Цесаревич Алексей в воспоминаниях его учителей

На Распутина было совершено покушение, прибыв свое родное село Покровское, он получил удар ножом в живот, нанесённый одной молодой женщиной. Преобладала чувство надежды увидеть себя, освобожденными от этого дурного существа, но не решались ещё предаваться безграничной радости: этот окаянный мужик, казалось, имел душу, при шитую к телу, и можно было опасаться, что он с ней легко не расстанется. Распутина отправили в госпиталь в Тюмени, где ему сделал операцию врач, присланный из Петрограда. Его выздоровление сочли за чудо: ни железо, ни яд не могут ничего сделать с тем, кому Бог оказывает покровительство.

Император долгое время противостоял влиянию Распутина. Сначала он терпел его, не решаясь нанести удар вере императрицы, в которой она находила надежду, дававшую возможность жить.

Император опасался удалить Распутина, потому что, если бы Алексей Николаевич умер, император в глазах матери несомненно казался бы убийцей своего ребенка.

Штюрмер был уволен - к несказанной радости всех. Император поручил пост председателя Совета Министров А. Трепову, который был известен как сторонник реформ умеренных и разумных. Немцы удвоили свои усилия, сея ненависть и подозрение.

Распутин стал орудием в руках германской Ставки.

Приблизительно в 150 верстах от Тобольска, скрытая среди болот, находится небольшее селение Покровское, в котором родился Распутин.

Григорий был вором и грабителем. Его беспутство не замедлило создать ему репутацию необузданного вольнодумца; ему дали прозвище «Распутин», измененное слово распутник, которое осталось его фамилией.

Однажды пришлось Распутину везти в монастырь в Верхотурье священика, который вёл с ним беседу и был поражен живостью его природных способностей. Священник убедил его посвятить служению Богу свои способности. Это произвело впечатление на Григория и он начал посещать святые места.

Слова о Распутине распространялось все более и более. Благодаря своим странствиям он попал в Петербург, где в 1905-м году познакомился с архимандритом Феофаном, ректором в духовной академии, который, усмотрел в Распутине проявление истинной веры и очень большого смирение. Благодаря этому архимандриту Распутин был принят в обществе набожных лиц. В своеобразный грубости Распутина видели только искренность простого человека и простоту души.

Вскоре Распутин был принят некоторыми членами императорской фамилии, а те напели свои похвалы о Распутине императрице. Распутин был приглашён ко двору через лиц, близко стоявших императрице, и по рекомендации архимандрита Феофана.

Молва о его гнусных поступках распространилась, и несколько голосов поднялись против «старца».

В марте 1911 г. оппозиция становилось все более явной, и «старец» благоразумно рассудил исчезнуть на некоторое время. Он отправился в паломничество в Иерусалим. Осенью он вернулся в Петербург, но возмущение против него не утихало, пришлось выдержать нападки бывших покровителей, и епископа Гермогена, который угрозами вынудил Распутина обещать не появляться при дворе, где присутствие «старца» компрометировало монархов.

Распутин побежал жаловаться своей покровительнице - госпоже Вырубовой, неразлучной приятельнице императрицы, - и епископ был сослан в монастырь.

Совершенно напрасны были и усилия архимандрита Феофана, который не мог забыть, что он является поручителем высокой святости «старца» и своей рекомендацией ввёл в заблуждение монархов. Он приложил все свое старания, чтобы разоблачить Распутина, но достиг лишь того, что его перевели в Таврическую губернию.

Таким образом Распутин добился удаление двух епископов, выставив их интриганами, желавшими пользоваться им как своим орудием. Смиренны сибирский мужик сделал со сильным соперником, у которого полнейшее отсутствие совести смешивалось с совершенным искусство обмана.

Удивительно осведомлённый, имея преданных сторонников как при дворе, так и среди министров, он внимательно наблюдал за появлением нового противника, чтобы опередить его и искусно повредить ему. Затем, в виде предсказаний, он начинал нападать на того, кто был его объектам.

Часто случалось Распутину ходатайствовать в защиту тех, кто возводил на него клевету, и он пояснял с притворным смирением, что эти испытания необходимы для спасения его души.

Молва начинала исходить от религиозных людей, проникала в общественные и и дипломатические круги и служила предметам намёков в речах в Государственной думе.

Весной 1912 г. Коковцов, в то время председатель совета министров, решился объяснить все императору. Выступление не убедила императора, но он понял, что уступка общественному мнению необходима. Распутин отправился в Сибирь. Но расстояние не уменьшило его влияния, а только увеличило престиж. Его дар убеждения основывался на проявлении веры, а сила воображения тех, кто хочет верить, не имеет границ – история человечества подтверждает это.