– Почему мне все время кажется, – спросил Ник, – будто я проповедую перед неверующими?

— Чего я решительно не понимаю, – сказал Ник, – так это почему вы не сказали мне раньше, что вы такое говно?
— Я думал, вы в курсе, - ответил Карлински.

Всегда ведь утешаешься, обнаружив унизительное телесное несовершенство человека,  который властен над твоей судьбой.

Агент Монмани заставил Ника повторять свой рассказ снова, и снова, и снова, пока Нику это не надоело настолько, что он испытал искушение добавить что-нибудь от себя.

Раз в год все они съезжались в Вашингтон – устраивали на Эспланаде сеанс одновременного курения да бродили по залам Капитолия в надежде отловить какого-нибудь озабоченного по части здоровья конгрессмена и показать ему где раки зимуют.

Он просто чувствовал себя подобно пятнистой сове, залетевшей в кабинет главы деревообрабатывающей компании «Уэйерхойзер», – то есть в полной безопасности.

Иисус Христос на роликах, что там творится?

Ник пошел к Карлтону, бывшему агенту ФБР, похожему на кого угодно, только не на агента – более всего на мороженщика с благодушной от глупости физиономией. Ко всему прочему Карлтон был коротышкой, тихим и щуплым. Вот только глаза его имели обыкновение все расширяться и расширяться, пока вы ему что-нибудь рассказывали, так что под конец разговора он взирал на вас, как на серийного убийцу с топором в руках.

- Вот это и есть твоя главная беда! Не думай о том, что тебе не удастся. Только о том, что удастся. Ты тратишь время, пятаясь погасить пожар в мусорной корзине, между тем как твое дело - поджигать леса.

- Чего я решительно не понимаю, - сказал Ник, - так это почему вы не сказали мне раньше, что вы такое говно?

• Я думал, вы в курсе, - ответил Карлински.

Следующие несколько минут, он слышал лишь рев клаксонов да визг покрышек. ... Даже состоящим на государственной службе специально обученным водителям трудненько тягаться с рядовым уроженцем Ближнего Востока.

– Наши специалисты по ПТЦ…
– По чему?
– По психологической теории цвета. Это нынче далеко не последние люди. Так вот, известно, что зеленый цвет успокаивает, – знаешь, лужайки, деньги, мята, карточные столы…
– Хирургические халаты, нагноения…

Говорили, что единственной его страстью, если не считать почасовой оплаты, были вина, которые он, впрочем, не пил, а коллекционировал.

...лишь когда они оказались в лифте, одни, обвила руками шею Ника и запечатала его уста поцелуем, который и НАСА могла бы взять на вооружение – для герметизации воздушных шлюзов.

– Аэропорт «Нэшнл». И поскорее. Последнего он мог бы и не говорить, поскольку все недавно натурализовавшиеся таксисты Вашингтона умеют ездить только на двух скоростях – опасной и смертельно опасной.