September

Но хуже всего было, когда он не понял бабушку, и если бы ни мама, которая до всего допыталась, неизвестно, как складывались бы после этого происшествия его отношения с Ви. Однажды он пошёл после школы в Пенниберн. Дул такой сильный ветер, что было слышно, как он завывает за стенами домика.Они с Ви сидели у камина, и вдруг она встала, принесла откуда-то складную ширму и поставила её перед стеклянной дверью, которая вела в сад. Генри спросил, зачем она это сделала, и когда она объяснила, он пришёл в такой ужас, что до конца своего визита не произнёс ни единого слова.Когда мама пришла за ним, он так обрадовался, что тут же побежал за своей курткой и стал торопить маму.И чуть было не забыл поблагодарить Ви за чай.Это был какой-то кошмар. С того дня он ни за что на свете не хотел идти в Пенниберн и в то же время понимал, что пойти туда - его долг, он должен защитить Ви. Каждый раз, когда мама предлагала навестить бабушку, он находил какой-нибудь предлог, чтобы не идти в Пенниберн, или говорил, что он лучше пойдёт к Эди. Однажды вечером, когда он принимал ванну, мама завела с ним разговор. Она не сразу подошла к тому, что её интересовало, но, в конце концов, спросила его, почему он не хочет навещать Ви. - Ты ведь так любил заходить к ней. В чём дело? Что случилось? Генри почувствовал облегчение - наконец-то он сможет об этом поговорить. - Он очень страшный! - Кто страшный? - Он приходит из сада.Ви принесла ширму и поставила её перед балконной дверью, но что ему стоит сбить ширму? Он может покалечить Ви.По-моему, ей нельзя больше жить в этом доме. - Бог ты мой! Да кто же приходит из сада? Генри очень ясно представлял себе это чудовище: огромный, горбатый с рогами. - Ужасный слизняк! Вирджиния в полном недоумении смотрела на сына - Генри, ты в своём уме? Что это за чудовище? Откуда оно появилось в бабушкином саду? - Но оно там! - упорно возразил Генри. - Она сама сказала:"Какой ужасный слизняк!" и загородила дверь гостиной ширмой Она сама мне сказала! Оба замолчали. Генри пристально смотрел на маму, а она смотрела на него, и её синие глаза были очень серьёзны. Наконец, она сказала: - Генри, бабушка не говорила тебе ни про какого слизняка. Она сказала "сквозняк". Из сада дует ужасный пронизывающий ветер - вот что она тебе сказала.

С этой сушилкой была связана давняя история, которая вошла в семейный эпос, и смеялись над ней по сей день. В ту пору ещё жива была леди Балмерино, а поварихой в доме служила миссис Харрис. Кулинарка она была отменная, но всякие там глупые правила гигиены её ничуть не беспокоили. На плите у неё с утра до вечера кипела огромная чёрная кастрюля, в которую она бросала кости и остатки овощей. Из этих обрезков и остатков у неё получались замечательные супы. Однажды в доме собралась большая охотничья компания.Зарядил дождь, и сушилка над плитой была увешана мокрыми куртками, гольфами, свитерами и шерстяными носками. Суп в ту неделю становился день ото дня всё вкуснее и вкуснее. Гости просили добавки. "Как вы её варите, миссис Харрис? - спрашивали гости. - Какой аромат! И как вкусно!" Миссис Харрис только улыбалась с довольным видом и говорила, что секрет приготовления этого супа она унаследовала от своей матушки. Охотничья неделя кончилась, гости разъехались , вложив в сморщенную красную ладонь миссис Харрис солидные чаевые. Кастрюля наконец была опорожнена для чистки, и только тут на дне её обнаружился свалившийся с сушилки и отнюдь не идеально чистый охотничий носок.