London Under

Если через 5 или 10 тысяч лет схему подземки обнаружат археологи, ее назначение и смысл могут остаться тайной. Люди будут спорить о точных значениях словосочетаний «белый город» и «семь сестер», «евангельский дуб» и «слон и замок», но принцип разделения на красные, синие и зеленые линии наши далекие потомки, возможно, так и не постигнут. Это ведь даже и не карта вовсе: социальный историк Эрик Хобсбаум определил ее как «самое оригинальное произведение британского авангардного искусства между мировыми войнами».

Городской хроникер записал в дневнике за 23 июня 1887 года: «Сегодня я впервые побывал в Аиде». Он ехал от Бейкер-стрит до Мургейта, причем окна были закрыты, чтобы защитить пассажиров от дыма и серы. «Однако, — добавил он, — отделение вагона, в котором я сидел, было полно пассажиров, по английскому обыкновению куривших трубки». В 1897 году один пассажир чуть не задохнулся от дыма и был препровожден наверх, в ближайшую аптеку. Провизор только глянул на него и сказал: «Все ясно — „Метрополитен“». После чего налил бедняге стакан какого-то снадобья. Пассажир спросил, много ли бывает таких случаев. «Бог с вами, сэр, — ответил провизор. — Часто, и раз по 20 на день».

Уже в самом начале работ Брюнель-младший обнаружил, что тоннель подходит слишком близко ко дну Темзы. Часть тоннеля решили укрепить слоем глины, но этого оказалось недостаточно. Весной 1827 года Темза опять прорвалась в тоннель; один рабочий утонул, еще один умер вскоре после инцидента от лихорадки и дизентерии. Тогда у Марка Брюнеля в первый раз случился инсульт; их было несколько. Мистический ужас перед могуществом подземного царства возрастал, и даже Брюнель-старший укрепился в мысли, что рабочие были принесены в жертву нечестивому желанию нарушить таинство природы. Ведь они проникли в прежде недоступные человеку глубины.

Например, сточная система в Работном доме в Вестминстере пребывала «в столь запущенном виде, что уровенщик каждые несколько минут вынужден отрываться от работы из-за плотного осадка, покрывающего стекла спиртового уровня — для протирки… В помещении длиной около 30 футов с потолка словно сталактиты свисают наросты тлетворных выделений в три фута». Одного из инспекторов пришлось «тащить волоком (два фута по прелой чернеющей массе) в бессознательном состоянии». То было сердце тьмы в нижней части города, описанной в докладе инспекции как «дебри».