«Роман-газета», 1986 №2(1032). Игра

Роман создан на материале жизни и деятельности киноработников в 70-е - 80-е годы прошлого века. В нем автор обращается к кардинальным вопросам развития современного мира, включая опросы экологического опустошения, ядерной угрозы и т.п. Сопоставляются два мира, два потенциала в лице советского кинорежиссера Вячеслава Крымова и американского кинорежиссера Джона Гричмана. Злободневно звучат слова Крымова, когда он говорит о том, кто может спасти мир от ядерной угрозы. - "Америке это не дано.Там разврат духа уже произошел. И заключено полное соглашение с дьяволом". Насколько же прозорливыми оказались слова автора для настоящего времени.

Данная книга трилогии понравилась мне больше всего ("Берег" - "Выбор" - "Игра").
Здесь практически нет "гримас Запада", "их нравов", почти нет заграницы. Также - совсем чуть-чуть от войны. Только один сюжет, который дает понимание дальнейших связанных событий. Я не люблю книг о войне, Великой Отечественной, не смотрю фильмов о ней. Раньше, во времена СССР, мне, наверно, казалось, что там слишком много идеологии (хотя, наверно, именно такого определения я не давал в детстве и юности, просто казались какие-то вещи не очень естественными, жизненными), а может - просто не моя тема. Если говорить о современных "нарисованных" голливудских" картинах о войне, и наших, таких же "нарисованных", то это вообще нечто, когда плеваться начинаешь с первых же кадров, с костюмов, с поведения героев, которое совсем времени не соответствуют. Но это так - в сторону просто.
Книга для меня, помимо прочего - это описание людской подлости, описание некоторых характеров и черт человеческих, очень неприятных. О том, что ко всем нужно относиться ровно, не питать иллюзий о преданности и верности. О том, как внезапно может сломаться вполне успешная жизнь и все станет совершенно по-другому. Изменится отношение к тебе коллег, как поползшие слухи будут отравлять жизнь родным, и даже самый близкий человек не поймет тебя и ты никак не сможешь ему объяснить ничего.
Хорошая книга. Заставляет задуматься, что в жизни может быть всё, и ко всему нужно быть готовым.

Балерина Ирина Скворцова из-за травмы не может более выступать в балете, из-за чего очень страдает. Режиссер Крымов пригласил ее сниматься в главной роли в его фильме. Ирина пытается найти себя в новом для нее деле в жизни. Однако понимает, что она не актриса, что не справляется с ролью. Кроме того, безжалостные сплетники травят Ирину и Крымова, выдумывая их несуществующий роман. Сплетни и приводят сначала Ирину к самоубийству, а затем и к смерти самого Крымова.
Весь роман Крымов пытается понять и рассказать читателю, по какой же причине погибла Ирина. То же пытается понять и следователь. Бесконечная зависть сквозит в действиях всех причастных к делу лиц, всех тех, кто окружает Крымова. Кроме, пожалуй, его жены и детей. К трагедии могут привести незначительные слова, несделанные действия.
Почти весь роман - это копание Крымова в себе, задавание бесчисленных вопросов без ответов. И много-много философских размышлений на разные темы. В более поздних романах Бондарева их количество увеличивается. Тоска.
Интересна связка-история Крымов-Молочков, их военное прошлое и совместная работа спустя 30 лет.
Концовка - это ребус. Слишком витиевато.

В романе «Игра» Юрий Бондарев пытается осмыслить судьбу своих ровесников-фронтовиков.

Режиссер Крымов внутренне сломался после гибели наивной девочки, которую он пригласил сыграть главную роль в фильме о молодёжи. Если до этого он играл по принятым в его среде правилам, то теперь не видит в этом смысла. Он начинает предельно честно разговаривать со всеми, кто встречается на его пути.

На мой взгляд, сюжетная линия очень слабая. Гораздо больше там рассуждений о смысле жизни.

«Игра» не шедевр. Если вам надо прочесть лучшие произведения Бондарева, то лучше посмотреть его ранние вещи. Достоинство романа в другом. Это просто атмосферная книжка, написанная хорошей прозой, которую приятно почитать в свободное время; то, что принято называть беллетристикой на Западе. Конечно, это не соответствует планам автора, который хотел вызвать читателя на серьезный разговор, но... что вышло, то вышло.