Бумажная
707 ₽599 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Василий Андреевич Жуковский. Отец-основатель русского романтизма, автор хороших переводов, стихов, баллад, элегий, романсов, прозы, один из учителей "нашего всего от литературы", да-да я об Александре Сергеевиче.
Давно я не читала Жуковского. Собственно, вот прямо класса с пятого и не читала. И помню, что тогда он меня совершенно не захватил, а вот сейчас оценила...
Во-первых, и впрямь красиво.
Во-вторых, сюжетно - и чуть ли не готическая баллада о Светлане, и "Эоллова арфа". Есть все, что нужно для интересного чтения - завязка, кульминация, развязка, а в качестве бонуса - накал страстей.
Жуковский и его слово способно вдохновлять, так например, Карл Брюллов нарисовал картину "Гадающая Светлана".
Но для себя я все же в первую очередь отметила именно "Море - очень красивое, философское стихотворение. По-моему, прекрасное отображение в том числе и человеческой жизни.

Вообще-то поэзию я люблю и есть вещи, да и в целом авторы, поэтические произведения которых я могу перечитывать бесчисленное количество раз. Но Жуковский к ним не относится. Не скажу, что его баллады и стихи оставили отрицательное впечатление, скорее нейтральное. Очень романтично, но немного холодновато, поэтому, видимо, и не зацепило.

Василий Андреич, как и любой первопроходец, занимался перенятием и накоплением опыта западноевропейских коллег, которые, как водится, слегка впереди. Именно поэтому основу его творческого наследия составляют переводы. Хотя именно переводами их и язык не поворачивается назвать, скорее... интерпретации. С учетом русских реалий, русского языка, русского читателя, в конце концов.
Язык тяжеловесный такой, возвышенный, рифмы - солиднее некуда, в инверсиях можно запутаться, поэтому читается тяжело. Иногда нужно перечитать строфу несколько раз, чтобы разобраться, что к чему и о чем вообще речь.
А вообще, вот так почитаешь, и можно заворачиваться в простыню и ползти на кладбище. Потому что твои любимые умрут, близкие, родные, друзья тоже умрут, и ты сам умрешь, и тебя под землей будут есть червяки, а в мире никто о тебе не вспомнит.
Такие дела.

Ах! Зара как серна стыдлива была;
Как юная пальма долины цвела;
Но Зара пришельца пленилась красою
И скрылась… ты, спутник, остался со мною.

И взоры тусклые, навеки угасая,
Еще стремятся к ним с последнею слезой;
Их сердце милый глас в могиле нашей слышит;
Наш камень гробовой для них одушевлен;
Для них наш мертвый прах в холодной урне дышит,
Еще огнем любви для них воспламенен.












Другие издания


