Сочинения в четырех томах. Том 1

Истинно так, это я по поводу названия своей рецензии. Ведь и паутинка - вещь очень тонкая, а как раз она и есть связующее звено этого миниатюрного, но такого глубокого рассказа. Хотя с его жанром не все сборники Акутагавы сходятся: где-то он значится как рассказ, где-то как новелла, а где-то как сказка.

Но давайте вспомним старую русскую песню "Было двенадцать разбойников, был Кудеяр-атаман, много разбойники пролили крови честных христиан..." Вот и в рассказе присутствует подобный разбойник, только зовут его Кандата, и кровь он проливал, скорее всего, честных буддистов. Но это не суть важно.

Я ведь недаром вспомнил про Кудеяра, он же замолил свои грехи и был прощен богом. С Кандатой происходит та же история, добрый и справедливый Будда, гуляя по берегу райского пруда, увидел глубоко на дне этого пруда - там и находился буддистский ад - страдает разбойник Кандата. И узрел он своим просветленным взором, что однажды Кандата пожалел и не убил маленького паучка. А, поскольку добро всегда побеждает зло, то в глазах Будды один малюсенький добрый поступок перевесил тьму злодеяний, совершенных разбойником.

И он решил дать Кандате шанс, спустив ему тонкую паутинку. Разбойник вцепился в неё и стал карабкаться вверх, но увидев, что за ним по той же нитке поднимаются и другие грешники, стал ругаться на них и прогонять - паутинка оборвалась и все низверглись снова в ад.

Кандата не воспользовался своим шансом, Будда его не простил, он узрел в нем потенциал к изменению, и дал шанс его реализовать. Но поведение Кандаты говорило само за себя - он, даже пройдя через мучения ада, так и остался ограниченным эгоистом, по сути он был всё тем же разбойником, и когда Будда осознал это, он порвал спасительную тонкую нить.

Все великие религии мира едины в трактовке добра и зла, как не вспомнить тут христианское: "Спасись сам и вокруг тебя спасутся тысячи". Это и происходило с Кандатой, его единственный добрый поступок давал шанс не только ему одному, но и бессчетному числу других грешников. Всё, что требовалось от бывшего разбойника - стать праведником - не грешить больше ни делом, ни помыслом.

Утешает то, что другие мученики ада тоже ведь совершали какие-нибудь добрые поступки, и всемудрейший и всесправедливейший Будда даст им тоже свой шанс, и кто-то из них спасет других и Кандату тоже - превосходство добра над злом всепоглащающе и всех детей божьих ждет рай. Именно такой вывод можно сделать из этой тонкой восточной сказки.

Несколько ироничный рассказ о буддийском монахе, страдавшем серьёзным недостатком, слишком большим обвислым носом.

Постараюсь не спойлерить, подробно не пересказывая далее сюжет.

Вообще слушал некоторые рассказы этого автора ранее, они мне нравились своей глубиной смыслов. Хотя этот текст немного проигрывает предыдущим, но всё равно в нём скрыт тоже интересный смысл.

Он собственно о том, что люди - существа, над которыми довлеют привычки. Такое впечатление, что большинство из них изменения пугают. Или приносят им как минимум психологический дискомфорт. Настолько сильный, что порой побуждает их отказаться от каких-то позитивных изменений в пользу уже привычных для них обстоятельств.

Может быть эта черта характерна на для всех и всегда. Возможно, она даже больше была распространена в традиционных патриархальных обществах. В более значительной степени, чем в современном мире, живущем более динамичной жизнью, подталкивающим людей к развитию и совершенствованию. Для меня этот вопрос остаётся открытым. Интересно будет услышать в комментариях по этому поводу мнение моих друзей.

Но в любом случае понятно, что даже в современных людях подобное инертное отношение тоже можно нередко встретить.

Рассказ, который я либо когда-то уже читала, но забыла об этом, либо же его слишком часто упоминали в других источниках, потому что однозначно суть этой истории мне уже была известна. Совсем небольшая зарисовка, написанная Акутагавой по сути для детей в рамках школьной программы. Речь пойдет об ужасном, беспощадном и жестоком разбойнике по имени Кандата. При жизни он только и знал, что воровал, убивал и грешил всеми возможными способами, а после смерти закономерно попал в ад и был обречен на муки, но, глянув на него с небес, Будда вспомнил, что один хороший поступок тот все же совершил, пощадив маленькую жизнь и не убив паука, повстречавшегося ему на пути. И тогда Будда решил дать разбойнику шанс и спустил в адские глубины паутинку, по которой можно было забраться на небеса. Не буду дальше спойлерить, так что, если вам интересно сумел ли грешник воспользоваться шансом или нет, читайте. Но мне кажется, что тут суть даже не в финале и итоге, а в самой мысли о том, что даже в самой черной душе могут быть проблески света, что один хороший поступок может затмить множество плохих и каждый достоин еще одного шанса. С этим можно соглашаться, можно нет, но поразмышлять об этом в любом случае стоит, а нет ничего лучше, чем произведения, которые способны заставить тебя размышлять даже если самой истории там на пару страничек.

И вот уже второй раз подряд я готова признать, что экранизация в виде серии мини-сериала пошла рассказу только на пользу, расширив его историю. Во-первых, мне очень понравилось то, как изобразили Кандату, он не перестал вызывать ужас своими поступками, в нем есть даже что-то звериное в его пренебрежении человеческой жизнью в угоду своим прихотям, но при этом он вышел каким-то дьявольски харизматичным, когда смотришь и понимаешь, что перед тобой откровенный мерзавец, но что-то в этом мерзавце есть... Во-вторых, если в рассказе было лишь упомянуто, что при жизни разбойник творил всяческие бесчинства, то на экране все его поступки показаны очень ярко и красочно и действительно понимаешь насколько черна его душа, насколько жестоким и беспринципным он был при жизни, насколько заслуженно его посмертное наказание... Да и его встреча с пауком, которая в дальнейшем сыграла столь важную сюжетную роль, стала объемнее что ли. Ну и в-третьих, мне очень понравилось какое-то сюрреалистическое и психоделическое изображение ада, довольно необычное и нестандартное решение, так что рискну посоветовать не только рассказ к прочтению, но и серию к просмотру.