Педагогическая поэма

Изначально к Макаренко у меня было несколько предвзятое отношение - ждала почему-то нудных прокоммунистических лозунгов и рассуждений о правильном воспитании молодежи. Однако, назвался груздем - полезай в кузов; получил задание на флешмобе - будь добр читай.
... и как замечательно, что я не спасовала!
Уже после первой главы я ушла в "Поэму" с головой, искренне сопереживала Антону в его неудачах, и даже в глубине души опасалась, что ничего у него не получится с переустройством Куряжской колонии.
Замечательное произведение о редкой силы и души Человеке. В очередь на прочтение встали "Флаги на башнях".

Когда говорят о великом театральном режиссере, на ум в первую очередь приходит имя Станиславского. Когда говорят о великом психологе, вспоминают прежде всего Фрейда. Когда говорят о великом педагоге, всегда называют Макаренко.

Как из малолетнего хулигана, правонарушителя (по натуре или по воле судьбы) сделать настоящего человека с красотою личности, силою характера, твердостью позиции? Педагогическая наука первой половины XX века ответа на такой вопрос не давала. А Макаренко сделал! Методом проб и ошибок, побед и поражений, работая то на грани отчаяния, горюя о безрезультатности своей деятельности (

или мысли «Куда деваться? Ну, что я могу сделать? Что я могу сделать?»), то на воодушевлении.

«Педагогическая поэма» - роман об истории рождения и становления, расцвета и конца колонии им. М.Горького и коллектива ребят-горьковцев, о жизни сначала тяжелой, нищей, голодной, когда не было ни материальной, ни моральной поддержки, потом процветающей, воодушевленной.
Антон Семенович рассказывает о ребятах, их характерах, их жизни, трудностях и успехах. Он честно и открыто описывает и свои переживания и мысли, свой путь становления как Педагога.

О композиции.
В книге три части.
Первая — о создании колонии и ее первых шагах. Два человека — педагог Макаренко и завхоз Калина Иванович (а чуть позднее несколько учителей) — у истоков колонии. Им присылают шесть подростков-правонарушителей, не признающих дисциплины и бунтующих против всякого воспитания.
Часть вторая — пора расцвета колонии. Воспитанников уже около 50 человек (позднее и 120). Колония переезжает в имение Трепке, заводит мастерские, занимается сельским хозяйством, готовит первых выпускников «в люди» - на рабфак. Описывается организация коллектива через систему отрядов: постоянных и сводных. Выделяются лидеры, сверкают характеры, крепнет коллектив и его дух.
Третья часть. Под Харьковым разлагается колония беспризорных Куряж. Горьковцы переезжают и объединяются, «поглощают» и преобразуют Куряж. Торжество педагогики и фактически отставка Макаренко с должности заведующего («Передо мной стоял короткий выбор: или провал в Куряже, или провал на «Олимпе» и изгнание из рая. Я выбрал последнее»).

О языке.
Макаренко предстает не только как великий педагог, но и как талантливый и остроумный литератор. Он пишет живым, образным, легким для чтения языком — языком замечательным.
Из названия - «Педагогическая поэма» - можно подумать, что это тяжелая нравоучительная книга. Ан нет! Это художественное произведение. Нет в нем педагогических теорий и тезисов, превративших бы книгу в подобие научной работы, проиллюстрированной примерами. Секрет своей воспитательной системы Макаренко спрятал между строк. Только внимательно читайте и увидите, как словом и делом беспризорным ребятам дали почувствовать себя нужными, любимыми, полноценными членами общества.
Рассказ ведется оптимистичным, часто ироничным тоном, несмотря на трудности, с которыми сталкиваются герои, на серьезные социальные проблемы.

Что понравилось больше всего?
Коллектив, который создал Макаренко, его организация, сплоченность и дух, те кирпичики, из которых этот коллектив построен, и цемент, его скрепляющий. Начинался этот коллектив с пяти первых правонарушителей — тех самых «не признающих» и «бунтующих»: Александр Задоров («любимец и крестник» Макаренко, в будущем инженер), бывший вор и будущий врач Бурун, Волохов, будущий талантливый конструктор Таранец, будущий хороший сапожник Гуд — к концу поэмы ставшие моими самыми любимыми героями.
В будущем ребят стало гораздо больше. Они враждовали, притирались друг к другу, дружили, выделялись яркие личности. Многие прошли сложный путь исправления, по которому их вели самоотверженные педагоги. Очень интересно следить за судьбой героев, переживая с ними нравственный переворот, трудности и победы. И очень жаль с ними расставаться: провожать на рабфак сводный отряд Задорова, а затем и второй выпуск, а в конце книги — в самостоятельную жизнь, хоть и зная, что можно снова с ними встретиться...

Итак, книга учит добру, честности, желанию помочь оступившимся. Читается на одном дыхании (уж очень она интересна!). Она стала одной из моих любимых, и я знаю, что буду ее перечитывать.

Что-то я вообще ничего не понял. Для чего это было написано? Что это было? Это вообще не роман в классическом понимании этого слова - так как списывалось всё с реальной жизни и колонии им. Горького. Что примечательно - сначала у Макаренко и его колонистов был культ М.Горького, а позже станет Феликс Дзержинский в других поздних произведениях, к коим я еще прибегну, чтобы лучше понять "а что хотел сказать автор".

Я читал полную версию и такие вырезанные моменты, вставленные заново в поэму позабавили, например сказ о том, как им в 1920е подсунули вместо педагога профессиональную красивую проститутку и ночами она звала колонистов к себе в комнату. Позже пришла к ним в колонию настоящий соц.работник женщина, которая звала Антона Семеновича к себе на дачу чаю попить: "да что ж вы за дикарь такой - к чаю еще что-нибудь полагается" Макаренко неприкосновенен и сух - колонисты зовут, нужно разбираться со студентками с Харькова вновь прибывшими в колонию на практику. Но из различных эссе нахожу информацию, что Антон Семенович закидывал любовными письмами ту самую женщину в 1920е, какую в своей поэме педагогично-тактично игнорировал. И Антон Семенович не безгрешен?

Подводя итог: это произведение ну никак нельзя воспринимать буквально "как воспитывать детей" не читая других работ маэстро. Может потому и стал популярен Макаренко больше Ушинского и прочих педагогов тем, что он не просто теоретизировал и не кусочками подпитывал педагогику как Лев Толстой, а прям с головой в это ударился и всю жизнь этому посвятил, попутно фиксируя на бумагу все мелочи своей жизни и колонистов, коммунаров?

Ура! "Кирпич" одолела. К сожалению, не могу присоединиться к тем восторженным отзывам, в огромном количестве присутствующим здесь, на ЛЛ. Оценку выставила ближе к положительной больше из уважения к автору как одному из выдающихся педагогов своего времени, но в целом книга скорее не понравилась.

О положительных моментах "Педагогической поэмы" уже много было сказано, не буду долго останавливаться на них, просто коротко перечислю, что мне понравилось. Во-первых, сам А.С. Макаренко как педагог, воспитатель, несомненно вызывает уважение. Свою колонию им. Горького он создал практически с нуля, сумел найти подход к подросткам, которых сейчас принято называть "трудными", сплотить их для созидательной деятельности, приучить к дисциплине. Причем ребята подчинялись ему, потому что уважали и любили, а не потому что боялись, а с таким контингентом это дорогого стоит. Во-вторых, что касается непосредственно "Педагогической поэмы", книга написана простым языком, задорно, с юмором, иногда с легкой ехидцей, проникнута любовью к воспитанникам, теплотой и благодарностью к людям, работавшим с Макаренко бок о бок над становлением колонии им. Горького, особенно выделяя среди них завхоза Калину Ивановича, бывшего практически правой рукой Антона Семеновича (для меня он вообще стал одним из любимых персонажей в книге) и энергичного, неутомимого Эдуарда Николаевича Шере, отвечавшего в колонии за сельское хозяйство. Ну вот, пожалуй и всё, что мне в "Поэме" понравилось.

Теперь о том, что не понравилось. Наверное, это прежде всего общий стиль, вполне отвечающий времени написания. Чем дальше, там больше книга напоминала мне типичный производственный роман в духе соцреализма со всеми его особенностями. Ну не мое это совсем, мешает мне это воспринимать сюжет во всей его полноте. Отталкивающее впечатление произвели и некоторые вполне конкретные моменты.

Для меня они перевесили плюсы этого произведения, существенно повлияв на оценку. Вообще, из-за них "Поэма" читалась достаточно трудно, только благодаря флешмобу не отложила чтение до лучших времен и догрызла этот воспевающий социалистическое строительство кактус.

Само название говорит о том, что это за книга, не говоря уже о ее авторе, за которого говорят не слова, а дела, внесшие новые направления в педагогику и которые, к сожалению, затерялись в дебрях бюрократизма и невежества расплодившегося в настоящее время чиновничества в многочисленных государственных и местных органах от образования. Книга полезна всем от юноши и девушки до убеленных сединами стариков не только своим захватывающим сюжетом, но, в первую очередь, теми принципами, методами и приемами двуединого процесса воспитания и образования личности. Каждому человеку в той или иной степени приходится сталкиваться с этим.
Когда в юношеском возрасте я прочитал "Педагогическую поэму" в первый раз, она мне просто понравилась своим сюжетом. Я даже не предполагал,что в последующей своей жизни мне придется неоднократно возвращаться к ней и перечитывать, выбирая то, что необходимо было в практической работе.

Прекрасный труд прекрасного педагога. Поэма повествует о нелегких буднях воспитанников колонии имени Максима Горького в период с 1920 по 1932 года. Книга, разумеется, пропитана духом коммунизма. Сейчас, в эпоху капитализма, многое о чем пишет Макаренко может показаться неправильным и даже диким, однако я считаю, вся проделанная Макаренко работа достойна аплодисментов и тогда, и сейчас. Автор пишет, что он был против дел, которые заводили на ребят за их прошлые грехи. Он не считал колонию Горького исправительной колонией, в том смысле, как это принято считать. Попав под крыло Макаренко каждый имел шанс оставить прошлое позади и начать жизнь с чистого листа. Не всем такое удавалось и не все этого желали. Зато уж те, кто оставался, по-настоящему росли, духовно и физически. Макаренко верно перестал читать педагогические труды своих коллег. Теория - это красиво, но практика с теорией порой сильно разнятся. Какой смысл читать правильное мнение других о том, что следует или не следует делать с воспитанниками, у которых было трудное детство , если у Макаренко эти дети были уже, так сказать, на руках. Не важно, что привело их в колонию, главное - что они будут делать дальше. А дальше колонисты трудились и учились, учились и трудились. Учились жить в коллективе, учились честно работать. Учение и труд уничтожили тени их непривлекательного прошлого. И только так можно помочь заплутавшим ребятам. Труд Макаренко неоценим. Даже в наше время такой подход благоприятно скажется на воспитании человека. Жизнь в коммуне научила ребят, что нет ничего "моего" или "твоего", но все общее, поэтому у них было соответствующее отношение к вещам и работе. При этом индивидуальность не подавлялась, а поощрялась. Если у кого-то была особая любовь к работе в поле, то колонист работал в поле и получал образование в этой сфере. Если кто-то любил лошадей, то становился конюшенным. В колонии даже был свой театр, то есть образование шло во всех направлениях. Лень и праздность не поощрялись, не была отменена и система наказаний. Макаренко считал, что если исходить только из интересов ребенка, то никакого воспитания не получится и был прав. Нельзя стремиться только к приятному времяпрепровождению. Борьба и преодоление препятствий закаляет характер, дисциплинирует, делает человека более гибким, всесторонне развитым. Когда первый выпуск колонии Горького отправился в большой мир Макаренко испытывал страх, вдруг все забудется, вдруг его воспитанники вернуться на кривую дорожку. К счастью, большинство выпускников не забывали уроков, что получили под присмотром любимого учителя, ведь немыслимо забыть искреннюю любовь и заботу, немыслимо забыть нелегкий путь и поиск себя настоящего. Прекрасное было время, прекрасный труд, прекрасный учитель.

В этом нехитром с виду бытописании истории колонии для малолетних преступников им. Горького оказалось столько пластов, что в пору писать не рецензию, а аналитическую статью.

Стилистически это сильно напоминает "Как закалялась сталь". Легкий язык, пафос строительства коммунизма и новой жизни, 100% идеологическая выдержанность. Экстравертно, без лишней рефлексии, без украшательств, голые факты тоже построенные на документальной основе (было бы интересно посмотреть реальную историю Колонии имени Горького и сравнить с описанным, но я поленюсь). Иногда автор все-таки вспоминает, что он же теперь писатель и вдается в совершенно ненужные и выбивающиеся из тона художества, но, к счастью, делает он это не часто.

В общем, и "педагогическая", и "поэма" в названии следует понимать сугубо в ключе самоиронии. Большая часть книги лишена какого-либо педагогического (в смысле науки) содержания. И я уж было подумал что такового в ней вовсе нет, но неожиданно случилась глава "У подошвы Олимпа", где в концентрированном виде на 15 страницах все размышления автора о теории педагогики и оказались сложенными. Однако читать ее в отрыве от контекста всей поэмы, я бы наверно не стал рекомендовать.

Да и вообще, если бы кто попытался использовать макаренковские методы сейчас - загремел бы, наверно, в тюрьму. Практическая применимость этого опыта в наше время близка к нулю. Не только в обычной педагогике, но и непосредственно в случае обучения "трудного" контингента. И слава богу. Потому что реально воспитанием занимался не столько Макаренко, и даже не хваленый "коллектив", сколько сама жизнь, трудная настолько, что способна была закалить сталь любого качества.

Размышлений от контекста возникает очень много.
Самый важный вопрос, на который, кажется, нет ответа ни у кого, включая самого автора, заключается в том, почему же все-таки все шло именно так, как шло. Как возник этот феномен горьковцев? Доля обобщений и теоретизирования представлена в помянутой выше главе, но она не удовлетворяет. Я сформировал для себя несколько тезисов, быть может неправильных:

• Дети. Колонисты - не зрелые, умудренные опытом люди, они вчерашние и сегодняшние дети. Поэтому они провоцируются на эмоции, на интересную (пусть физически и тяжелую) игру, на искренность, на взрослое отношение к ним. С взрослыми заключеными (например) ничего такого бы не получилось.
• Атаман. С самого начала Макаренко по сути дела возглавил банду. Тем самым у него возникла и возможность влиять на процессы с одной стороны, и необходимость подчиняться им - с другой. Проявленный им талант - не талант воспитателя, не талант организатора, не талант руководителя. Нет, это талант, благодаря которому один из банды становится паханом - ее центром и стержнем. Талант Джона Сильвера. Были ли у этого альтернативы? - Пожалуй что и нет в тех условиях.
• Жизнь. Внешние условия слишком тяжелы, в результате бежать из колонии некуда. Вокруг разруха и голод. Практически любой режим в колонии в таких условиях становится лучше того, что ждет беспризорника снаружи ее.
• Полный интернат как для воспитанников, так и для воспитателей. Необходимость постоянного полного контакта между детьми и воспитателями позволило сбиться им в единую банду. Вряд ли Макаренко смог бы что-нибудь сделать, если бы уезжал каждый вечер домой к жене.
• Солдат скучать не должен. Старая армейская истина была выражена Макаренко прямым текстом в конце 2 части. Колония наполнена пассионарными людьми с избытком энергии. Ее нужно утилизировать. Обязательно. Иначе колонию взорвет изнутри.

  То как Макаренко сам видит принцип работы и задачу колонии я здесь пересказывать не хочу - это надо читать самому. Там все сложно и неоднозначно. В каком-то смысле, колония - фабрика по производству чекистов. И вокруг этой мысли - в контексте "имеет ли право учебно-воспитательное учреждение быть фабрикой и как оно будет обеспечивать ассортимент продукции (как раз то, из-за чего в конечном итоге и посыпалась советская промышленность)" - в контексте "не странно ли, что чекисты получаются очень удачно из бывших преступников и маргиналов" - в контексте "а сколько вообще нужно людей такого сорта" - роем веют мириады тем для дискуссий, причем куда более интересных, чем вопрос, можно ли наказывать детей, и стоит ли платить им зарплату.

  Я не знаю, хорошая это книга, или плохая. Ей многого не хватает. Она выглядит немного однобокой: взгляд Макаренко с каждой строчки может и правдив, но односторонен. Она практически лишена психологии, что для такой темы совершенно непростительно. Если попытаться проследить сквозь прошедшие годы характер отдельных колонистов - то окажется, что его в общем-то и нет. Есть только отдельные рваные лоскутья черт, часто противоречащие друг другу. А изредка появляющиеся в повествовании воспитатели больше напоминают сказочных персонажей, чем живых людей.

книга рассчитана на педагогов и родителей. я не отношусь ни к первым, ни ко вторым. поэтому книгу я читала долго и временами мучительно.
я не критик большевизма, но книга просто пропитана им. пропитана верой в светлое советское будущее. все это отдает таким пафосом, что порой смешно, но чаще страшно. особенно сейчас, зная, чем закончились все эксперименты большевиков. лично я чувствовала некую фальшь со стороны как самого Макаренко, так и его воспитанников. а иногда даже коробило от творимого ими всеми. не так я понимаю воспитание.
на мой взгляд педагог из Макаренко был очень посредственный.
его последними словами были: «я - писатель Макаренко…».

Действительно педагогическая и, во истину, поэма... Но не только педагогика(или упаси боги - "соцвос" во всей красе) основа повествования, нет. Здесь в центре стоят дети и воспитатели, обитатели трудовой колонии имени Горького, во всей своей настоящести. Я сначала глазам своим не поверила, читая о том, как считающийся ныне столпом педагогики Антон Семенович признает все свои педагогические поражения и неудачи. Признается во всем, как есть, прежде всего самому себе. Пусть бы как не менялось время, а такой любви к делу, такой энергии, такого желания переменить к лучшему судьбы детворы с самым темным и неприглядным прошлым, нет цены. Это редкое умение верить в то, что из вчерашних преступников можно сделать людей для счастливого будущего, даже в самые черные периоды колонии.
Воспитанники встают перед глазами, как живые. Они настоящие до самой последней черточки. У каждого свой характер и своя "удача". Нет тут "идеалов", зато антагонисты встречаются. Встречаются и неисправимые, что уж тут. Но так и в жизни. Все разные, но умеют работать во благо общих целей. Умеют помочь товарищу. Умеют трудиться.
Эта книга клад не только для педагогов, нет. Для любого человека, неравнодушного, интересующегося. Быть может, вы не почерпнете пед. убеждений из ее строк, но,вдруг, эпилог заставит вас подумать о родных школах-вузах, где, быть может, давно-давно ждут вас, выросшего, реализовавшегося в жизни ваши педагоги. Ждут терпеливо, не усердствуя в своем желании увидеться и поговорить, не виня за "забывчивость" и отсутствие времени. Возможно, вы поймете сколько души и сил вкладывается в воспитание каждого из нас настоящими учителями, которых нам посчастливилось встретить на пути.
В общем, рекомендую читать. И да не смутит вас давность событий и "несовременность" целей.