Юрий Бондарев. Собрание сочинений в 6 томах (комплект)

В начале мая я была на сборах в горах, и на одном из восхождений наша группа попала в непогоду: метель, ураганный продувающий насквозь ветер, сдувающий с гребня, сечёт лицо мелкими льдинками вперемешку со снегом, видимость такая, что напарника в связке не видно уже в 7-8 метрах от тебя, а не слышно и подавно. На митинге 9 мая мы стояли у мемориала и вспоминали тех, кто воевал в этих местах, в такую же непогоду, если не хуже, которую мы с трудом переживали в хорошем снаряжении. А они в плохоньких шинелях и при полном отсутствии снаряжения и подготовки стояли насмерть, а если умирали, то молча падали в пропасть, чтобы не выдать себя врагу. Мы смотрели, как не могут сдержать слез инструктора, откапывавшие тех, кто до сих пор вытаивает из ледников со времен той войны….
Я помню, как первый раз оказалась на Мамаевом кургане в Волгограде в зале Вечной Славы. Там невозможно сдержать слёзы. Мне сложно до сих пор представить, насколько пропиталась кровью эта земля, как она застлана человеческим телами…каждый клочок, каждый сантиметр этого города, стёртого с лица земли пропитан героизмом…Что ни дом, то подвиг и пример непоколебимой любви к Родине.
О таких людях пишет Бондарев. Молодой лейтенант, сразу после выпуска из училища, принявший боевое крещение под Сталинградом. Ему есть о чем рассказать о том, какой на самом деле была эта война, какими были те, чьими руками была вырвана победа. Герои Бондарева вроде бы обычные люди, но это яркие самобытные персонажи :один всегда не прочь позаигрывать с молоденькой санинструкторшей, другой красавец-мужчина, пытается скрыть свои чувства, считая их ненужным на войне. Одно общее у них – они настоящие, им веришь на все 100%, чувствуешь, как липнет внутри все от страха быть убитым, не доехав до своего первого боя, под обстрелом «Юнкерсов», как рвётся внутри всё в бешенстве от этого бессилия и ненависти к собственному страху, как врываются в землю, спасаясь от обстрела , как всё опускается внутри от потери дорогого человека и слёзы текут от невозможности что-либо изменить. Страшна любая война, когда она предстает не в свете боевых орденов и медалей, а в свете людских трагедий, разрушенных судеб, боли. Эту книгу сложно описать, её нужно прочувствовать, вжиться, понюхать пороха вместе с её героями.

Если у меня будут дети, я хочу, чтобы знали и помнили, какой ценой далась эта победа, скольких сил, жизней, поколений она стоила, чтобы придавить фашистскую гадину. Я дам им почитать Бондарева и не только. Обязательно.

Наверно мое первое знакомство с литературой о Великой Отечественной войне. И оказалось оно чрезвычайно приятным.

Поздняя осень 1943 года. Сталинград позади. Сколько еще дней войны впереди - кто знает? Бои идут у берегов Днепра. Мы на одном берегу, враг - на другом. Так и перестреливаемся, перекидываемся снарядами друг в друга.

Ясные деньки все реже. Все чаще небо покрывается свинцовыми тучами, и проливается холодным дождем. В сырых шинелях зябко. Спасительное тепло - у костра, который приходится прятать под брезентом, чтобы яркий свет огня не привлек внимания артиллерии с того берега.

Командование поставило задачу: взять город Днепров. Подгоняет, торопится. Придется форсировать реку под бешеным вражеским огнем. Нужно зацепиться на противоположном берегу, оттеснить насколько возможно врага, и тогда уже просить огня у артполка. Запускаешь сигнальные ракеты, их замечают наши, и тут же тебе поддержка от артиллерии. Все просто. Врагу мало не покажется.

Все продумано, все должно быть хорошо. Необходимо застать врага врасплох. И пусть "то, что легко и, казалось, просто начертается в штабах, нестерпимо трудно оборачивается в деле", - все равно нужно надеяться на лучшее.

Лежит такая книга дома в таком зелёном издании, военная литература там написано. 2 раза её читал, первый раз подростком, второй раз уже более осознано и еще хочется прочесть. Из русских писателей мало кому так удавалось совместить идеально батальный жанр с кинематографичным стилем описания. Книга делится на несколько частей. Описание батареи во время войны, девушка немка, потом спустя много лет встреча с этой немецкой женщиной в Германии уже в 1970-е. Во второй половине книги чувствуется западный стиль писателя. Написано чётко, как-будто писал Хаксли, к примеру.

Вообще книга огонь. Для перечитывания годится и почему-то не совсем оценённая как шедевр из советской прозы. Это учитывая, что я почти ничего из русского не читаю. И такая любовь к этому автору и книги.

Ты можешь не верить в то, что предначертано, но придет день, Вадим Никитин, когда судьба-провидица достанет тебе десять карт из потрепанной колоды жизни, и в этом раскладе будет предсказание для тебя и для таких же писателей, солдат и советских людей. Ты готов? Тогда начинаем.

1 карта. Ситуация.
Девятка кубков. Сейчас ситуация в твоей жизни предполагает довольство текущим положением дел, процветание, практичность и стабильность.
Итак, мы открываем книгу, пробегаем глазами по первым строчкам и уносимся в мир писателя Никитина, уже не юного человека, познавшего славу и успех на Родине и за ее пределами. Казалось бы, все у него замечательно – он летит в самолете, рассекая облака, навстречу поклонникам и новым знакомствам, его пускают за границу из страны, где сказка ежедневно становится былью, он обычный человек с прошлым и будущим. Таким было бы первое впечатление, если бы мы увидели Вадима воочию. Но автор романа дает нам гораздо больше. За аккуратным фасадом скрывается человек с морем рефлексии, интроверт с глубоким самокопанием, терзаемый сомнениями и кошмарами прошлого. И нам интересно, можно ли узнать в лейтенанте Никитине писателя Бондарева, тоже советского человека, бывшего фронтовика, награжденного медалью «За отвагу». Скорее всего, да.

2 карта. Развитие ситуации.
Смерть. На пути к цели тебе поможет умение меняться, не изменяя при этом себе.
В романе мы встречаем героя, который изменился как минимум дважды, и при этом остался человеком со стержнем. Молодой лейтенант, начинающий писатель и зрелый человек Никитин может стать для нас примером того, как надо проживать жизнь. Сколько было людей, которых война не просто поломала, а прямо-таки растерла в порошок. Читая очень личную историю главного героя, мы погружаемся в паутину размышлений о людях, переживших войну, о нашем прошлом и том, что происходит вокруг нас сегодня.

3 карта. Подсказка
Девятка жезлов. Гадание советует тебе приготовиться к трудностям и борьбе, чтобы в нужный момент суметь постоять за свои интересы.
Очень полезный совет, надо сказать. Интересно, чего боятся люди, пережившие голод блокадного Ленинграда или сталинградскую мясорубку, потерявшие близких накануне Победы или вернувшиеся буквально с того света. Повторения прошлого? Забвения? Или обычных снов, где все кошмары оживают?

4 карта. Истоки ситуации
Тройка мечей. Истоки кроются в ситуации, когда ты пережил сердечную драму и потерял то, что было тебе дорого.
Теперь можно поговорить о так называемой изюминке романа – любви советского солдата и немецкой девушки. К счастью, Эмма и Вадим были не настолько глупы, чтобы не понимать невозможность своих чувств. Отсюда и яркое, почти осязаемое сравнение с бабочкой, которая не может жить в ограниченном пространстве. Невольно мы стали свидетелями наивного чувства, болезненного расставания и сожаления длинной в 26 лет. Кто знает, как бы сложилась судьба этих юных душ, не будь они изначально врагами друг другу, но любовь в романе можно смело назвать символом продолжающейся жизни, тем самым цветком, вставленным в дуло автомата.

5 карта. Прошлое
Сила. В прошлом была ситуация, когда ты проявил чудеса терпения, стойкости и внутренней силы, сумев совершить практически невозможное.
Война, грохот орудий, кровь, пот и слезы есть в этой книге с тягучим повествованием и погружением в мысли главного героя. Особенно тяжело от того, что до победы оставались считанные дни, а солдаты не знали об этом. Пять долгих лет они жили в постоянном страхе и ожидании, не задумываясь шли в лобовую атаку на танки, и прожили бы так еще пять лет, если бы было необходимо. Война – это испытание для идеалистов княжко и беспринципных межениных, это испытание духа на всю оставшуюся жизнь. Юрий Бондарев представил нам книгу с запахом пороха и стали, настоящую книгу о страшном.

6 карта. Будущее
Мир (перевернуто). В скором будущем у тебя – несбывшиеся надежды. Не поддавайся негативному настрою и не опускай руки, иначе внутренний разлад станет преградой на пути к мечте.
Герои предсказуемо встретились спустя много лет, вспомнили себя молодыми, натолкнулись на оборонительные стены своего жизненного опыта и пошли разными дорогами, потому что их любовь по-прежнему невозможна. Грустно, но гораздо более реально, чем трогательное воссоединение спустя года где-нибудь на смотровой площадке Эмпайр-стейт-билдинга.

7 карта. Ты
Четверка кубков. Ты испытываешь эмоциональную усталость, чувствуешь в своей жизни застой и не знаешь, как его преодолеть.
Одно из наиболее сильных впечатлений от книги – это чувство оторванности главного героя от дома. Нет, он самый обыкновенный человек, но в раздумьях Никитина столько противоречивости, какой-то даже растерянности, что в герое узнаешь если не себя, то кого-то из близких точно. Трудно сказать, повлияла ли на него война, или просто человек такой мятущийся, но как же иногда полезно знать, что будет. Например, как повел бы себя лейтенант Никитин, если бы узнал, что до конца войны рукой подать? Что бы сделал писатель Никитин, если бы узнал, что через какие-то двадцать лет Союза не станет?

8 карта. Окружение
Дьявол. Рядом с тобой находится человек, который не чужд соблазнам, материальным желаниям и страстям.
Это даже не человек, а загнивающий запад с падением морали, который советский писатель Бондарев описывает порой излишне топорно и неуклюже. Эти рассуждения не звучат в унисон с остальной историей и напоминают мамонта на пляже, да и наш сегодняшний быт мало отличается от тех безнравственных картин в гамбургских ресторанах. Прощай, век двадцатый, ты был совсем другим.

9 карта: Надежды и опасения
Десятка мечей. Ты надеешься, что горький опыт потерь и разочарований позволит тебе в будущем уберечься от серьезных ошибок.
Все, что нас не ломает, делает нас сильнее. Трудно сказать, подходит ли эта простая истина Никитину, но горького опыта у него на две жизни хватит. Он ищет свой берег и пока не находит, его гложет чувство вины, и во всей этой рефлексии есть что-то личное для каждого из нас.

10 карта: Окончательный итог
Суд. Исход твоей ситуации неоднозначный. В конечном итоге ты способен добиться своего, но твои цели и желания сильно изменятся. То, что сегодня кажется важным, скоро может потерять свою ценность.
Однажды Вадим попросил Эмму не забывать. “Nicht vergessen, nicht vergessen”, - шептали они друг другу в надежде, что разлука не будет вечной. А ведь и правда, очень важно не забывать, особенно сейчас, на фоне попыток обесценить подвиг, переврать и переиначить известные события. Все, что мы сейчас можем сделать для людей, которых не стало тогда, это помнить о них. Акции памяти говорят о нас как о людях гораздо красноречивее разрушенных памятников.

Прекрасная повесть, где герои не рефлексируют, а действуют. Бондарев замечательно показал, что происходит с людьми, когда они попадают в сложные ситуации, когда приходится перед лицом врага, ради долга перед страной, собраться, сосредоточиться и забыть о себе, сражаясь до последнего патрона. (Да, рядовые солдаты иногда паникуют, но слыша приказ командира, преодолевают страх и поворачиваются лицом к врагу. Не знаю, смогла бы я так же, начав бежать, остановиться и вернуться на позицию.) Иногда комсостав вынужден идти на обман, на сознательные потери личного состава, на утрату собственной жизни.
Только решив поставленную задачу, на примере Ермакова, Иверзева и др. мы видим, как герои позволяют себе остановиться не надолго, оглянуться на содеянное, прочувствовать то, что им пришлось сделать, выдохнуть и продолжить сражаться за свою землю.
".. я сам не знаю, буду ли жить, буду ли, но люблю все, что осталось, люблю... Ведь человек рождается для любви, а не для ненависти!" Вопреки всему, пережив страшные минуты, находясь на грани смерти, советские солдаты в лице Кондратьева сумели сохранить любовь к жизни, стойкость и человеколюбие.
Вообще повесть поднимает очень много тем и все они кажутся важными, что даже не знаю, как все охватить. Тут надо каждому прочитать и самому подумать)

С самого детства я любила читать книги о Великой Отечественной войне, о мужестве и героизме советского народа. С годами, начинаешь понимать, через что пришлось пройти многострадальному русскому народу. Повесть Юрия Бондарева "Батальоны просят огня" рассказывает об одном из эпизодов сражения советских войск против фашистов летом 1943 года: о форсировании Днепра южнее Киева двух батальонов 85 стрелкового полка, где в полной мере проявились стойкость и сила духа русских солдат, защищавших родную землю. Нашим войскам была поставлена задача: укрепившись на плацдарме и завязав бой, подать сигнал дивизии «просим огня», после чего вся дивизионная артиллерия должна была ударить по противнику. Однако вскоре командование меняет план наступления, приказав данной дивизии сняться с занимаемых позиций, соединиться с другой дивизией, и атаковать город с севера. Уже вступившие в бой батальоны, оставшиеся без огневой поддержки, получил и приказ «Не отступать!», чем обрекли себя на верную гибель. Из нескольких сотен человек в живых остается всего пятеро! В книге поднимаются очень сложные для человека вопросы: взаимоотношения между героями, их мировоззрение и отношение к войне, правильность действий военного руководства, каждодневный, обыденный подвиг русских солдат. Автору прекрасно удалось показать человеческие судьбы, разрушенные войной, описать характер каждого персонажа, суметь найти место личностным конфликтам и показать войну без прикрас. Книга читается на одном дыхании, я не могла от нее оторваться и использовала каждую свободную минуту, чтобы снова вернуться к чтению. Очень важно читать такие книги, потому что они не позволяют забывать о подвигах, совершаемых нашими дедами и прадедами.

Сегодня исполняется сто лет со дня рождения нашего замечательного классика, великого русского человека — Юрия Васильевича Бондарева. Уж казалось бы юбилей из юбилеев, но ни праздничных торжеств, ни вала просветительских и поминальных телепередач, ни иных государственных знаков внимания.

Вместо того, чтобы возводить очи горе, я лучше внесу скромный вклад в увековечивание памяти (Интернет помнит все!) и попробую показать ,почему она так важна для нас и сейчас, и — уверен — в будущем.

Роман «Берег», который я дочитал четыре дня назад, как раз в преддверии юбилея, настолько масштабное и великолепное произведение, что достойно отдельных монографий, или хотя бы сборников статей от наиболее опытных критиков. Но мы ведь «ленивы и не любопытны», как замечено еще двести лет назад, так что даже обзорных книг по творчеству Бондарева в демократической России не выходило. А писать о книгах такого калибра очень тяжко. Поэтому решил свой отзыв разделить на отдельные фракции.

Художественное. Так о своей прозе писал Лев Николаевич Толстой. Это имя — первое, что приходит на ум в возникающей по мере чтения цепочке ассоциаций. Ибо в «Береге» Бондарев создал свою «Войну и мир». Ни много ни мало. Раньше он эти темы поднимал по отдельности, с некоторым, понятно, пересечением. Но тут темы связаны и находятся в неразрывном единстве. Начинается роман с описания светской жизни высшей элиты сразу двух стран (советские деятели культуры и представители крупного бизнеса Западной Германии), а затем мы погружаемся во фронтовые будни конца Великой Отечественной войны. И хотя в книге описываются первые дни мая 1945 года, но и для батальных сцен там осталось много места. Собственно, они центральные в романе. И все это написано на высшем уровне вообще возможностей русской прозы. Более живого, сложного, ярко индивидуального, строго выразительного и емкого языка трудно себе и представить. Каждая деталь, сцена, диалог самим строем речи вызывают у читателя предельную концентрацию внимания. Ты не можешь скользить расслабленно по странице глазами, а буквально вгрызаешься в текст, как в вязкую землю окопа. От некоторых сцен так перехватывает дыхание, что приходится отложить книгу и пройтись по комнате, просто чтобы отдышаться и прийти в себя. Большей вовлеченности читателя в текст, кажется, невозможно и добиться.

Бондарев взял на вооружение не только пластику, обстоятельность и многозначность толстовской прозы. Высших достижений русская литература всегда добивалась путем синтеза сразу нескольких художественных техник. Так, великая проза 19 века возникла на синтезе резкого реализма Пушкина и социального гротеска Гоголя. Юрий Бондарев в своем романе смог синтезировать художественные достижения как минимум четырех великих классиков.

Сражение артиллерийских взводов лейтенантов Княжко и Никитина с немецкими самоходками — это, конечно, Толстой. Но вот сжигание денег в камине и разговор с чертом (в смысле, с немецким журналистом) — достоевщина чистой воды. Мало того, сама композиция романа о первой любви, обрамленная прологом и эпилогом «много лет спустя» — излюбленный ход Ивана Сергеевича Тургенева. Есть в первой части большая вставная новелла о том, как молодой прозаик Никитин отмечает свой первый гонорар и едва не погибает в драке с уличными хулиганами в самом центре Москвы. Антон Павлович Чехов тут сквозит из каждой строки. Только не Чехов историй о мятущейся душе интеллигента, а Чехов «Убийства» и «Рассказа неизвестного человека». Тоже был «жестокий талант».

При этом Бондарев ни секунды не является рабом-эпигоном, научившемся «снимать» удачные творческие ходы подлинных мастеров. Все находки прошлого он связывает в единую художественную стратегию, транслируя ее с помощью собственных слов и идей. Сам становится вершиной, рядом с другими вершинами. (Чтобы не быть голословным. Из роман в роман у Бондарева проходит пара офицеров. Первый — это подлинный человек войны, для него это главное дело жизни, другой — человек мысли ,попавший на войну по обстоятельствам, но при необходимости сражающийся с доблестью льва и яростью тигра. Прямо как князь Андрей в 1805 году и Пьер Безухов на батарее Раевского из «Войны и мира». У Бондарева в «Горячем снег» это Дроздовский и Кузнецов. А в «Береге» это лейтенант Княжко и лейтенант Никитин. Но новация — и очень существенная в том, что Княжко сам воспитал себя для дела войны, а Никитин не потомственный аристократ, случайно оказавшийся в бою, а рефлексирующий интеллигент из самой толщи народа, для которого война стал временным но центральным событием, потому что таков его долг Родине. Герои Толстого находят своих преемников на совершенно новом этапе истории России, в новом обществе и с другими идеалами).

Идеи романа. Лет десять назад, когда нескончаемый мировой экономический кризис превратился в перманентный кризис политический, разрешившийся теперь войной, я пришел к выводу, что эпоха начала 1970-х годов стала «осевым временем» для последующих пятидесяти лет мировой истории. Реакция государственных институтов по всей планете на «молодежную революцию» 1968 года, начавшаяся уже в следующем, 1969-м, году, привела к созданию нового миропорядка, который теперь на наших глазах в крови и жестоких мучениях издыхает. Тут тебе и позорное для США завершение войны во Вьетнаме, и глобальный энергетический кризис, и подготовка Хельсинских соглашений по международной безопасности, и начало периода конвергенции между соцлагерем и странами капиталистического блока. И все это одновременно. И именно в эти годы Юрий Бондарев пишет свой «Берег».

Все темы и проблемы эпохи писатель выразил прямо и открытым текстом. Мы эти вопросы сейчас закрываем, и будем еще закрывать, как минимум, ближайшие десять лет, поэтому четко сформулировать для себя еще раз не мешает. Точнее, остро необходимо. А Бондарев их максимально четко проговаривает (он прямо сказал, что дело писателя — проблему выявить и четко очертить, а не давать готовые ответы и непрошенные советы ,что он и делал).

Противостояние России и Запада. Какие точки опоры есть в русском народе и кто его враги. Какую цену за войну и за мир мы должны будем заплатить (и обязательно заплатим!) как нация и каждый из нас по отдельности.

И все это преподносится не как декларация, а в острейшем конфликте как с прямыми противниками из представителей западногерманского общества, так и в идейных столкновениях с казалось бы своими. С людьми, вместе с которыми ты каждый день жизнью рисковал под ураганным огнем противника. Юрий Бондарев показывает, что за идеи гуманизма, патриотизма и справедливости было и будет жизнями и судьбами миллионов заплачено.

(Если кто роман не читал, но читает мои скромные тезисы, не подумайте, что Бондарев какое-то партсобрание описывает в романной форме. Не того калибра он художник. Напротив, книга в основном описывает — особенно в современной части — сцены из «сладкой жизни»: походы по кабакам, стриптизбарам и проституткам. Приключения двух советских писателей в порнокинотеатре — такого вы от советской литературы обычно не ожидаете. И как писатель из этой клоаки вырулил на самые важные и жизненно сущностные вопросы эпохи — это и есть великое искусство прозы!)

Вопросы духовности. Как ни странно, это верность идеалам юности. Почти пятидесятилетний писатель Вадим Никитин вспоминает себя двадцатилетнего лейтенанта Никитина, вопрошает: все наши жертвы, наша борьба — это все было правильно, было не напрасно? И похоже именно тогда Юрий Бондарев для себя все решил окончательно ,и следующие почти полвека жизни, на самых страшных виражах нашей истории от своих принципов не отступался. То, что он в 1970-м году понял ,что главным рубежом будет верность, честь и предательство, показывает его как глубокого мыслителя. Многие из его поколения и младше вообще так ничего до гробовой доски и не поняли. Да еще и воспитали два поколения некрепких умом обывателей.

Тут — чтобы высветить проблематику — в пору рассказать об основной ошибке Бондарева, судя по роману. Он думал, что главными врагами современного ему общества, главную опасность для страны представляют рвачи и лакеи из приемных Высоких Кабинетов. Тут все сошлось в образе сержанта Меженина. А также завистники и карьеристы из второго эшелона отечественной элиты, которым бог таланта не дал, а амбиции тянут их на первые места. Таков писатель Платон Самсонов (имя-то какое издевательское — богатырь на глиняных ногах и с гнилой душонкой). Он в это верил, потому что иначе бы другое и написал. Предельная честность — это была всегда его главная черта таланта.

Юрию Бондареву и в голову не могло прийти, что предателями и разрушителями государства станут люди из самого высшего эшелона власти, а также высшая культурная элита Советского Союза, удостоенная самых высших государственных наград и умасленная всеми возможными благами. Все идеалы юности были ими попраны и раздавлены. В 1988 году они их предали, а в 1993 году продали, дружно поддержав фашистский путч Ельцина. А люди типа Никитина были победой Запада просто на просто убиты, даже в прямом смысле. Осенью 1991 года покончила с собой Юлия Друнина, осенью 1993 года совершил суицид Вячеслав Кондратьев.

Значит борьба была напрасна? Конечно, нет! Во-первых, она продолжается и исход ее, мягко говоря, не предрешен. У нас нет другого выхода ,кроме Победы ,если мы хотим сохранить человечество как самосознание Вселенной (и об этом тоже есть рассуждения в романе!)

Юрий Бондарев всей своей почти столетней жизнью показал — и это его нравственный завет всем нам — что можно быть верным идеям справедливости и добра, блюсти честь с молодости и до гробовой доски, биться открыто и гордо до конца с теми, кто хочет заселить Землю вместо людей мраком и ужасом. Он умер в очередной тяжелый для Родины час, завещая нам дорешать главные вопросы, над которыми и сам думал, и в чье разрешение внес весомейший вклад.

П.С. Пару слов о частностях. Чисто по-человечески на меня наибольшее впечатление произвела не трогательная история любви с юной немочкой, а эпизод с гибелью санинструктора Жени в окружении. История настолько душераздирающая, что едва переносимо. А Бондарев не только рассказал ее на высшем художественном уровне, но еще и показал ,что для лейтенанта Никитина это был всего лишь один эпизод войны. Да, тяжелый, но их таких много было. Вот как надо антивоенную прозу писать ,а не сопли распускать о своих трусливых пожалейках!

Композиция. Читая две первые части, казалось ,что она слишком совершенна — вот же странный упрек!)) Все так четко пригнано и слаженно, что создается впечатление не искусности, а искусственности. Но в третьей части книга как роза распускается. Просто поэма в прозе! Поток сознания сочетается с поистине джазовой импровизацией и рифмовкой метафор по принципу смежности. Полная свобода, завораживает, как полет на дельтаплане! Все-таки это одна из лучших книг в истории русской литературы!