты в жизни, которые никак нельзя назвать светлыми, да и просто неудачными, их можно назвать словом «ад». И вот именно в таких случаях я открываю книжку Бродского и читаю его стихи, мне они действительно помогают, дают некую веру и надежду на лучшее.
Гении бессмертны.

Ну вот я и прочла некоторые из стихов Иосифа Александровича Бродского. Лишь некоторые - но зато какие! Такие,на первый взгляд, странные,как бы рваные,с зачастую темным смыслом и странными метафорами... Плохие стихи,очень плохие. Но я так о них не скажу. Не скажу. Потому что я покорена! Я готова часами слушать поэтический голос Бродского,который может быть таким разным:то холодным,отстраненным,сдержанным,то вдруг неожиданно страстным,почти срывающимся на крик. Когда читаешь его стихи день-два подряд,то уже и метафоры кажутся прозрачными и красивыми и даже самые непоэтичные сравнения и обороты как-то вдруг облагораживаются. И ты просто наслаждаешься созерцанием той картины,которую для тебя рисует Поэт.

Вообще-то мое первое знакомство с Бродским состоялось в шестилетнем возрасте. Это было "Сретение". Первые стихи о смерти,которые я узнала. Прошло много лет. Меня что-то подтолкнуло вернуться к стихам Бродского. И я уже никуда не пошла. Так и осталась с ними. Осталась,потому что эти стихи меня околдовали... Они прекрасны.

Хочется от души поблагодарить их создателя. И никаких слов больше не надо.

Недавно волею случая я оказалась на спектакле, половину из которого составляли стихи Цветаевой, а вторую – поэзия Бродского. Бродского я люблю очень давно и очень нежно, но последние лет 10-15 читала его точечно, под настроение. На волне прекрасного исполнения стихов Бродского (и ужасного Цветаевой) в спектакле, осознав, что процентов восемьдесят я взахлеб шептала вместе с исполнителями наизусть, поняла, что очень хочется перечитать. И начать решила с самого первого и, возможно по этой причине, самого любимого сборника.

«Письма Римскому другу» я купила в далеком то ли 2001, то ли 2002 году, когда на хоре мы пели под музыку Плешака «Волхвы забудут адрес твой». Я влюбилась в текст (да и в музыку) с первого прослушивания, тем более, что композитор сам пришел к нам на урок и сам исполнил песню. В тот же день я пошла в Буквоед, нашла сборник со стихотворением «1 января 1965 года» и в тот же вечер взахлеб прочла, раз и навсегда влюбившись в творчество Иосифа Александровича.

Сборник я перечитывала бессчётное количество раз, он уже рассыпается буквально по листочкам. С тех пор у меня появилось множество других книг поэта, но этот так и остался любимым. Здесь есть все мои самые-самые любимые стихи (кроме «представления»). И в этот раз я тоже прочла его залпом, так и не сумев оторваться (хотя планировала перемежать детективом).

Лирика Бродского – очень болезненная, она задевает за живое. Стихи его, как горный поток, подхватывают и несут вперед. Строки не заканчиваются классической точкой или запятой, мысль может закончиться посреди следующей строки. И снова, и снова. Казалось бы, при таком раскладе сложно уловить смысл, потому что пытаешься не потерять ритм и рифму. Но для меня стихи Бродского, как дыхание. Их ритм настолько естественен, сродни биению сердца, что я просто несусь с этим потоком, успевая впитать в себя все малейшие детали.

Интересно, что все мои подростковые еще пометки, подчеркивания до сих пор отзываются. Мне нравятся те же стихи, что и двадцать с лишним лет назад. Я зависаю над теми же подчеркнутыми строками, перечитывая их снова и снова. Бродский – это любовь.

Мне нравится, что романтике в его творчестве отведено не так много места. Гораздо больше здесь пейзажей, птиц, насекомых, ностальгии по родине, архитектуры, памятников. Даже о любви у него получается писать не ванильно, а сильно, четко, хоть и с надрывом. Вообще все творчество поэта проникнуто этим надрывом. Но больше всего в его поэзии тоски по Родине. Причем даже в ранних стихах, когда он не успел еще ее покинуть.

Бродский в своем репертуаре... В каком еще "таком"? - Да, очень-таки в великолепном.
Отличное собрание собрание стихотворений, охватывающее весь период творчества. Все настолько четко подогнано, что просто диву даешься... Честное слово видно как живет и развивается поэт.
Не скажу, что все стихи понравились поголовно, наверное, такого быть не может, но 90% задели, так сказать, а некоторые просто вышибли...

Как жаль, что тем, что стало для меня
твое существование, не стало
мое существование для тебя.

Вердикт: Ну, наверное, не нужен он... Как можно оценивать поэзию?

Сначала не хотела писать отзыв, так как от сборника осталось странное ощущение непонимания. И не хотелось портить своей странной рецензией страницу книги. Но, с другой стороны, лайвлиб же сайт онлайн-дневников. Так что, какое бы мнение ни было, оно имеет право быть. Но мнение это какое-то очень странное всё-таки. Я долго мучила книжку. Раньше стихи всегда любила. А вот эти ну никак. Прочитала стих и не могу даже сказать, про что там было. Какое-то невосприятие Бродского что ли? Вообще я его читала впервые и ожидала чего-то волшебно-стихотворного. Да, у него стихи очень необычные. Маг, волшебник и просто человек-поэт. Складывается такое впечатление.) Но не моё. Его любовь и переживания мне не близки. А вот что задело - обсценная лексика, которая встречается в этих стихах. Я ханжа или не ханжа, но мне это не нравится. Наверное, буду еще потихоньку знакомиться с поэтом, но, кажется, любви с первых строк уже не случится.

Странно, это стихотворение всегда воспринимала, как поэзию с политическим подтекстом и гражданским пафосом, что-то вроде вольнолюбивой лирики Пушкина:

Может оттого, что впервые спозналась с ним в виде эпиграфа к "Жизни насекомых" Пелевина:

Нет еще раньше где-то:

Наложилось. И после, читая оригинал, неосознанно отыскивала в нем строки, подтверждающие первое впечатление:

Даже и совершенно очарованная волнами с перехлестом, наряда переменой у подруги, купцом из Азии легионером под грубым кварцем; торгом с гетерой за сестерций и выпадом в адрес ее гипотетического будущего мужа.

Даже

даже вороная кобыла Постума, на которой надлежит ехать в дом гетер под городскую стену; даже сестра наместника,

Или вот это:

ИМ - о сорванных цветах, как о живых. Что-то похожее на маленьких полупрозрачных лесных существ из "Принцессы Мононоке" или "щенков" стругацкой "Улитки на склоне" - невыносимая нежность к маленьким зверикам, которые умирают, чтобы ты мог насладиться их видом и ароматом.

Ну вот и сказалось ключевое слово. "Умирают". Это стихи о смерти в разных ее ипостасях, без привычных надрыва и трагизма, с какими человек воспринимает эту тему, со спокойной приязнью, так характерной для Бродского с его:

Умирает лето:

Умирают, обжигая крылышки огнем лампы, ночные насекомые. Об этом не говорится, подразумевается. Купец из Азии:

Легионер:

И раб возле таверны говорит о руинах не в смысле протеста или национально-освободительного движения, а в самом человеческом.

И строки о сестрице наместника, это не "цок-цок" языком: "Какова лицемерка!", но прищуренный взгляд и морщинки на лбу: "А может быть ЭТО правильный путь? Может там найдется более осмысленный ответ на вопросы, чем могу сыскать я сам?" И ласково-снисходительная усмешка: "Ну нет, каждый находит свой путь самостоятельно и мой не там".

А где твой?

Упоительно изящное приведение поэтического дара и самоё смерти к общему знаменателю. Даже не математическому - арифметическому: жизнь не так проста, как мы о ней думаем. На самом деле она гораздо проще.

. А с поминальным ритуалом того проще:

И ты почти плачешь уже, максимальное приближение лирического героя к читателю, слияние и поглощение. Но это же Бродский, две финальные строфы отодвигают вас дальше, дальше. Зелень лавра еще доходит до дрожи, но понт уже шумит за изгородью пиний. Пиния - это ж сосна, почему изгородь, изгородью елки должны стоять, а между соснами просвет; и почему синяя? Да потому что синий уместен для стихотворения, синий - цвет смерти, удивительно совпадающий в символических рядах многих народов. А здешняя пиния - это дремучий еловый лес, уже отделивший мир живых от иного.

Ткань теплая,напитавшаяся полуденным солнцем, никого не понежит, не приласкает. Книга Плиния на рассохшейся скамейке не будет дочитана. А зубодробительный, нехарактерно для бродских "проговариваемых" строк

Это как прощальное: "Уходи, не оглядываясь. Я закончил", которым поэт прощается с читателем. Все, что ты хотел знать о смерти, но бояялся спросить.

"Августовские любовники"

Я знаю, что такое литературоведческий анализ стихотворного произведения. Имею представление, по крайней мере. Курс введения в литературоведение в свое время превзошла. А дальше, к высотам и глубинам, не случилось. Видно и не нужно было. Потому что детальное описание метра, ритма и размера, типа и особенностей использованных автором рифм, всегда представлялось мне чем-то, вроде разъятия на части живого и прекрасного организма. Который, будучи заново собранным, приобретает неуловимую механистичность движений. Грацию пружинщицы из читанного недавно стимпанкового романа.

Чарующая гармония стиха не нуждается в поверке алгеброй расчленения. Но очень часто нуждается в другом. В том, чтобы кто-то, понимающий, о чем речь, растолковал это другим. Так случилось, что в последнюю неделю очень много читала Гумилева. А у стихов его одна из главных особенностей - смысловая насыщенность при внешней простоте. Совершенно без изысков ямбы или хореи, а за ними, как за маленькой дверцей на холсте - проход в бескрайние новые миры. Шаг, и ты там.

Но пришлось вспомнить сегодня "Письмо к римскому другу" Бродского и понять, что какая-то строка выпала из памяти. А без нее все распадается. Ну, как быть обладательницей нитки натурального жемчуга, на которой сломался аграф. Есть-то он есть, да носить не можешь, пока не починишь. А жемчуг нуждается в контакте с живым телом, он умирает без этого. И стихи тоже нуждаются в том, чтобы их проговаривали время от времени, хотя бы даже себе самой. И я полезла чинить. То есть, освежать в памяти. И наткнулась на стихотворение, которого раньше не читала.

Бродский, он другого типа поэт, чем Гумилев. Гений, как Моцарт в музыке. И стихи его бывают сложны, порой напоминают прозу, хрестоматийной простоте их случается взрывается другим, ломающим метроритмом. А двери, которые он открывает - это двери внутрь, в себя, в глубины. Как раскрывающийся бутон розы, уходящие в бесконечность смысловые пласты один под другим в его стихах. И вот я просматривала подборку, искала

, да неожиданно для себя залипла на "Августовских любовниках". Испытав мгновенный укол раздражения.

Какое гадкое стихотворение. Нет, серьезно, так и подумала. Зачем вот это в начале дважды: "Августовские любовники. Августовские любовники"? И дальше, что за языколомательный ритм. Что за образный ряд такой странный. При чем здесь пальто, вы про август или про где? И потом дочитав до конца (а оторваться никакой человеческой возможности, это Бродский, детка) С задушенным полувсхлипом на последних строчках, понимаешь - забыла дышать. Это Бродский, детка.

Если кто, как я, залипнет. Вот вам мое объяснение. Августовские любовники - это люди, весна которых осталась позади. И лето, большей частью, отшумело. Теперь август. Но еще не осень. Еще кажется, что любовь, которой неожиданно и прекрасно накрыло в сорок, что она - естественное продолжение жизни и пребудет вовеки. И ты еще летишь куда-то с дурацким веником цветов и дурацким (у всех счастливо влюбленных слегка идиотически-блаженный вид) полуоткрытым ртом. На свет маняще-открытых окон в подворотнях.

А осень уже идет. И деревья красит и новое лаковое авто (ты можешь себе это позволить, солидный человек). А любовь, как-то истаяла она. Вернуться назад всегда сумеешь, думаешь. И выходишь даже на балкон. Тебе для этого уже нужно пальто накинуть. И смотришь вниз, на пробегающих августовских любовников в рубахах совьих цветов. И говоришь себе: "никогда ни с кем не желай поменяться местами, хорошо, как есть". И понимаешь в один момент, что под твой балкон уже никто не придет. Чтобы стать ближе, чем к себе самому.Такая арифметика.

Это не книга, а песня в голове. Она возникает, как белый гребень волны, так же неистово катится к берегу, разливается по песку и оставляет на нем вечный след. Эти стихи - ритм жизни, кому какой больше нравится, музыка звучащая в каждом атоме внутри и извне. Проплывающие облака, где-то "выше нас"...

Слышишь ли, слышишь ли ты в роще детское пение,
над серебряными деревьями звенящие, звенящие голоса,
в сумеречном воздухе пропадающие, затихающие постепенно,
в сумеречном воздухе исчезающие небеса?

А правда, слышишь ли ты?
А еще родилась странная аллегория - с такой книгой хочется переспать.
И никогда не отпускать ее, даже взяв обещание вернуться.

Как же я намучилась с поиском этой книги -__-
Ну реально, ищешь скачать - там только одноимённый цикл, а в книге, извините, 288 страниц! Куда дели остальные 285?))
Но кто ищет, тот всегда найдёт, поэтому с помощью своего советчика во Флешмобе 2016 мне стали доступны полные сочинения... а потом благодаря (внезапно) сайту Лабиринта, я наконец нашла содержание (что не могла сделать последние месяца три). И вот, наконец, стихи Бродского мне покорились!
Ну, произошло это не в первый раз. И не все из них, естественно, пришлись по душе - ну кому хоть когда-то нравилось абсолютно всё, входящее в сборник? Тем не менее, книга очень достойная и отдельные стихи прочно засели в голове, а что-то даже скандировалось вслух (шёпотом, правда, читалось-то всё тайно на работе, пока было времечко).
И хотя у Бродского, пожалуй, не так много стихотворений, которые прямо врезаются в память, но те, что в ней остались, - чёткие, меткие и красивые. Постоянно натыкаюсь на просторах интернета на цитаты, и теперь некоторые из них даже узнаю :)