Осень в Пекине

- простите, а как попасть в пустыню?

• а Вы псих?
• естественно
• ну, тогда Вас там уже ждут
• так как мне добраться?
• садитесь на 975 автобус
• и я точно на нём доеду?
• а какое это имеет значение?
• никакого, спасибо!

  Представь чистый лист бумаги. Ты садишься за стол, берешь ручку и собираешься что-то записать. Собираешь мысли в кучу, формулируешь предложения, и по итогу у тебя появляется какой-то текст, который для чего-то тебе нужен, ты пишешь, чтобы не забыть. Перед прочтением книги примерно те же ощущения. Сначала пустота, ожидание, потом ты идешь от страницы к странице и пишешь текст уже у себя в памяти, складывается картинка, сюжет, впечатление, и это всё тебе для чего-то нужно, ведь книги учат, развлекают, расширяют кругозор, станешь душой компании с таким багажом. Для чего нужна тебе «Осень в Пекине»? Ни для чего. Лучше сохрани чистый лист, не марай его этим текстом, а оставь место для других мыслей из других книг.

Где-то в параллельной вселенной….

• Борис, Вы писатель?
• да не, у меня просто бумаги много
• извините, обозналась
• ничего, меня многие за писателя принимают, я привык.

Добро пожаловать в Постмодернисткие Бредни. Присядьте в авангардном ряду. Дамы и господа, шоу начинается.
Сцена А: Амадис Дюдю (ду-ду-ду) рискует не выдержать автобусного марафона.
Обратите внимание теперь на сцену В: Клод Леон, застенчивый наивный Клод, не делай этого!
Сцена С- быстрее туда(!): «треугольник» скоро будет в пустыне.
Сцена D: перелом подождет-срочно лечим стул!
Не спешите доставать бутерброды, дорогие вольнослушатели, принудительноощущатели- Виан вас накормит.
Прошу пройти в Большой зал (из-за кулис выглядывает череп кукловода-Виана (ку-ку) и снова пропадает).
По мере продвижения сюжета зрителям на подносе выносят кушанья прислужники-официанты: «Горячее докторское жуйживьемство», свежие «Пасторские грешки» и карамельный гидрат окиси лития-холодненький. Зрители прежевывают яства с явным наслаждением, не отрываясь от сцены. При этом остатки, не подлежавшие пережевыванию или застрявшие в горле- сплевываются на соседа спереди.
Череп кукловода произносит что-то невнятное из-за кулис, тем самым намекая зрителям на границы приличия.
Хозяин черепа утомлен; история продолжаются; зрители этого не видят.

Понравилась у Виана такая красивая и лёгкая "пена дней". Там действительно книжка как пена).

Взялась за "осень в Пекине", надеялась на осеннюю атмосферу, как раз осенью и читала. Только у нас тут ни осени, ни Пекина нет...

Книжка неплохая, тут также присутствует авангард, но просто мне было её тяжело читать. Сюжет поймать слишком трудно, потому что получилось очень уж абсурдно. Но Виан этого и хотел.

Возможно я ещё оценю это произведение, но мне легче перечитать мою любимую "Пену дней").

Или взять что-то новое у автора. Хочется прочитать всего Виана.

Их пеньюары распахивались над впечатляющим отсутствием добродетели.

Я безнадежно влюблена в Виана. Давно и бесповоротно, что немножко дерзко. Однако все его книги невероятно печальны, мне всегда тяжело читать их по психологическому состоянию и очень вкусно по состоянию его совершенного литературного языка. Впрочем, вполне возможно, что в этом есть весомая доля мастерства переводчика. Осенью в Пекине был открыт мой 2015 год. Обычно в книгах мои любимые герои погибают будучи людьми с трагичной судьбой, которым автор не предписывает иного конца. Но это же Виан. Единственному Анжелю, в итоге выведенному за пределы Экзопотамии, словно на счастье, я отдала свое сердце. Такому нежному как лепесток розы, отвлеченному, иногда даже эпохальному персонажу. Он для меня стал той самой Осенью в том самом Пекине. Так и потерявшим себя.

А еще женщины романов Виана. Они всегда трагичны. Что Хлоя из прекраснейшей Пены Дней, что Рошель из Осени в Пекине. Цветы, которым не придается особого значения, но которые ломаются, увядают и портятся от происходящего и окружающего. Как я влюблена в эту трепетность автора. И всё же этот роман такой тяжелый. Он тяжелый даже не от событий, в нем происходящих, а просто по атмосфере. Но Виан снова феноменально красив и так по нашей сути.

Довольно-таки давно прочитала роман «Пена дней» и поняла, что Виан это не тот писатель, бре... ээээ творчество которого меня действительно впечатляет, но погружаться с головой, читать подряд несколько книг все же не стоит. Время прочтения «Осени» я не подгоняла – оно само ко мне пришло. Я просто в одни момент поняла, что готова к очередной каламбурно – серьезной фантасмагорической драме с нелепыми персонажами. Стоит ли говорить, что получила как раз что хотела…

«Пена дней» больше созерцательная, с красочными лирическими отступлениями, где облака, солнечные зайчики, фонарные столбы способны на многое. «Осень» больше радует диалогами. Здесь нет подчеркнуто-отстраненного авторского отношения, которое характеризуется тщательным описанием нарядов героев, нежели описанием мыслей и чувств. С одной стороны роман посвещен любовным коллизиям, классическому любовном треугольнику, с другой – какой –то общей стадной глупости, где камни, о которых Виан обещает рассказывать в начале книги – это люди и есть, собравшиеся черт значит делать черт знает что.

Я, должно быть, только о произведениях Виана могу отозваться подобным образом – нихрена не понятно, но нравится.

"Осень в Пекине" - и ни одного слова про Пекин. И про осень тоже - ни слова.
Это моё первое знакомство с Борисом Вианом и вообще с модернистами.
Что я могу сказать? Мне понравилось. Все эти пассажи, странные сексуальные фантазии и история любви на фоне пустыни с тёмными пятнами очень выделяются среди той литературы, что я читала до сих пор. Много всего непонятного. Странные фразы, странные переплеты сюжета, но тем не менее все органично вплетено в полотно романа.
Спасибо, мсье Виан. Рада была познакомиться, до новых встреч!