Дон Касмурро

Небо было такое ясное, воздух так чист; казалось, вся природа радуется вместе с нами. Так бывает в лучшие моменты нашей жизни.

Нелегко бороться с ленью, если жизнь ни разу не проучила тебя!

- Жизнь - опера, и опера сложная. Тенор и баритон оспаривают друг у друга сопрано в присутствии баса и статистов, а случается - сопрано и контральто борются за тенора в присутствии того же баса и тех же статистов. Много хоров, танцев и превосходная оркестровка...

Жизнь так прекрасна, что даже мысль о смерти стремится к ней.

Парикмахер, заметив меня, продолжал играть, не обращая внимания на клиентов, которые пришли к нему в такой поздний час. Он потерял клиентов, но зато не пропустил ни одной ноты.

Люди долго хранят в памяти свои добрые поступки (а в действительности они никогда не забывают о них).

Приам считал себя несчастнейшим из людей, оттого что поцеловал руку убийце своего сына. Гомер рассказывает об этом в стихах <...> И если у нас действительно нет Гомеров, как утверждает Камоэнс, то лишь потому, что Приамы теперь предпочитают держаться в тени безмолвия. Они осушают слёзы, прежде чем выйти на улицу, лица их спокойны и безмятежны; речи — скорее веселы, чем печальны, и всё происходит так, словно Ахиллес и не убивал Гектора.

Некоторые вещи можно выразить только стихами, пусть даже плохими.

Немалую роль в моих терзаниях играла робость; ведь не только небо придаёт нам добродетель, большую роль играет и нерешительность, не говоря уже о случае.

Природу надо любить без предубеждений, не замечая в ней недостойного. Люби мышь, но люби и кошку.

Внезапно мальчик оживлялся и шёл угощать соседских девочек сладостями, которые я ему приносил; правда, он шёл к ним после того, как сам наедался до отвала, но ведь и апостолы стали распространять учение Христа лишь после того, как прониклись им.

В счастье люди незлопамятны

Нет ничего хуже, чем заставлять короткие мыслишки разгуливать на длинных ногах.

Я дарю эти две строчки любому, кто пожелает. Пусть в свободное время от нечего делать попытается сложить сонет. Осталось всего-навсего вдохнуть в них мысль и добавить недостающие двенадцать строк.

Как я завидую людям, которые до сих пор не забыли цвета своих первых штанов. Я не помню цвета тех, которые надевал вчера

Один древний мыслитель говорил: остерегайтесь гостей, имеющих хорошую память. В жизни много таких гостей, я тоже оказался одним из них, хотя память у меня не такая уж блестящая: и доказательство тому, что я никак не припомню имя этого мыслителя.

Есть такие воспоминания, которые не оставляют нас в покое до тех пор, пока мы не поделимся ими с кем-нибудь.

Господь бог, сотворивший безгрешные руки, сотворил и безгрешные губы, и всё зло, стало быть, в твоей извращённой голове, читатель, а не в юной чете влюблённых…

Если Капиту не сказала правды, то надо признать, она и не могла этого сделать, как не говорят правду служанки, уверяющие гостей, что «сеньоры нет дома», когда хозяйка никого не хочет видеть. В подобном сговоре есть особая прелесть: грех, совершённый совместно, уравнивает на время служанку с госпожой, не говоря уже об удовольствии, которое обе они получают, видя разочарование обманутых гостей. Словно не желающая принимать гостей хозяйка, истина осталась в сердце Капиту, убаюканная её раскаянием.

Как часто в выражении самых искренних чувств кроются дурные намерения! По-видимому, во многих случаях человек лжёт так же непроизвольно, как потеет.