Случаи и вещи

По-моему, нет верующих или неверующих людей. Есть только желающие верить и желающие не верить.
(Старуха - 1939 год)

С прогулки возвратясь домой,
Я вдруг подумал: Боже мой!
Ведь я гулял четыре дня!
И что подумает родня?

Так начинается голод:
с утра просыпаешься бодрым,
потом начинается слабость,
потом начинается скука,
потом наступает потеря
быстрого разума силы,
потом наступает спокойствие.
А потом начинается ужас.
(Голубая тетрадь - 4 октября 1937)

Иван Топорышкин пошел на охоту,
с ним пудель пошел, перепрыгнув забор.
Иван, как бревно провалился в болото,
а пудель в реке утонул, как топор.

Иван Топорышкин пошел на охоту,
с ним пудель вприпрыжку пошел, как топор.
Иван повалился бревном на болото,
а пудель в реке перепрыгнул забор.

Иван Топорышкин пошел на охоту,
с ним пудель в реке провалился в забор.
Иван как бревно перепрыгнул болото,
а пудель вприпрыжку попал на топор.
(Иван Топорышкин - 1928)

Мне часто целовали ноги, но я не протестовал, я знал, что достоин этого. Зачем лишать людей радости почтить меня? Я даже сам, будучи чрезвычайно гибким в теле попробовал поцеловать себе свою собственную ногу. Я сел на скамейку, взял в руки свою правую ногу и подтянул её к лицу. Мне удалось поцеловать большой палец на ноге. Я был счастлив. Я понял счастье других людей.

Меня назвали извергом.
А разве это так?
Нет, это не так. Доказательств я приводить не буду.

Тебя мечтания погубят.
К суровой жизни интерес
Как дым исчезнет. В то же время
Посол небес не прилетит.
Увянут страсти и желанья,
Промчится юность пылких дум...
Оставь! Оставь, мой друг, мечтанья,
Освободи от смерти ум.
(Голубая тетрадь - 4 октября 1937 года)

Обладать только умом и талантом слишком мало. Надо иметь ещё энергию, реальный интерес, чистоту мысли и чувство долга.
(Голубая тетрадь)

Всякая мудрость хороша, если её кто ни будь понял. Не понятная мудрость может запылиться.
(Голубая тетрадь)

...Желанье сладостных забав
меня преследует.
Я прочь бегу, но бег мой тих
Я часто, часто отдыхаю,
Потом ложусь на мостовой
И быстро, быстро засыпаю...
(13 августа 1937 года)

Я испугался, думая, что мир рухнул. Но пока я так думал, я понял, что если бы рухнул мир, то я бы так уже не думал. И я смотрел, ища мир, но не находил его.
А потом и смотреть стало некуда.
Тогда я понял, что покуда было куда смотреть, – вокруг меня был мир. А теперь его нет. Есть только я. А потом я понял, что я и есть мир. Но мир это не я. Хотя, в то же время, я мир. А мир не я. А я мир. А мир не я. А я мир. А мир не я. А я мир. И больше я ничего не думал.

Когда я вижу человека, мне хочется ударить его по морде. Так приятно бить по морде человека!

Глаза у меня закрыты, но я моргаю, не открывая глаз.

Как странно, как это невыразимо странно, что за стеной, вот этой стеной на полу сидит человек, вытянув длинные ноги, в рыжих сапогах и со злым лицом.
Стоит только пробить в стене дырку и посмотреть в неё и сразу видно, как сидит этот злой человек.
Но не надо думать о нём. Что он такое? Не есть ли он частица мёртвой жизни, залетевшая к нам из воображаемых пустот? Кто бы он ни был, Бог с ним.

Я просил Бога о каком-то чуде.
Да-да, надо чудо. Все равно какое чудо.
Я зажег лампу и посмотрел вокруг. Все было по-прежнему.
Но ничего и не должно было измениться в моей комнате.
Должно измениться что-то во мне.
(Утро - 25 октября 1931 года, воскресение

Однажды Андрей Васильевич шел по улице и потерял часы. Вскоре после этого он умер. Его отец, горбатый, пожилой человек целую ночь сидел в цилиндре и сжимал левой рукой тросточку с крючковатой ручкой. Разные мысли посещали его голову, в том числе и такая: жизнь - это Кузница.
(1931 год)

Папаша
О что за женщины, понятия в них мало,
они в понятиях имеют пустоту.
(Елизавета Бам - 1927 год)

Открыв наук зеленый том
я долго плакал, а потом
его закрыл и бросил в реку.
Науки вредны человеку.
науки втянут нас в беду
возьмемтесь лучше за еду.
<1933>

Однажды господин Кондратьев
попал в американский шкап для платьев
и там провел четыре дня.
На пятый вся его родня
едва держалась на ногах.
Но в это время ба-ба-бах!
Скатили шкап по лестнице и по ступенькам до земли
и в тот же день в Америку на пароходе увезли.
Злодейство, скажете? Согласен.
Но помните: влюбленный человек всегда опасен.
( Январь 1933 год)