Шатуны

Наконец-то я это дочитал.
Ну и
Да ну в такие книги ...
А *** я это прочитал?
Не смотря на всю жесть, что творится в книге, автор обходится без мата, поэтому придётся воздержаться от него (хотя с матом вся рецензия уложилась бы в два слова и всё равно замечательно бы описала всё содержание книги). Даже не понятно как о книге рассказывать. Начинается она с прибытия вечерней электрички, на ней прибывает один из героев Фёдор Соннов и это единственная понятная вещь в книге, правда занимает она не более двадцати пяти предложений. Где-то на двадцать шестом старушка гадит в мешок, а к пятидесятому Фёдор Соннов убивает человека, а далее началась ещё более лютая дичь. В общем к концу третей главы хотелось книгу закрыть, а ещё лучше никогда о ней не знать. Но потом вспомнил о прикреплённой ниже песенке (странно, что в книге не нашлось похожей истории) и понял, что к книге нужно относится как к юмористической. Как иначе воспринимать сюжет в котором есть куро-трупы и трупо-торты, а тем более когда гусята используются в качестве фаллоимитатора. И если относиться к книге как к серьёзному произведению, то после следующих фрагментов психика может пошатнуться.

Если воспринимать их как юмор, пусть чёрный, пусть тупой, но юмор психика останется здоровой. Но этот способ помогал не всегда, были моменты просто тошнотворные, например случай с трупо-тортом.
В различных материалах о книге говорится, что в ней есть философский подтекст. Но рыться в этом пытаясь его отыскать мне совершенно не хочется. Я не понял для чего она вообще затевалась. Но всё же нашлась у книги пара плюсов. Во-первых она закончилась, во-вторых после неё любая другая будет казаться шедевром,

Если ты не готов(а) к прочтению "Шатунов" даже и не думай начинать. Мамлеев не зря в самом начале просит воздержаться от прочтения этого произведения тех, кто совершенно не понимает, что его ожидает. Я не знала и не догадывалась, взялась за книгу по совету и даже не стала читать аннотацию. И мне понравилось, понравились не всяческие описываемые автором извращения и убийства, а смысл, который уместился в рамках печатных/электронных страниц.

Тьма. Грязная электричка, хмурое небо над страшненькой деревенькой, атмосфера безумно угнетающая. Будто сквозь сон наблюдаешь за безумными героями, которые сквозь всю грязь, извращения и убийства ищут связь с высшим и непостижимым. Фамилию Федора Соннова (самый первый герой, с которым придется столкнуться читателю) можно считать в какой-то степени говорящей, именно с него начинается повествование, именно он ведет нас в сонную пучину самых бредовых мыслей, действий. Как и обычные люди, стремящиеся к познанию какого-то смысла жизни, в книге ищут смысл больные, лишённые морали люди (маргиналы). Все герои произведения пропитаны глубоким грехом. С каждым новым предложением становится все ужаснее и ужаснее. Куро-труп, мальчик, поедающий свое тело, пир на трупах, портреты Достоевского. Но не смотря на всю эту вакханалию герои ищут Абсолют сквозь всю ту грязь, которую показывает нам автор. Все не так однозначно. Метафизические размышления, солипсизм, жизнь после смерти - главные темы романа.

Интересное знакомство. Неординарный роман.

Давно хотела узнать, что за книги пишет Мамлеев, ибо Сорокина, Масодова и прочих, стоящих с ним вроде как в одном ряду, я уже испробовала. Но, кажется, я разочаровалась. Может, конечно, в этой самой известной книге Мамлеева кроется слишком умный для меня замысел, который я не расшифровала, может, мне не хватает каких-то знаний и образованности, чтобы понять, о чем это все было. Но пока я склоняюсь к тому, что это просто так и ни о чем. У нас есть странная семейка и ее близкое окружение, про жизнь этих людей нам и будут рассказывать. Есть Федор, убивающий людей просто так. Есть его сестра Клавдия, использующая живых гусей в качестве фаллоимитатора. Есть мальчик, поедающий сначала свои прыщи, а потом и себя как такового. Есть еще мужик, убивающий множество лично зачатых младенцев в утробе матери, пробивая им лбы сами-понимаете-чем. Ну и еще толпа людей разной степени трэшовости. Периодически они все пускаются в рассуждения о жизни после смерти и о метафизике (вещь в себе и вещь как мы ее видим - вот это вот всё). Но не особенно умно рассуждают, как по мне - во всяком случае, я не могла связать то, что они делают, с тем, что они говорят. В моем представлении весь этот трэш должен быть какой-то аллюзией, художественной иллюстрацией, гротескной картиной каких-то мыслей и идей, но, повторюсь, я их не распознала. Сначала еще интересно было читать, когда я ждала, к чему же ведет автор. Но потом поняла, что ни к чему не ведет, и стало скучно)

Это произведение Ю. Мамлеева я прочитал благодаря этому сайту LIVELIB. В свое время, в конце 80-х, когда в литературных журналах начали публиковаться произведения писателей эмигрировавших из СССР, фамилия Мамлеев почему-то прошла мимо меня. И только спустя много лет, я случайно просмотрел документальный фильм про этого писателя. И долго, долго к ОБЯЗАТЕЛЬНОМУ ПРОЧТЕНИЮ значилось в моем литературном будущем. И вот уже на этом портале я сортирую все произведения Мамлеева по популярности и выхожу на роман «Шатуны». Читаю рецензии. Всем кто пишет рецензии – СПАСИБО! Понял- надо читать!
Впечатляющий роман.
По началу я читал настороженно (отрицательные рецензии сказались), но после истории о женитьбе родителей главного героя - Федора, стало ясно - что произведение по мне.
Все эти жуткие убийства (которые совсем не смакуются, как в других произведениях) это антураж, декорация – это все постепенно уходит на второй план. А на первый план выходит «избиение» сатирическое издевательство и зашкаливающий сарказм. Что писателю не угодили и в чем провинились метафизики?
Особенно хочется отметить следующие моменты (впечатлили):

• Филосовски-эротические переживания А.Барской
• Образ самовлюбленного Извицкого
• Сатирически изображенный сюжет мифологической истории о Леде и Лебеди

  Всем, кто желает расширить свои представления о безграничности и многогранности литературного творчества РЕКОМЕНДУЮ.

По словам самого Ю.Мамлеева "Большая литература, какие бы жуткие вещи в ней ни изображались, обладает свойством катарсиса, то есть очищения. Это происходит в силу таинственной природы подлинного искусства", и это в полной мере относится к его книге "Шатуны".

Его герои – либо жалкие маргиналы и деграданты либо интеллигентски-вечноищущие; живущие в глубинах своего бессознательного и пытающиеся примирить его с сознанием на фоне неприглядного бытия.
Вначале сюжет и персонажи кажутся гротеском и эпатажем в гоголевско-щедринском духе, который захватывает и делает монстров и идиотов не такими страшными и мрачными, как если бы книга была открыта и читалась наугад, со случайного места. Но при продвижении по тексту обнаруживаешь, что всё не так просто: что это не традиционная насмешка над юродивостью социума и не простое утрирование неприглядности родного бытия.
Книга глобальна и космополитична.
Центральной темой произведения является тема смерти. И через неё Мамлеев рассматривает борьбу и соотношение духа и плоти, связь между временным и вечным, связь "Я" , Бога и религий - темы, с которыми человечество сталкивается с момента самоосознания. Почти все герои - мыслители, подозревающие о существовании великого Нечто и осознающие свое существование лишь как путешествие к нему.
Петя, поедающий самого себя, Федор Соннов - вначале реальный, а ныне метафизический убийца , воплощающий мысль: если жизнь души дольше, чем жизнь тела, то отходящая душа жертвы есть нить, связующая с потусторонним миром, учёный , осознавший, что мысль его умерла, эстетствующий интеллигент, понявший, что высшее наслаждение может дать только любовь к себе и соитие с собой, интеллектуалы, подводящие под животное народное мракобесие теоретическую основу, скопцы, простонародные тантристы и просто юродивые,... сонм оригинальных ярких персонажей, разного рода психопатов для невнимательного читателя - на самом деле лишь антураж для главного: постановки вопросов, поиска ответов и главного вывода, который Автор делает в конце: "скрытому миру ... нельзя даже задавать вопросов".

• А я Убивашка. Потому что всех убиваю...

Эта фраза не только отражает мое впечатление от "Шатунов" (в точности как с чтением маркиза-затейника: оторопь, омерзение, "он пугает, а мне не страшно"), она еще и единственная в книге, которая рассмешила. Ты посмеяться, что ли, брала? Нет-нет, как можно, представление о Юрие Мамлееве имела заранее, пыталась читать его рассказы с год назад, да так на втором и отложила. Метафизический абсурдизм не принадлежит к категории вещей, которые мне интересны. За абсурдом возьму Кафку, трагические монстры которого порой более человечны, чем люди, а за метафизическим реализмом, буде душа попросит - да хоть Селина. Я осознанно заостряю внимание на определении стиля, отличном от данного автором и поддержанного критикой. К какому бы то ни было реализму "Шатуны" не имеют отношения.

Это сюр в чистом виде:

• абсолютно лишенные логики действия и перемещения персонажей внутри романного пространства;
• не нарушенная даже, а разрушенная до основания каузальность - причинно-следственные связи в повествовании не работают;
• искаженные песпективы, которые могли бы навести на мысль о пространствах Эшера, но изысканности картин нидерландца тут нет, скорее шизоидная геометрия Лавкрафта.

Убивает, потому что более всего желает постичь сущность посмертия и еще, в силу предельно искаженной религиозности, считает жертв своими проводниками и предстоятелями в загробной жизни, что-то вроде: жизнь - это ад, я сейчас помогаю вам выйти из нее, а вы ужо там за меня порадейте. Семья сонновских соседей Красноруковых совершенная кунсткамера: скорбный умом дед Коля; сексуальный террорист-детоненавистник Паша; его похотливая идиотка жена Лидочка; Петя, все время соскабливающий с себя грибки, лишаи, прыщи и поедающий всю эту клинику, а под конец съевший себя самого (метафизический абсурдизм или вы по-прежнему настаиваете на реализме?); четырнадцатилетняя девочка Мила, которая позже влюбится в скопца Михея и станет проводить время, вылизывая его зад.

Наскоро разделавшись с Красноруковыми, неутомимый автор приведет в дом Сонновых квартирантку из Москвы, тонкую хрупкую красавицу Аннушку, которая окажется худшим монстром - введет Сонновых в мир высокой философии и метафизики (ну, на доступном им уровне). Я почти убеждена, что в образах "метафизических": Падова, Извицкого, Рёмина - Мамлеев вывел членов собственного кружка или идейных оппонентов, но за давностию лет все это совершенно утратило актуальность и попытки установить реальных прототипов разбиваются о железный аргумент: зачем?

Отдельного разговора заслуживает куро-труп, в прошлом религиозный мыслитель Андрей Никитич Христофоров (говорящее имя, "несущий Христа"), единственной мотивацией веры которого писатель видит страх перед неминуемой и скорой смертью, он-де, надеется задобрить смерть собственной благостностью, своего рода Соннов наизнанку). Омерзительная метаморфоза Христофорова шокирует не больше прочих маргиналий книги, но некий извращенный нравственный садизм не может за ней не просматриваться. Вывернутое наизнанку и оплеванное достоевское богоискательство. В этой связи не могу не вспомнить "Свечку" Золотухи, на которую "Шатуны" оказали огромное влияние, но Валерий Александрович, к его чести, пытается восстановить мировую гармонию, выбитую из равновесия талантливой и предельно деструктивной прозой Мамлеева, отталкиваясь от нее, выстраивая новый храм. За попытку спасибо, но на шатком основании крепкого здания не выстроишь.

А все же, почему "Шатуны"? Сам Юрий Витальевич объяснял название поведением персонажей, копирующим повадки поднятых среди зимы из берлоги медведей, бессмысленно беспощадных ко всему, что встречается на пути. Но мне представляется более естественной работа разрушения, расшатывания основ, инструментом которой он послужил с этой книгой. За что гореть ему в аду до второго пришествия. Каждый выбирает для себя.

У вас бывает такое, что, прочитав пару абзацев, вы понимаете, что книга будет великолепной? И великолепной она будет чисто по вашим ощущениям? Вот именно это и случилось со мной ещё при чтении предисловия "Шатунов". В принципе, не важно, какой сюжет будет у книги. Важно, какие ещё метафоры и эпитеты придумает автор.

Честно, я даже не знаю, с чего начать более детальную рецензию, так как мне кажется, книга неописуема. Её надо читать, чтобы осознать всю красоту слога Мамлеева. У нас есть условный главный герой - Фёдор Соннов. Почему условный? Да потому, что каждому персонажу автор уделяет внимание. Но начинается всё именно с Фёдора, а именно - с его бессмысленного убийства какого-то прохожего. С первого же акта читатель понимает, ЧТО его ожидает на страницах данной книги и понимает, что Фёдор выступает в качестве приправы для остальных. Анна Барская с её компанией садистиков во главе с Падовым говорят много интересных мыслей. Извицкий просто добил меня себялюбием, кажется, я таких людей не раз встречала в жизни... Клавуша с гусями и куротруп достойны отдельной похвалы.
В данной книге на одной странице можно увидеть философию, метафизику, сюрреализм и жёсткий реализм с физиологическими подробностями. Рассуждения о вещи в самой себе, любви к своему "я", поиски своего истинного "я"; скопизм, солипсизм, достоевщина - это мааааленькая часть всего того гротеска и абсурда, который есть в книге. Персонажи встречаются, мракобесят и расходятся, а читатель остаётся в шоке, но в шоке приятном.

Подобная литература сильно на любителя, но я теперь на веки останусь под впечатлением. Такого потока метафизической философии, сдобренного чернухой-бытовухой вряд ли я в ближайшее время увижу. Я бы назвала всю эту книгу "Мракобесие со стилем", помоечная романтика которой обволакивает навсегда.

Да ну его, шатун какой-то. А я не люблю шатунов. Шатунов - отстой (с) КВН

Это, пожалуй, худшее, что я вообще читал. Тем более странно, что кто-то называет Мамлеева достойным продолжателем дела Достоевского. Фёдор Михайлович своё дело начал и закончил, а Юрий Витальевич взялся в своём романе за нечто совершенно иное. Мне этот беспросветный ад напомнил рассказы "Зло" Семёна Подъячева и "Бездна" Леонида Андреева. Но там реальность происходящего производит неизгладимое впечатление. А здесь какой-то театр уродов, один другого краше. Они постоянно подхихикивают, подвывают, кривят своё личико и вызывают непреодолимое отвращение, а их диалоги потрясают воображение. Есть, впрочем, и один плюс: после такого что ни читай - всё кажется шедевром.

«Как с того света», — почему-то решил он и уставил свой холодный, пронизывающий, точно парализованный взгляд на ее беленькой, нежной шее.
— Что, нравится?! — вдруг спросила она, заметив этот взгляд. Федор как-то трупно пошевелил толстыми пальцами. И усмехнулся.
— Не то слово, — вымолвил он.
— А какое же?! — Анна с легким любопытством оглядела его.
— Скелет, — ответил Федор, уставившись в стол.